Читаем без скачивания Пунктир (СИ) - Цыпкина Светлана "Akana"

— Такая же мерзкая?

— Такая же теплая…

Дверной звонок будто взорвался скрежетом и дребезгом, к ним прибавился дробный грохот на лестнице. Демон и ангел взглянули друг на друга с одинаковым недоумением и тревогой.

— Стань туда, за угол. И если что — исчезай.

Кроули метнулся к столу, вытащил из ящика пейнтбольный пистолет с шариками святой воды.

— Не буду я прятаться и исчезать, — Азирафель вскинул голову и решительно сжал кулаки. — Идем. Я сейчас на все готов, пусть у меня и нет больше меча.

Широкий коридор позволил идти рядом. Они так и подошли плечом к плечу к содрогающейся от ударов двери.

Кроули щелкнул предохранителем и рывком распахнул ее.

— Здорово, ребята-а! Винишком угостите? А чего это ты с пистолетом?..

На пороге стоял румяный, веселый и, похоже, не очень трезвый Санта Клаус. Из-за его спины выглядывали хитрые морды оленей.

Глава 3. Проблемы ангельско-демонической педагогики

— Азатот!

— Ну чего-о?

— Не отвлекайся, вот чего! Давай повторим, пока не пришли. Как именуются сущности, означающие совершенную мудрость и состоящие из сплошных глаз?

— Это… как их… херусимы?

— Херувимы, балбес! Хе-ру-ви-мы! А сущности, у которых шесть крыльев, все с глазами, и четыре образа, то есть лика? Кстати, перечисли их.

— Лев, орел, телец и человек… Ну, этого я помню: белофим… или синий? А, нет, серый! Серыйфим, да. Гатаноа, послушай, а почему они так на нас похожи?

Вопрос не покажется странным, если учесть, что у спрашивающего было восемь пар глаз.

Блестящие, ясные глаза фиолетового цвета с любопытством смотрели на мир сквозь густую зеленую шерсть массивной рогатой головы, напоминающей бычью. По возрастному исчислению коренных инферналов Азатот находился в позднем отрочестве, но на взгляд его спутницы и ровесницы по имени Гатаноа являлся сущим младенцем, причем на редкость бестолковым.

Да, разницу между херувимами и серафимами Азатоту объясняло создание, относящее себя к женскому полу, насколько подобное деление вообще уместно среди инферналов. Нам придется поверить ей на слово в этом утверждении, а также учесть, что она называла себя «мы», а не «я». Нет, речь идет не об особе королевской крови: просто полузмеиное-полуптичье туловище инферналицы венчали две головы, являя собой живой образец диалектического начала в демонологии.

Головы, заметим, были вполне человеческие, если не принимать во внимание покрывавшую их синюю узорчатую чешую. Красоту двух пар голубых раскосых глаз совсем не портило наличие трех алых зрачков, а подвижные острые уши, торчком стоящие на темени, имели на кончиках милейшие меховые кисточки.

Азатота отчитывала и просвещала левая голова — она носила черные солнцезащитные очки, и кисточки на ее ушах напоминали два огонька своим ярко-рыжим цветом. Вторая голова помалкивала, мечтательно жмурилась, и время от времени рассеянно поводила ушами, каждое из которых венчал пучок туго завитых белоснежных шерстинок.

— Вот у тебя две головы одинаковые, — рассуждал Азатот, почесывая шестипалой лапой мускулистую косматую спину и пониже, — а у Шуб-Ниггурата три и все разные, а глаз столько, аж на брюхо сползают. И крылья есть… правда, хилые. Так почему он не херувим?

— Потому что он глупый! — фыркнула левая голова, а правая задумчиво добавила: — и живет не на небе.

— Интересно, как там, на небе… Спрошу у Азирафеля, если не забуду.

Два адских порождения, вышедшие из недр преисподней, торопились на урок по ангельской иерархии.

Им предстояло миновать все девять кругов, пройти по лабиринтам темных коридоров подземной канцелярии, добраться до вестибюля, общего для обоих контор, и уже оттуда, приняв человеческий облик, прибыть на квартиру их мудрейшего, терпеливейшего, остроумнейшего, просвещеннейшего, демоничнейшего (обычно здесь Кроули требовалось перевести дыхание и он завершал перечисление) наставника.

