и быстро зашивала порванную одежду.
— Помогаете? — обратилась к ней какая-то пожилая дама.
— Да, вот досада… — ответил за неё сыровар.
— Дело благое, — закивала женщина, — а хороший труд должен и оплатиться не дёшево. Когда-то и я была швеёй, да ныне и глаза, и пальцы не те. Молодец, девочка, с таким рвением к работе не пропадёшь!
Не прошло и пяти минут, как работа была выполнена, да так идеально, что не осталось заметно ни узелочка, ни ниток! А потому мистер Уотсон, спасённый от позора, завернул ей с собой ещё и кусочек сыра!
Вновь не обнаружив во дворе ничего необычного, радостная малышка Ин вернулась домой с бидоном молока, кусочком Гвинского сыра и маленькой баночкой заработанных свежих сливок.
Конечно, отец любил кофе со сливками, но эти предназначались отнюдь не ему, поскольку ответственное лечение привередливого пострадавшего было сейчас куда важнее.
В последние дни кот наотрез отказывался подниматься в комнату, всё время проводя на кухне. Должно быть, устал от постоянного внимания маленькой Лили. Вот и сегодня, пока София уговаривала младшую дочь лечь спать после обеда, кот смог отдохнуть, пригревшись под лучами солнца на подоконнике возле задней двери.
Ингрид поставила добытое на кухонный стол и налила в блюдце сливок. Капнув в них пару капель зелёного лекарства, она предложила угощение придирчивому гостю.
Тот же, понюхав, пить опять не стал.
— Что с тобой такое⁈ Самый настоящий кот! Был бы собакой, таких хлопот бы мне не доставил! — разозлилась девочка.
Зверёк же только подошёл к двери и провёл по ней коготками, кажется, просясь на улицу.
Выдохнув, Ингрид его выпустила, оставив дверь приоткрытой, чтобы тот мог вернуться в любой момент. Сама же посмотрела на блюдце с пропавшими понапрасну сливками… А ведь, их можно было бы оставить для родителей.
Ингрид вошла в кладовую, чтобы перелить остатки в хранящуюся там посуду, тем самым освободив одолженную у мистера Уотсона баночку. Как, вдруг, позади, на кухне, послышался шум. Что-то упало.
Она тут же выбежала. На столе хозяйствовал вернувшийся кот. Перевернув пустую кастрюлю, он добрался до бидона, с которого уже скинул крышку. Однако, его внимание привлекло не свежее молоко, а кусок дорогого солёного сыра, который он уже успел покусать.
— Что ты делаешь! Это же…! — девочка согнала кота со стола, но было уже поздно. — Как же теперь? Почему ты такой⁈ Я тебя спасла, а ты!.. — она хотела было выгнать чёрно-белого грабителя за дверь! Но ей стало ужасно его жалко. В конце концов, что взять с обычного кота?
Малышка Ин, вытирая слёзы досады, взяла кусок сыра, который берегла для мамы, папы и сестры, и быть может, немножко для себя, и положила его на пол, прямо перед наглой мордой кота. Он же, в свою очередь, подошёл к недоеденному куску так, будто тот изначально предназначался ему. Девочка же, не имеющая возможности что-либо исправить, села рядом, заплакав.
Глава 5. Что-то здесь не так
Убрав все улики, совершённого подопечным преступления, Ингрид усадила довольного сытной жизнью кота в корзинку.
— Нет, так дело не пойдёт. — засучила она рукава: — Если ты продолжишь проказничать, мне не разрешат тебя оставить. А если про тебя прознает миссис Бимгейм, то мы вовсе вдвоём окажемся на улице. Ну-ка… — она принялась объяснять правила дома: — На стол нельзя, брать еду без спроса тоже нельзя. Выходить можно только, если в доме нет домовладелицы, а мяукать строго по часам…
Раньше у неё, конечно, были питомцы. Вначале, ещё на ферме, была собака Лэси, породы бордер-колли, добрая, умная и отличный пастух. Затем кошка Золотко принесла котёнка Белку, получившего свою кличку из-за огненной шёрстки, пушистого, стоящего трубой хвоста и особой любви залезать высоко на деревья.
Но, к сожалению, переезжая в чужие, незнакомые края, всех их пришлось оставить. Хорошо, что животных согласилась приютить бабушка, живущая хоть и скромно, однако, в своём доме.
Ещё малышка Ин помнила, как однажды отец подарил ей морскую свинку, но та была уже старая. Тогда девочка впервые поняла, что такое — навсегда потерять любимого друга.
В те времена заботиться о питомцах представлялось куда более лёгкой задачей, поскольку бо́льшая часть ответственности лежала на родителях. Теперь же, Ингрид сама была взрослой и потому, обязанной должным образом заботиться о том, кого так выпрашивала у мамы. И, поскольку последняя была не сильно рада приобретению, девочка боялась лишний раз её разозлить, ведь тогда родители точно потребуют вернуть кота в тот злополучный двор.
Понял ли кот сказанное, она узнает позже. А пока урок окончен.
Поскольку на днях должен был приехать отец, дома предстояла генеральная уборка.
Девочки вдвоём, кто сколько мог, целый день протирали, чистили, мыли, скоблили, стирали. А кот? А кот помогал. Он активно разведывал кладовую, проверял на наличие интересного и съестного все шкафы, вдруг оказывался в ящиках, спал, просился во внутренний двор, тут же ходил по помытому, а потом и вовсе устроил хаос, бегая по комнате со шляпками за невесть откуда взявшимся паучком.
Так же досталось и окуню, приготовленному Ингрид на ужин. Кот наотрез отказался есть рыбьи потроха, будто вовсе никогда не был уличным. Зато попытался своровать целую запечённую рыбину, потащив за скатерть своей вористой когтистой лапкой.
Несколько раз Ингрид даже пришлось погонять его метлой.
Теперь, наконец, он залез передними лапами в таз с чистой водой, умылся и, как следствие, запертый в комнате, с чувством выполненного долга свернулся в клубок на кровати.
Как и все обычные коты, человеческую речь он не понимал. То был покладистым, то вдруг, становился самим хаосом, переставая слушаться.
Если так, то чей голос слышала Ингрид? Хозяина кота? Но, кажется, он не жил в том дворе…
Малышка Ин была рада тому, что в этот момент мама отсутствовала дома. София отправилась в особняк семьи Ричардсон, дабы снять мерки и подобрать фасон новых шляпок для богатой миссис и её четырёх дочерей. Это был ответственный заказ, который сулил неплохие деньги.
Ингрид и Лили, пообещав друг другу не выдавать чёрно-белого проказника, до возвращения мамы, успели прибрать и этот беспорядок.
— Как вы его назвали? — поинтересовалась София.
Старшая дочь задумалась. Действительно, за эти дни она даже не подумала дать ему кличку. Почему? Наверно, из-за того, что на нём когда-то был ошейник, следовательно, и кот всё же являлся домашним, а потому, имя у него уже имелось:
— Просто «Кот». Сначала я хочу разыскать его хозяина, если же такового нет, тогда и
