- Угощайтесь, - быстро входя в комнату, сказала Ольга. Она поставила на стол стеклянную вазочку. В ней лежали продолговатые зеленые ягоды, похожие на вишни.
Багрецов с равнодушным видом отошел от графика, взял ягоду и стал ее рассматривать. Сквозь тонкую зеленую кожицу просвечивали черные семечки.
- Не бойтесь! - подбодрила его Ольга. - Попробуйте!
Вадим решительно отправил "зеленую вишню" в рот. Сочная тающая мякоть с сильным ароматом приятно защекотала нёбо.
- Амброзия - пища богов, - сказал техник, пробуя еще одну ягоду.
- Актинидия, - поправила его девушка. - Родилась в уссурийской тайге, Мичурин сделал из нее новую ягодную культуру. Он утверждал, что актинидия может вытеснить виноград. Скоро у нас в Девичьей поляне каждый колхозник будет есть эту "пищу богов", как вы назвали мичуринскую актинидию.
- Но позвольте, - возразил Багрецов. - Я хоть в этом деле и ничего не понимаю, однако с детства привык считать, что плоды появляются после цветов.
- У вас неплохие познания в ботанике, - насмешливо заметила Ольга.
- Благодарю, - в тон ей ответил Вадим. - На лианах я видел только цветы. Когда же успели созреть ягоды?
Девушка опустила голову, чтобы скрыть улыбку.
- Ягоды будут к осени.
- А эти? - Багрецов указал на вазочку. - Неужели они остались еще с прошлого года?
- Нет, ягоды актинидии очень плохо сохраняются.
- Тогда... - вопросительно начал Багрецов, - откуда же эти?..
Ольга встала из-за стола.
- Попрошу передать этот сверточек вашему товарищу, - сказала она, взяв с письменного стола заранее приготовленный маленький пакетик. - Пусть и он попробует нашу актинидию.
Вадим недовольно замолчал. Почему Ольга скрывает, откуда появились эти спелые ягоды? Он снова взял одну из них и, задумчиво подбрасывая на ладони, сказал:
- Мой товарищ будет очень доволен этим подарком. Несмотря на то, что он все свое детство прожил в деревне, конечно, ему никогда не приходилось встречаться с такими чудесами.
- Это все пустяки, вы еще и не то увидите! Приезжайте к нам на будущий год, - проговорила девушка. Она опустила голову, с сожалением рассматривая свои поломанные ногти и царапины на руках.
- Если бы вы знали, сколько у нас дел...
- "И маленьких, и средних, и больших", - в тон ей сказал Вадим. Простите, это я Маяковского вспомнил...
Девушка молчала.
- Оля, - робко обратился к ней Багрецов, - простите, что я вас так называю, только по имени... Мне хотелось выяснить довольно любопытное явление. Мой друг был вчера взволнован встречей...
- С кем?
- Видите ли... - замялся Багрецов, - в этом виновата девушка.
- Или я ничего не понимаю, - насмешливо заметила Ольга, - или?.. Вы когда приехали?
- Вчера.
- И в этот же вечер ваш друг стал интересоваться нашими девчатами?
- Не судите Бабкина слишком строго. Я тоже никак не могу забыть эту девушку, которую встретил вчера на холме.
- Какая же она?
- Очень похожа на вас, - отчеканил Багрецов. - Я не успел рассмотреть, потому что она неожиданно исчезла.
Девушка внимательно посмотрела на техника, как бы стараясь прочесть в его глазах, что он еще скажет, затем вежливо осведомилась:
- Исчезла? Каким же образом?
- Вот об этом я и хотел у вас узнать.
Ольга взяла в рот актинидию, поморщилась, словно от оскомины, и сказала:
- Приходите сегодня в наш клуб, - на бревна.
ГЛАВА 4
"ЧЕРТЕЖ МЕЧТЫ"
И у нас
и у массы
и мысль одна
и одна
генеральная линия.
В. Маяковский
На улице, где должен строиться клуб, уже лежали кирпичи и бревна. Молодежь почти каждый вечер, особенно в субботние и воскресные вечера, собиралась сюда повеселиться. На березу подвешивали лампочку, включали радиолу, и над полями неслись вальсы и польки. На вытоптанной, как ток, площадке кружились пары.
Вадим пришел в "клуб на бревнах" поздно. Весь вечер он дожидался Бабкина, который после обеда куда-то исчез.
Скучно было Багрецову. Его словно не замечали. Девчата смеялись, перешептываясь между собой. (Стеша права: в Девичьей поляне девушки на редкость хороши.) Парни держались обособленной кучкой. Их действительно оказалось немного. Никому не было дела до приехавшего московского гостя.
Он сидел на бревнах и чертил прутиком по земле. Хрипела радиола: видимо, позабыли сменить иголку. Кружились девушки. Их легкие платья трепетали, как крылья мотыльков.
"ОКБ"... "ОКБ"... - чертил на земле Багрецов.
Лампочка мигала. "Ежедневная порция энергии предназначалась таинственному "ОКБ". Что бы это могло значить?" - размышлял Вадим. Он вспомнил, что по графику, вывешенному на стене в комнате Ольги, электростанция работала по несколько часов в день только для "ОКБ". Значит, это что-то очень важное.
- Приглашайте девушек, Вадим Сергеевич, - услышал он знакомый голос.
Это была Стеша. В первый момент Багрецов не узнал ее. Уж очень странным ему показался контраст между босоногой девчонкой, с косичками, в вылинявшем коротком платьице не по росту, и "великолепной красавицей", которая сейчас стояла перед ним. На ней было ярко-зеленое блестящее платье, черным лаком сияли туфли на высоких тонких каблуках.
- Садитесь, Стеша, - обрадованно предложил он. - Мне нужно у вас многое узнать.
Осторожным движением девушка подобрала платье и села рядом с Багрецовым.
- Стеша, скажите, у вас в колхозе партийная организация есть?
- Сейчас очень маленькая, потому как почти никого здесь не осталось из старых коммунистов, кроме председателя нашего колхоза Анны Егоровны Кудряшовой и Никифора Карповича Васютина. - Она по обыкновению быстро затараторила: Никифор Карпович на фронте был сильно ранен. Думали, не выживет, но он крепкий оказался. Теперь работает инструктором райкома. а живет больше всего у нас. В каждое дело вникает, все насквозь видит. Говорит нам: "Вы комсомольцы - сила. Докажите". Помогает во всем, сам вроде комсомольца, такой же неугомонный. Электростанцию нашу знаете?
- На холме? Видел...
- Опытная, - важно заметила Стеша. - Такой нигде нету. Это Никифор Карпович уговорил какой-то там институт поставить ее на пробу в наш колхоз.
- Вот как? - удивился Багрецов и подумал, что, быть может, и метеостанция, ради которой они сюда приехали, тоже поставлена в этом районе по просьбе Васютина. Впрочем, зачем колхозу нужна эта метеостанция, если все показатели принимаются и расшифровываются только в Москве?
- Еще один вопрос, Стеша, - обратился к ней Вадим. - Что это такое? - он прутиком указал на вычерченные им буквы.
Девушка нагнулась, словно стараясь лучше рассмотреть буквы, затем искоса взглянула на гостя.
- Не пойму, о чем вы спрашиваете, - нарочито небрежным тоном проговорила она, моргая коротенькими ресничками. - Это загадка, что ли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
