Поля. Но тесть с тещей и сыновьями нагрянули к нему и почти силой отбили детей.
Думаю, в то время это событие сильно отразилось на психике детей, но всего этого нет в
дневнике, изъято. Снова встретилась Мария с отцом только через десять лет, уже
повзрослевшей.
Каждый вечер, ложась спать, маленькая девочка шептала слова молитвы:
- Господи! Сделай так, чтобы у меня никогда не было оспы, чтобы я была хорошенькая, чтобы у меня был прекрасный голос, чтобы я была счастлива в семейной жизни и чтобы
мама жила как можно дольше!
Из публикации этой молитвы вычеркнута фраза: “... сделай так, чтобы у меня были
кавалеры, которые ухаживали бы за мной...”, как неприличная для девочки.
В дальнейшем подобные операции с “Дневником” я не буду, кроме крайних случаев,
оговаривать, но сейчас мне просто хотелось показать читателю уровень того, что
считалось приличным и неприличным.
Неизвестно, как бы сложилась судьба Марии Башкирцевой, если бы младшая сестра ее
матери, Надин, не вышла замуж за богатого старика Фаддея Романова. С этого момента
начинается поворот в ее судьбе.
Глава третья
БАДЕН-БАДЕН. ЖИЗНЬ РУССКИХ ЗА ГРАНИЦЕЙ
Сказочно богатый старый холостяк Фаддей Романов, появившись на горизонте, сначала
ухлестывал за матерью Марии Башкирцевой, кажется, у него даже был с ней
кратковременный роман (они вместе ездили в Краков), заглядывался он и на
десятилетнюю Марию, но в итоге семья, не без помощи дяди Жоржа, окрутила его и
женила на некрасивой Надин. Иногда на него находили приступы безумия, возможно,
белой горячки, а через год после свадьбы он скоропостижно скончался, однако, успев
оставить завещание на все свое огромное состояние в пользу молодой жены. Тут же
поползли слухи об отравлении Романова, стали пересказывать историю его женитьбы:
будто бы его опоили и обманом женили на младшей сестре; семья Романова (его сестра и
другие родственники) через суд оспорила завещание, утверждая, что подпись его на
завещании подделана. Начался процесс, который длился без малого десять лет, и
отголоски которого мы находим даже в напечатанном тексте дневника.
Но еще прежде, при жизни Романова, на его деньги, вся семья отправилась за границу.
“В 1870 году, в мае месяце, мы отправились за границу. Мечта, так долго лелеемая
матерью, исполнилась. Около месяца провели мы в Вене, упиваясь новостями, прекрас-
ными магазинами и театрами. В июне мы приехали в Баден-Баден, в самый разгар сезона
роскоши, светской жизни. Вот члены нашей семьи: дедушка, мама, муж и жена Р-вы (Ро-
мановы - авт.), Дина (моя двоюродная сестра), Поль и я; кроме того, с нами был милей-
ший, несравненный доктор Валицкий. Он был по происхождению поляк, но без излишне-
го патриотизма, - прекрасная, но очень ленивая натура, не переносившая усидчивого тру-
да...” ( Предисловие к “Дневнику”.)
Баден-Баден, куда после Вены прибыли путешественники, был моднейшим в Евро-пе
курортом. Этот Баден следует отличать от трех других, одного австрийского близ Вены и
двух швейцарских. Маленький зеленый немецкий городок в великом герцогстве Баден-
ском, расположенный в горах Шварцвальда, с населением в то время всего-то около деся-
ти тысяч человек, принимал за летний сезон в несколько раз больше туристов. Еще со
времен римлян это место славилось своими горячими ключами, римляне же первыми уст-
роили здесь свои термы. Баденские воды употреблялись для купания, душа и питья. Горя-
чие ключи брали начало в утесах дворцовой террасы, за приходской церковью и по трубам
шли в городские купальни. Они пользовались известностью в лечении болезней брюшной
полости, золотухи, расстройства почек, застарелых ревматизмов и подагры, этих “профес-
сиональных” болезней аристократов.
Во времена французской революции аристократы бежали за границу и оседали в Баден-
Бадене. Так было положено начало его славе. В течение всего девятнадцатого века слава
Баден-Бадена только нарастала. Цены на жилье там взлетали не по дням, а по часам. К
концу 60-х годов XIX столетия в Баден-Бадене было возведено уже двенадцать крупных
отелей, самым великолепным из которых был знаменитый Кур де Бад.
В сезон, который начинался 1 мая и заканчивался в 1 октября, там собиралась ари-
стократия со всей Европы: русские великие князья, шведские бароны, английские лорды и
французские герцоги, светские дамы и дамы полусвета, разведенные жены состоятельных
сановников, сами сановники с любовницами, свитская чернь многочисленных германских
дворов, русская знать и придворные, все проводили лето на водах. Лучше всех описал ба-
денскую публику князь П.А. Вяземский, который подолгу живал в Бадене. Хочется при-
вести его стихотворение полностью.
Люблю вас, баденские тени,
Когда чуть явится весна,
И, мать сердечных снов и лени,
Еще в вас дремлет тишина;
Когда вы скромно и безлюдно
Своей красою хороши,
И жизнь лелеют обоюдно -
Природы мир и мир души.
Кругом благоухает радость,
И средь улыбчивых картин
Зеленых рощей блещет младость
В виду развалин и седин.
Теперь досужно и свободно
Прогулкам, чтенью и мечтам:
Иди - куда глазам угодно,
И делай, что захочешь сам.
Уму легко теперь и груди
Дышать просторно и свежо;
А все испортят эти люди,
Которые придут ужо.
Тогда Париж и Лондон рыжий,
Капернаум и Вавилон,
На Баден мой направив лыжи,
Стеснят его со всех сторон.
Тогда от Сены, Темзы, Тибра
Нахлынет стоком мутных вод
Разнонародного калибра
Праздношатающийся сброд:
Дюшессы, виконтессы, леди,
Гурт лордов тучных и сухих,
Маркиз Г***, принцесса В***, -
А лучше бы не ведать их;
И кавалеры-апокрифы
Собственноручных орденов,
И гоф-кикиморы и мифы
Мифологических дворов;
И рыцари слепой рулетки
За сбором золотых крупиц,
Сукна зеленого наседки,
В надежде золотых яиц;
Фортуны олухи и плуты,
Карикатур различных смесь:
Здесь - важностью пузырь надутый,
Там - накрахмаленная спесь.
Вот знатью так и пышет личность,
А если ближе разберешь:
Вся эта личность и наличность -
И медный лоб, и медный грош.
Вот разрумяненные львицы
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
