Читаем без скачивания Снежный человек - Аллен Дина

— Жаль, что погода не для бикини, — заметил Килман. — А то бы ты просто с ума свела этого мерзавца.

— Давайте не будем преувеличивать, — резко сказала Кэтрин. — По-моему, я совсем не во вкусе Брука.

Килман рассмеялся.

— Но сейчас он не в том положении, чтобы выбирать.

— Вам придется принести извинения и мне, и Бруку, когда окажется, что вы были не правы относительно него. — Кэтрин произнесла эти слова как можно убедительнее.

— Ну ладно. Сейчас не время это обсуждать. Там видно будет. — Он огляделся. — Ну, так что, разобьем бивак, а потом займемся приманиванием добычи?

Брук сидел, упершись подбородком в колени, и наблюдал за тем, как по долине туда-сюда снует крошечная красная фигурка. С такого расстояния он не мог точно определить, мужчина это или женщина, но что-то подсказывало ему, что яркое одеяние принадлежит именно женщине. И это обстоятельство озадачило его.

— Черт, — пробормотал он, дергая себя за бороду. Брук прикрыл глаза, подставив лицо успокоительному солнечному свету. — Что бы это значило? Что они собираются делать?

И он попытался рассмотреть другого человека, скрытого деревьями. Его присутствие выдавало только солнце, которое время от времени отражалось в каких-то деталях амуниции — то ли в зеркале, то ли в затворе ружья, то ли еще в чем-то. Больше никого не было видно.

Правда, Брук собирался попозже проверить, действительно ли людей было только двое. Обычно в это время года никто не появлялся в окрестных лесах. Не цветы же собирало это создание в красном, так что все эти хождения объяснялись, видимо, только намерением привлечь его внимание. А значит, пришли они сюда по его душу!

Брук прищурил глаза и снова всмотрелся вдаль. Да, несомненно, фигурка в красном принадлежала женщине. И он был уверен в том, что она пыталась разжечь его любопытство. На его беду она явно преуспела в этом.

Кэтрин ходила по лугу, пока ее не одолела усталость. Это представление вполне могло обернуться пустой тратой сил. Может, Брук Сэвидж собирает сейчас где-нибудь орехи и не имеет ни малейшего представления о ее выкрутасах. Или умер бог знает когда, свалившись со скалы, или был растерзан медведем…

Она подошла к Килману, который сидел, наблюдая за ней, на краю луга, под покровом леса.

— Ну что, тебе весело? — спросил он, ухмыляясь.

— Очень, — ответила она. — А вы действительно думаете, что это может к чему-нибудь привести?

— Наверное, мы скоро узнаем, так ли это.

— Когда, например?

— Ну, может, сегодня вечером. Не думаешь же ты, что Сэвидж сразу же придет к нам, чтоб поздороваться. Он, может, и похотлив, но отнюдь не дурак.

— Так значит, он набросится на меня после наступления темноты? Вы это предполагаете?

— Поверь мне, если я не защищу тебя, то ты окажешься растерзанной еще до рассвета.

Кэтрин покачала головой, понимая, что он неисправим. На самом деле она тревожилась о том, что опасным можем оказаться сам Килман. Что ж, если он думает, что пугая, толкает ее тем самым в свои объятия, то очень скоро обнаружит, что ошибался.

Кэтрин развернулась и пошла на луг.

— Ну что ж, похожу еще с часок. И на том покончу с этим делом.

Брук полз в темноте — сердце его безудержно колотилось. Так было всегда, когда он подходил к людям на близкое расстояние. При виде их он всегда вспоминал о том, что с ним случилось. Избавиться от боли при этих воспоминаниях, как видно, было ему не суждено. И все же, как только ему представлялась возможность, он приближался к ним.

В ноздри Брука ударил резкий запах дыма. Они разожгли костер, хотя он еще и не видел его. Ничего, уже скоро, очень скоро, он его увидит. В лесу равных ему не было, да и не могло быть. Сознание этого придавало Бруку уверенности, хотя, по его наблюдениям, он должен был остерегаться этих людей.

