Читаем без скачивания ТОРА И МОРАЛЬ - Ефим Свирский

Большинство людей предлагают смерить незнакомца презрительным взглядом, плюнуть перед ним на землю и прошипеть что-нибудь злобное — чтоб если не словами, то тоном и жестом потрясти бедного путешественника.

И тут же сразу — новое упражнение, последнее. Тоже на уровне мысленного эксперимента. Хотя можете провести его и реально. Скажите своему соседу или тому же ацтеку что-нибудь приятное. Посмотрите на него как-нибудь доброжелательно. Короче, поднимите ему настроение. Ведь он, смотрите, как напряжён, сидит в незнакомой обстановке, совершенно потерялся, всего боится. Приободрите беднягу!

Второе задание люди выполняют тоже очень просто и стандартно: они улыбаются, проявляют доброжелательность — лицом и жестами, говорят мягким голосом, даже тоном подчёркивая своё расположение.

В первом случае мы как бы заявляем: ты мне несимпатичен, я презираю тебя, знай, что я тебе не друг. Во втором случае мы даём понять: ты мне симпатичен, я твой друг и хочу сделать тебе только хорошее, можешь рассчитывать на моё особое к тебе отношение.

А теперь внимание. Смотрите, мы все разные. Разные как личности. А иногда и разные как представители непохожих культур. Но никакие различия не мешают нам в любой ситуации, самой спонтанной и экстренной, сделать человеку хорошо или плохо. Причинить ему боль или радость. Сделать его другом или врагом. О чём это говорит? О том, что во всех нас есть нечто общее. И это общее нас объединяет, позволяя судить друг о друге как о людях, совершающих хорошие или плохие поступки.

Психотерапевты лечат людей независимо от их принадлежности к разным расам или культурам. Ни национальность, ни "страна исхода" здесь не играют никакой роли. Кстати, именно психотерапевты заметили, что механизмы, ответственные за установление межличностных контактов, для всех людей одинаковы. В каждого из нас как бы вставлен некий унифицированный аппарат, который умеет однозначно "считывать" чужое поведение.

Но если во всех людях заложено нечто общее, то почему бы не смоделировать такую систему морали, которая бы поощряла добрые поступки и ограничивала плохие? Давайте попытаемся. Причём будем использовать знания психологии. Возьмём для начала два принципа, два моральных императива — первый из категории "не делай", второй "делай".

Запрещающий принцип дадим в форме, для всех понятной и приемлемой: "не причиняй боль словами". (Хорошо бы вообще не причинять лишней боли, не только словами, но пока ограничимся болью от слов, что тоже, согласитесь, не мало.) Хороший этический принцип, почти все мы с ним солидарны. Обращаемся к аудитории и спрашиваем: можно ли перевести этот принцип на другие языки? Поняли бы его люди, жившие в древности? Или это только нам кажется, что он очевиден? Обычно половина участников обсуждения отвечают, что поняли бы, другая сомневается: кто их знает… Тогда мы предлагаем тому же залу обсудить другой принцип, позитивный, предписывающий, из категории "делай": "люби своего ближнего, как любишь самого себя". И снова спрашиваем: можно ли его, опустив сложности культурных барьеров, объяснить на других языках? На этот вопрос аудитория, как правило, отвечает: несомненно. Если же кто-то и здесь проявит сомнение, мы ему напомним, что эти слова стали известны человечеству более трёх тысячелетий назад — и весь мир их понял. Другое дело, не все приняли этот принцип на вооружение, но понять смогли все без исключения.

Вот мы и нашли нечто общепонятное, то, против чего никто не выступает, хотя бы потому, что приятно, когда тебя любят… Два упомянутых нами принципа записаны в Торе, данной евреям тридцать три столетия назад. Записаны на иврите, так что не надо переводить их на другие языки, они давно переведены, в том числе на русский. Кроме этих двух моральных установок в Торе нашли место ещё более шести сотен идей: не убивай, не кради, не ставь камня перед слепым и т. д. Все они представляют собой прямые указания — что надо делать и чего делать нельзя. Прямые указания "делай" нужны для того, чтобы человеку было хорошо. Запреты "не делай" нужны для того, чтобы ему не было плохо.

Итак, отправившись на поиски возможности построения единой для всех людей оптимальной системы поведения, мы пришли к некоторому положительному результату, преодолев по дороге препятствие, которое можно выразить в виде утверждения: все люди разные. Только что мы убедились, что в разных людях присутствует некое общее начало. Есть ещё одно препятствие: разнообразие эпох, культур и индивидуальных ситуаций. Оно тоже вполне преодолимо, если отметить, что не только в людях есть нечто общее, но общая часть обнаруживается и во всех мыслимых ситуациях личностного и общественного плана. Это так называемые ситуационные архетипы, первичные образы.

