питало того шамана — я не знал.
И мне немного неуютно от того, что я не знаю возможные последствия этого ритуала. Интересно, проводил ли он этот ритуал в прошлых циклах? И то, что тот шаман, или кто он ещё, упомянул Пожирателя, делало всё запутаннее.
Но я точно знал, на что способен Морозов. Доводилось это видеть. Шувалов по сравнению с ним, как школьный хулиган на фоне террориста.
— Морозов не тот, кем хочет казаться, — сказал я. — Он очень опасный и непредсказуемый. Нужно вынести его первым.
Я вернул снимок на место.
— И у нас ещё есть возможные враги. Император Александр и его наследник, — я показал на снимок отца и сына. — Император Тимофей, — на снимке был изображён злобный мужик с выпученными глазами и в очень большой фуражке. — И Церковь, о которой тоже нельзя забывать. Камни есть только у этих троих из Орла, но остальные могут всегда ударить нас в спину.
— Начнём с Морозова? — спросил Алекс.
— Начнём с него. В ближайшее время.
Как только закончим все остальные дела.
* * *
— Как тебе новый дом? — спросил я, спускаясь в подвал.
— Выпусти меня отсюда! — взревел Шувалов, хватаясь за толстые прутья клетки.
— Как я тебя выпущу? — я медленно обошёл его со всех сторон. — Тут даже двери нет. Всё заварено.
— Выпусти меня!
Это идеальная клетка. Небольшая, можно стоять, только не в полный рост. Можно сидеть, но нельзя вытянуть ноги. Лежать? Ну, я бы не смог поместиться. Идеальное место для жестокой мести.
И даже не надо никого убивать.
— Ты здесь навсегда, — сказал я, не обращая внимания на панические крики. — Это расплата, которая будет длиться очень долго. Ты будешь сидеть здесь, где никто тебя не найдёт. Я буду иногда перевозить тебя на другое место, но клетка навсегда останется с тобой. Отсюда ты не выйдешь никогда.
— Ты пожалеешь, Воронцов, — пригрозил Шувалов.
— Нет. Не пожалею, я этому очень рад. Ты получил свою жизнь. Наслаждайся. Привыкай к новому дому.
Шувалов ударил левой рукой по прутьям, но просто отбил пальцы до крови.
— Иногда буду тебя навещать, — пообещал я. — Увидимся через месяц. Посмотрим, как долго ты сохранишь человеческий облик. Теперь это вся твоя жизнь. Если свихнёшься, тебе будет проще.
Пожалуй, эта участь намного хуже, чем просто смерть. В разы. Чем‑то напоминало мою тюрьму в Инквизиции, куда я однажды попал в одном из циклов. Но там было хуже. Там меня ещё пытали каждый день. До них я тоже доберусь.
— Выпусти меня! — закричал Шувалов.
Я повернулся к нему спиной и спросил в темноту:
— Это тебя устроит?
— Нет! — заревел Шувалов.
Но я говорил не с ним.
Он исчез в бездне. Теперь здесь только я и чёрный‑на‑чёрном.
— Устроит, — ответил Пожиратель Времени. — Сделка не нарушена, Камень твой.
— У меня к тебе вопрос, — сказал я.
— По поводу кораблей? — он усмехнулся. — Не заморачивайся. Эти клоуны не так опасны, как Морозов. Но ты оцениваешь угрозу с его стороны верно. Он намного опаснее Шувалова и всех остальных. Но погоди с вопросами. Сначала одно дело, очень важное.
Он придвинулся ближе, отчего мне стало холоднее.
— Какое? — спросил я.
— Если ты не примешь меры прямо сейчас, то проиграешь. Морозов знает о мощи, что укрыта в Камнях Краста. Он может отобрать их у тебя, и твой цикл начнётся заново. Или он вообще может тебя уничтожить, раз и навсегда.
— Откуда он всё это знает?
— Ему помогли.
— Кто?
Пожиратель Времени молчал долго.
— Я, — наконец ответил он с усмешкой в голосе.
Глава 3
— Ты не удивлён? — спросил Пожиратель.
— Я тебе и не верил, — ответил я.
— Зря, обычно я говорю правду. Если бы я хотел тебя обмануть, я бы просто промолчал сейчас. А потом бы посмотрел, как Морозов уничтожает тебя и забирает камни. Но мне это не нужно.
— Ну и зачем ты тогда помог Морозову?
— Он где‑то нашёл про мартирские законы, — Пожиратель усмехнулся. — А мы все вынуждены им подчиняться. Я не могу не ответить на вопрос, если он был правильно задан.
Его чёрный силуэт, видный даже на чёрном фоне, переместился в другое место.
— И как его задать правильно? — спросил я, поворачивая следом за ним голову.
— Узнаешь. Теперь ты предупреждён. Помни о Двери, о Камнях, и о том, о чём ты просил меня тогда, в самую первую нашу встречу. Ты это получишь.
— Что знает Морозов?
— Он знает, как можно пробудить Камень Краста, что принадлежит ему. У него нет для этого кое‑чего важного, но скоро он догадается сам.
— И ты ему не подсказал? — я хмыкнул.
— Нет, — ответил Пожиратель. — Я ответил ему на один вопрос, как и было положено в той сделке.
— Он предложил тебе свою душу?
— Что‑то вроде. Сосредоточься на другом. Тебе нужно думать о других вещах. Смотри‑ка вот сюда.
Бездна начала рассасываться. Впереди вместо силуэта чёрного‑на‑чёрном дыра, откуда‑то светилось что‑то зелёное и розовое, в цвет Камней, что я получил. Я заглянул туда и увидел себя, сидящего у алтаря? Себя ли?
Макс Воронцов хохотал диким болезненным смехом и бился головой об алтарь.
— Триста двадцать три попытки, — сказал Пожиратель. — Он почти взял камень у Бельского, но решил поиграть в благородного. Зря, Бельский своего шанса не упустил. Честно говоря, я надеялся, что на следующей попытке твой предшественник отыграется, но он внезапно свихнулся от тщетности своих попыток. Это было неожиданно.
Я опять видел Макса Воронцова. Этот Макс просто шёл к гнезду кобр‑летяг, смотря вперёд диким мутным взглядом. Змеи напали сразу.
— Сто семьдесят попыток. На последней он решил, что больше не будет заниматься Камнями, спасением рода и войной с Пятиглавым Орлом. Он просто выиграл кучу денег на ставках, скрылся, поменял внешность и паспорт и… дожил до семидесяти лет.
— Счастливый, — сказал я.
— Если бы. Тот Макс был редким мудаком. Ты таких даже не видел. Короче, спокойная семейная жизнь с какой‑то красоткой не пошла ему на пользу. Жена оставила его без штанов, он
