— Лен, у подруги твоей истерика, — констатировал мужчина, — посмотри, на кухне водки нет? Ну или другого чего-нибудь. Да хватит вопить! Порезался человек, бывает.
— Да? — Ленка с мокрой половой тряпкой в руках выглянула из коридора, — Андрей, случайно запястье не режут! Ее в больницу надо, глаза же бешеные!
— Проверь, есть ли в холодильнике водка.
Он не повысил голос, даже не взглянул на обеспокоенную работницу общепита, но та, обычно до крайности строптивая, послушно развернулась и ушла на кухню.
Дрожащая Кэсс что было сил оттолкнула склонившегося к ней мужчину. Он отшатнулся, а девушка, пользуясь секундным замешательством, вскочила на неверные ноги.
— Не подходи!!! — заорала она, схватила с журнального столика тяжелую вазу с сухоцветами и замахнулась.
Андрей спокойно наблюдал. И хотя он сидел на диване, а хозяйка квартиры стояла перед ним в полный рост, глаза их находились почти на одном уровне. Девушку колотило от бешенства — а незваный гость будто наслаждался её страхом.
О, сейчас обладательница уютной малометражки согласилась бы на любую больницу и палату! Лишь бы подальше от этого существа. Все кошмары всплыли в памяти, мыслить здраво больше не получалось — первобытный ужас бился и визжал, требуя немедленно спасаться.
Килограммы хрусталя обрушились в пустоту — только что сидевший на диване мужчина вдруг оказался рядом, перехватил руку своей жертвы и больно стиснул. Девушка разжала пальцы. Ваза выпала, но даже не успела долететь до пола. Как все это случилось, Кэсс не поняла. Вроде только что она стояла над Андреем — и вот уже корчится с вывернутой рукой, а ваза снова чинно стоит на журнальном столе. И лишь сухоцветы на полу означают — не примерещилось.
Сильные руки толкнули разбуянившуюся особу обратно на диван, и она кулем повалилась туда, откуда героически вырвалась несколько секунд назад. Мужчина снова сел рядом и протянул ладонь, требуя израненную руку для перевязки. В его лице не было ни угрозы, ни гнева — каменное спокойствие и уверенность, что жертва подчинится.
Но вместо этого девушка задрыгала ногами и завопила, как в припадке. Она хотела проснуться и в то же самое время понимала — этого не произойдет. Кошмар стал явью.
Крик оборвала хлесткая пощечина. Одновременно с этим в комнату ворвалась Ленка с дергающимся лицом и стопкой водки в руке. Она не успела увидеть ничего из случившегося, только слышала безумные вопли подруги, а потом звук оплеухи.
— Пей, — спокойно приказал Андрей.
Ещё оглушенная тяжелой затрещиной, Кассандра автоматически опрокинула содержимое стопки в рот и сползла на пол.
— Послушай. Успокойся, — он встряхнул девушку за плечи. — Я подвозил твою подругу, а когда мы вернулись, ее попросили проведать тебя, и раз уж я взялся сегодня творить добро, то решил доставить ее и сюда. Понимаешь?
— Андрюш, давай вызовем скорую, ну, пожалуйста… — простонала вышеозначенная «подруга». — Посмотри, у неё же припадок.
Кэсс побелела, мужчина замер и тихо сказал:
— Успокойтесь обе. Сейчас мы попьем чая, и вас отпустит. Ты приготовишь? — он с улыбкой повернулся к своей спутнице.
И снова Ленка беспрекословно подчинилась и ушла на кухню, греметь чашками. Едва она покинула комнату, улыбка слетела с лица мужчины и он навис над Кассандрой:
— Она права? Ты осмелилась на самоубийство?
Горло снова стиснул ледяной обруч, но девушка заставила себя посмотреть в пристально изучающие её голубые глаза:
— Не твое дело. Уходи.
— Ты осмелилась на самоубийство? — в голосе послышался нарастающий гнев.
— Пошел вон! — закричала Кассандра.
Он не демон. Просто спортивный малый с хорошей реакцией, самоуверенный и наглый, внешне похожий на ее ночной кошмар. А все остальное вызвано её расшатавшимися нервами, болью, снами и потерей крови. Но он обычный человек, и, выгнав его, можно будет все обдумать и решить, как жить дальше.
Мужчина замер, а потом, наклонившись к своей жертве, тихо сказал:
— Сейчас ты перестанешь истерить и пойдешь пить чай. Ты будешь спокойна и гостеприимна, иначе я уже наяву и с большим наслаждением вышвырну твою подругу из окна. Поняла?
Сглотнуть засевший в горле ком у Кэсс не получилось.
Несчастная растерянно огляделась, словно ища, за что бы ухватиться медленно плавящемуся рассудку. Та же квартира. Те же обои. Все то же самое — родное и привычное. Но на расстоянии вытянутой руки — человек с Бездной в глазах. Как он смеет здесь распоряжаться, угрожать, распускать руки? Кассандра не предполагала, что способна так разъяриться. Она притянула склонившегося к ней демона ещё ближе.
— Да ты никак надеешься меня испугать… Думаешь, ты такой страшный?
Девушка отстранилась:
— Я отлично помню свой сон. Помню, как ты ринулся за мной, как подхватил. Ты очень боялся меня потерять, — она опасно улыбнулась. — Я даже поняла, что у меня есть нечто такое, что тебе крайне необходимо, и чего не сможет дать никто другой.
Желваки на его скулах обозначились резче, во взгляде снова разгорелось бешенство. Мужчина резко подался вперёд. Но Кэсс не отступила, хотя сердце билось так, что, казалось, вот-вот проломит грудную клетку. Девушка загнала страх поглубже и с нежной улыбкой вложила порезанную руку в пылающую жёсткую ладонь.
— Перевязывай, заботливый мой.
Голубые глаза вспыхнули. Из глубины вертикальных зрачков ринулся Зверь, вытесняя все то немногое и хотя бы относительно человеческое, что было в том, кто называл себя Андреем. Кассандра забыла дышать. Хищник рвался в мир людей, когтями срывая с себя остатки человеческой плоти. Ни борьбы, ни попыток удержать Зверя, он был полностью в своем праве.
— Ребята, у меня все готово, — позвала Ленка.
Только это будничное вмешательство и спасло строптивицу. Рассвирепевший Зверь, уже готовый к последнему прыжку, отступил и снова канул в Бездну. Мужчина невозмутимо закончил перевязку, помог девушке встать на подгибающиеся ноги и вслед за ней пошел на кухню.
И снова Кассандра словно разделилась надвое. Одна спокойно пила чай, немногословно отвечая на Ленкины вопросы и пресекая все ее попытки заговорить о врачебной помощи, а другая судорожно размышляла.
«Все происходит слишком быстро. — Подумала девушка, беря кружку с чаем. — Нужно отдышаться и понять что со мной такое. Это очередной сон или все-таки явь? Мне обязательно нужно поразмыслить, но именно это он и не позволяет сделать».
— Как здесь мило, — усмехнулся Андрей, окидывая взглядом васильковые занавески и развешанные по стенам картинки забавных котов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