Например, существует запрет: не кради! Наша система не обязана конкретизировать, к какому объекту относится этот предикат. Вообще ничего не кради! Но уже с запретом "не причиняй другим людям убыток" намного сложнее. Ведь убыток можно причинить руками или своим имуществом. Руками — это терроризм, с ним всё понятно. Но что означает "не причиняй убытка имуществом"? Мой козёл пошёл в чужой огород и съел там всю капусту, я отвечаю за убыток? Мне говорят: конечно. А если кто-то принёс мешок капусты, поставил его перед моим козлом, мирно пасущимся рядом с моим домом, и отошёл на секунду? (Помните, "не ставь камня перед слепым"?) Я снова за него в ответе? Так можно нагнать страху на любого человека, который отныне от своего рогатого имущества не будет отходить ни на минуту. Но если я не отвечаю за съеденную им капусту из беззаботно брошенного мешка, но отвечаю за уничтоженный огород, то где граница ответственности? Обо всех таких основных положениях говорит наша универсальная система. И все они логически вытекают из природы человека, из его отношения к своему и чужому имуществу. Люди, не сведущие во всех этих тонкостях (а их надо учить, ибо они записаны в Талмуде и в комментариях к нему), обычно соглашаются с их разумностью и логичностью. Они сразу признают в них справедливость.

Ситуаций много, но все они вполне сводимы к основным. В области убытков, причинённых имуществом, они (на языке Торы) называются "огонь", "яма" и "бык". "Огонь" — это оставленное без присмотра имущество, имеющее свойство передвигаться под воздействием обычных сил (типа ветра), что может привести к порче чужого добра (например, огонь от непотушенного костра достиг чужой скирды). "Яма" — это опять-таки имущество, оставленное в месте, принадлежащем всем, там ходят люди и скот, они могут в эту "яму" упасть. "Бык" — это рога (бодается), зубы (ест) и копыта (топчет).

Классификация разработана с величайшими подробностями и работает превосходно! Так, что в каждом конкретном случае надо лишь установить принадлежность к определённому типу и посмотреть, как его характеризует наша система (кто за что ответственен и почему). Но и здесь остаётся часть, которая передана людям, — дальше, мол, сами решайте. Так, устанавливая выплату за тот или иной вид убытка, система ничего не говорит о ценах. К примеру, закон требует: будь честным в торговых сделках. Это означает, что цена, запрашиваемая торговцем, не может превышать некоторой верхней границы цен на данный вид товаров или услуг. Всё, что выше допустимых границ, называется мошенничеством, торговым обманом. Верхняя граница (скажем, средняя цена плюс одна шестая от неё) устанавливается законодателем, но рыночные цены находятся всецело в руках общества (или в руках рынка, что одно и то же)…

Теперь, поскольку мы выяснили, что, во-первых, во всех людях есть нечто общее, их объединяющее, и во-вторых, все ситуации можно свести к основным, то не остаётся никаких препятствий для построения единой абсолютной системы.

Но прежде, чем такой системой заняться, давайте вспомним, где мы с вами воспитывались. Извините, но этот вопрос тоже важен.

Мы с вами — пост-советские люди. Нас долго учили тому, что мораль эволюционирует вместе с обществом. Дескать, нормы поведения преодолевают сложный и извилистый путь, приспосабливаясь к нуждам людей и стремясь к определённому оптимуму, устанавливаемому для каждой эпохи.

Простите, но всё это ложь. Нас с вами обманули. Существует, оказывается, система, которая "работает", начиная с глубокой древности. Вспомним ещё раз цитату из Сенеки: "Обычаи этой… расы стали иметь такое влияние, что их принимают во всём мире…" Смотрите, это не мы выдумали, готовясь к лекции: принимают во всём мире! Понимают и признают. Уже тогда, две тысячи лет назад (если говорить об эпохе древних римлян), поняли и признали. Идеи Торы принял весь мир — пусть в облегчённом виде, как "откровения" христианства или мусульманства, но главные идеи в них те же: не убивай, не кради, не прелюбодействуй. Тысячи лет они известны евреям. Последние две тысячи лет большинству народов эти принципы постоянно вбиваются в голову: праведниками — силой убеждения, правителями — при помощи меча и огня. Медленно, но система завоевала всеобщее признание. Когда ею пользуются, она работает и даёт положительные результаты. А нам с вами семьдесят лет внушали, что общества вырабатывают свои моральные системы путём проб и ошибок, т. е. мораль эволюционирует. Более безобразной лжи трудно сочинить.