аппаратов, применяемых для перемещения по Вселенной. Но так как Хранители старались осуществлять свою деятельность незаметно для аборигенов, то об этом никто не знал, если не считать невнятных легенд о богах, живущих в горах.
Тилешко и сеньор Команчо стояли на берегу и смотрели на противоположный берег, соображая, как туда перебраться. Кот, глядя на воду, недовольно стегал себя хвостом и случайно опустил его кончик в речку.
— Шрах-шарабах! — зашипел сеньор Команчо, мгновенно вытаскивая подмоченную репутацию. Посмотрев на Тилешко, сеньор Команчо подумал, что пересечение водной преграды ему благоразумнее всего совершить на голове данного индивидуума, тем более что этот сосуд мудрости на три четверти пуст, по мнению кота.
Впрочем, судьба сжалилась над путешественниками и принесла вместе с водами реки длинное бревно, которое, как по волшебству, упёрлось своими концами в противоположные берега.
Тилешко ступил на бревно и перебежал на другую сторону, не особо размышляя, потому как, по мнению кота, мозговать ему нечем.
— Сеньор Команчо! — позвал Тилешко, придерживая бревно на другой стороне. Кот мягко ступил на мокрый и ненадёжный мост, подозрительно принюхиваясь, и странный запах ему не понравился. В воздухе настырно пахло опасностью, но зримых врагов не наблюдалось.
Когда сеньор Команчо дошёл до середины, в воздухе залопотали крылья и кот вздыбился на задние лапы, пытаясь увидеть противника. С неба на него опускалась какая-то зелёная тварь, похожая на огромного крокодила с крыльями в красноватых разводах, которая выставила вперёд две когтистые лапы.
Крылатая тварь схватила сеньора Команчо за голову, а кот, выпустив когти, принялся бешено драть лапами крылья. В это время бревно вдруг ожило, и кот потерял опору. Возносясь в воздух, сеньор Команчо почувствовал, как что-то схватило его ноги и тащит в низ.
Тилешко, вытянув бревно, успел схватить кота за ноги и как булавой, принялся крутить кота вместе с крылатой тварью, а потом хрястнул со всей силы ее об землю. Кот вывалился из пасти твари и почивал на траве, как серая неживая тряпочка. Телешко подбежал, схватил тяжёлую серость на руки, даже не заметив веса кота, и принялся гладить сеньора Команчо, а потом подул ему в морду. Последнее действие, видимо, не понравилось коту, и он ожил, квёло открыв глаза.
— Комка! Живой!? — воскликнул Тилешко, а кот, едва открывая пасть, поправил: — Сеньор Команчо…
— А, где крылатая тварь? — спросил он, окидывая взглядом берег. Хищник исчез, воспользовавшись перерывом в боевых действиях.
***
Вестник Аскерон жил уединённо, на краю города, и зарабатывал себе на жизнь тем, что доставлял письма адресатам, где бы они ни находились. Доходов от данного занятия хватало на то, чтобы купить себе пищу и приберечь копейку на одежду, пусть и скромную, но достойную. Нельзя сказать, что Аскерон слыл аскетом, но он умел сдерживать свои желания, полагая, что скромность ещё никого не испортила.
Собирая письма, Аскерон обходил постоянных клиентов, ведущих торговлю или какое-либо другое занятие, требующее общение с клиентами, после чего отправлялся в путь. Случалось, что ему доверяли для передачи и более ценные вещи, кроме писем и сообщений.
Клиенты полагались на Аскерона, так как его крепкое телосложение и острый ум ценились не меньше, чем его предвидение опасности задолго до её появления. К тому же, в придачу к твёрдому характеру, Аскерон имел острый клинок из саритиума, что являлось редкостью даже на их планете Дакорш, где его добывали.
Аскерон недавно вернулся из очередного путешествия и подумывал пару дней провести в своём маленьком доме и отдохнуть, прежде чем снова отправиться в путь. Дорога никогда не становилась ему в тягость, так как в глубине души он любил путешествия, тем более обожал соучастие в жизни других людей.
Семейная жизнь у него не сложилась, хотя никто Аскерона целомудренным не называл, так как он никогда не отказывался утешить вдову, засидевшуюся в девицах красавицу или дурнушку. Впрочем, в виду его скрытного характера, нельзя однозначно сказать, что он обходил стороной замужних, так как не имел привычки хвастаться своими подвигами.
В то утро Аскерон проснулся немного позже обычного, не отказывая себе в мелком сибаритстве после долгого путешествия, а когда вышел на крыльцо, то местное красноватое солнце уже поднялось над головой. Птичье песнопение разносилось вокруг дома, отдаваясь луной, как в лесу, что не так уж отличалось от истины. Дом находился в глубине разросшегося сада, в сильном контрасте от соседских приглаженных усадьб.
Аскерон умылся, зачерпнув в ведро воды из колодца, а когда возвратился на крыльцо, то с удивлением увидел лежащий на лавке пакет, завёрнутый в грубую камышовую бумагу, в избытке производимую возле Длинных Болот. Развернув находку, Аскерон увидел внутри пару горстей зелёных монет, изготовленных из маланхита, сопутствующего металла при добыче саритиума.
Сумма оказалась очень даже приличная, и данное обстоятельство удивило Аскерона. Он пересчитал монеты, и оказалось, что с данной суммой можно безбедно прожить целый год. Ещё более вестника озадачило то, что в пакете лежал ещё один пакет, внутри которого он обнаружил запечатанное письмо на белой бумаге высшего качества. На наружной стороне письма Аскерон увидел написанное зелёными чернилами слова:
«Доставить письмо Тилешко, живущему в герцогстве Дангория».Аскерон перечитал сообщение ещё раз и подумал, что заказ есть заказ, а его работа как раз в том и состоит, чтобы доставлять чужие вести. Правда, оставалось неясно, как найти этого «Тилешко», но сумма, уплаченная за доставку, выделялась королевской щедростью, поэтому Аскерон решил не мешкая отправиться на поиски адресата.
Вестник не стал копаться на своей кухне, а посетил булочную соседа, где позавтракал, как пообедал, и ушёл в город, чтобы собрать попутные письма.
Репликация вторая. Аэлло
Кузница стояла недалеко от берега, и такое её расположение весьма нравилось Вакко. Кузнецом он стал из пелёнок, а точнее в возрасте трёх лет, когда он, одетый только в одну рубашку, носился по улице без штанов. В один из прекрасных летних дней маленький Вакко увидел на центральной площади деревни повозку, к которой привязали выпряженного коня, а рядом загорелый мужчина разводил небольшой, но яркий костёр, подбрасывая туда черные камни.
Больше всего Вакко поразила раскалённая железка, которую мужчина вытащил из костра, положил на большую железку и принялся долбить по ней молотком, рассыпая вокруг искры. К своему удивлению Вакко увидел, как раскалённый металл приобрёл форму маленького топорика.