Азирафель по понятным причинам старался держаться от Ада как можно дальше и предпочитал излагать теорию райского устройства в окружении знакомых стен и растений.

Инферналыши благополучно выбрались из последнего круга, не заблудились в лабиринте и уже вышли в вестибюль, когда реальность вдруг подернулась рябью, как поверхность воды от порыва ветра. Действительность вернулась в прежнее положение почти сразу же, вот только широкие стеклянные двери чуть-чуть помутнели, будто бы за ними кто-то встряхнул пыльный ковер.

Способным ученикам Кроули потребовались считанные мгновения для смены облика. В мир людей явились коренастый парнишка с зеленым «ирокезом», в косухе и драных джинсах, и миловидная девушка в синем брючном костюме, темных очках, с рыжими прядями в пышных платиновых волосах единственной головы.

Оба не раз бывали в этом городе, но теперь не узнавали его. Исчезли не только краски и звуки, пропала сама улица, всегда полная прохожих и автомобилей. Впереди, справа, слева насколько хватало глаз, тянулось серое пустынное пространство, ровное, точно пол в оставшемся позади вестибюле, и безжизненная, как самая глубокая пропасть Ада.

В растерянности ученики оглянулись, ища спасительную дверь, но увидели лишь глухую кирпичную стену. Из нее торчал ржавый крюк, на нем болтался обрывок картона с надписью от руки: «Выхода нет».

В комнате клубился дым и сильно пахло порохом. Кроули нажал рычажок транспортера: бумажная мишень, колыхаясь, поплыла к нему от противоположной стены. На ней болтались клочья большой фотографии Гавриила.

Вынужденно набивая руку в стрельбе из пейнтбольного пистолета, демон обнаружил, что этот процесс успокаивает не хуже общения с растениями. И речи не шло о том, чтобы расходовать на тренировки драгоценную святую воду, но палить шариками с обычной краской быстро надоело. Недолго думая, стрелок обзавелся целым магазином огнестрельного оружия и переоборудовал в тир одну из комнат своей воистину безразмерной квартиры. Приятным дополнением к новой забаве явилась возможность делать мишенями изображения своих врагов. Первой «жертвой» был выбран Метатрон: «Дезерт игл» пятидесятого калибра оставил от снимка высотой в человеческий рост горстку бумажного мусора.

Как известно, все растения в квартире трепетали перед своим владельцем. Оружие, надо отдать ему должное, при виде демона не дрожало. Но тоже реагировало — по-своему.

Стоило Кроули, обложив арсенал отборной бранью, добавить выражения вроде «эй, вы, ржавые мотыги» или «слушайте меня, влажная мечта пацифиста», как винтовки, карабины, пистолеты и револьверы сами собой за полминуты разбирались на части, чистились, смазывались, собирались обратно и выстраивались в две шеренги. Кроули не сразу сообразил, как отправлять их обратно на подставки, но потом догадался давать команду «вольно, девочки».

Сегодня он хотел не только развлечься, но потренироваться и подумать, поэтому после фото Гавриила повесил обычную мишень с кругами и сменил тяжелый громобойный «Дигл» на более легкий и тихий Глок.

Итак: Вельзевул желает завершить комплектацию штата. Закономерно и понятно. В качестве третьего герцога ей нужен Азирафель. Между тем в Аду полным полно падших ангелов, из которых она всегда подбирала кандидатуру. Незакономерно и непонятно.

Выстрел. Восемь из десяти.

Причина, по которой он ей понадобился? Первый вариант: в самом деле как миротворец. Легко и приятно держать в подчинении кротких, точно овечки, грешников, демонов и инферналов, на усмирение которых затрачена всего одна улыбка ангела.

Выстрел. Девять из десяти.

Второй вариант: Вельзевул жаждет заполучить Азирафеля, чтобы подразнить Рай. Можно себе представить, что там начнется, когда они узнают! Хороший способ проверить, действительно ли эфирным существам чужды зависть и гнев.

Выстрел. Десять из десяти.

А почему, собственно, надо этому как-то мешать? Ну, поступит Азирафель на службу Вельзевул, получит массу всяческих благ, какими пользуется любой герцог. А от работы и увильнуть можно, были бы мозги, а уж с этим-то у ангела все в порядке…