Брук был почти уверен в том, что их только двое, потому что исследовал следы. Одни были маленькими, и это подтверждало, что они оставлены женщиной. Что ж, если другие принадлежат мужчине, значит, это именно он позаботился о том, чтоб приготовить ему приманку.

Брук побеспокоился о том, чтобы подойти к ним не с подветренной стороны. Если дело касалось людей, то это было не так уж важно, но рядом с ними часто находились собаки, и те могли учуять его запах.

Его не тревожило, что он может быть обнаружен, тем более ночью. Он мог часами находиться совсем рядом с лагерем, не будучи при этом замеченным, даже если кому-нибудь из людей понадобилось отойти по делам.

Причиной того, что Брук оказывался рядом с людьми, была его неудержимая тяга к себе подобным. Он не доверял людям, и все же что-то не позволяло ему уйти от них насовсем.

А вот и костер. Сердце Брука участило свой бег — сможет ли он увидеть женщину? Немногие из них отваживались подняться столь высоко в горы, и он всегда восхищался теми, кто мог на это решиться.

Много лет назад ностальгическое чувство настолько захлестнуло его, что он всерьез подумывал вернуться к людям. Его не останавливало даже то, что он рисковал попасть за решетку. Однажды он спустился к лагерю, разбитому в какой-нибудь миле от дороги, и подошел к нему до наступления темноты. Там было две или три семьи, и люди пели под гитару песни, которые Брук слышал, будучи мальчишкой. На глаза его навернулись слезы. Как же он тогда переживал, что так и не решился выйти к ним и подсесть к костру!

После этого он никогда не подходил к людям близко — делал это только тогда, когда был уверен в том, что они спят. Ему было довольно того, что он мог быть рядом, трогать их скарб, сидеть в одиночестве у догорающего костра.

Но на этот раз все было по-другому. Эти двое — мужчина и женщина — знали, что он рядом.

Те, на кого охотились, всегда были в опасности. Брук знал об этом. Он подкрался ближе, остановившись только тогда, когда услышал голоса. Один голос определенно принадлежал женщине-. Но он не должен позволить себе расслабиться. А если мужчина — Джеффри Килман, ему тем более надо быть начеку. В противном случае он мог лишиться жизни.

— Черт возьми, — сказал Килман, — ты действительно объезжала коней? Могу представить тебя на жеребце, но не на дикой же лошади!

Он рассмеялся и встал, чтобы размять ноги. Кэтрин осталась сидеть у костра.

— Кэт… ой, извини, Кэтрин, я схожу ненадолго в палатку. Ладно?

Он сгреб ружье, прислоненное к дереву, и подал ей.

— Но стреляй только в том случае, если увидишь белки его глаз! — При этих словах он взорвался смехом.

Кэтрин положила ружье на колени и задумалась. Весь мир сузился для нее до невероятно маленького пространства, а темнота казалась всепоглощающей.

Она повернулась в сторону палатки — интересно, что это задумал Килман? Он ходил в нее уже второй раз на протяжении двадцати минут. Вдруг ее осенило — без сомнения, в своем багаже он спрятал фляжку со спиртным!

— Джеффри, — в голосе ее слышалось возмущение, — у вас там бутылка? Ведь так?

Из-за полога палатки появилась голова ее непутевого проводника.

— Всего лишь пара глотков, чтобы немного согреться, — сказал он, нагловато улыбаясь. Он протянул ей фляжку. — Хочешь глоточек?

— О, господи, вы же обещали, что обойдетесь без спиртного!

— Брось, Кэт, это практически в медицинских целях, Мужику надо быть теплым внутри.

— Джеффри, но мы же договорились.

Выражение раскаяния так и не появилось на его лице.

— Слушай, брось валять дурака. Немного выпивки еще никому не вредило. Разве я смогу этим напиться? К тому же, если хочешь, чтобы мне меньше досталось, выпей со мной.

— Я говорила вам, что, если вы не будете играть честно, я не стану с вами связываться. Мне не нужно было с вами ехать.

— Может, ты и учителка, но я отнюдь не ученик, — фыркнул Килман. — Если тебя не устраивает мое общество, что же ты не уходишь? — Он порылся в карманах и выудил оттуда ключ от машины. — Вот, возьми джип.