—Добрый вечер, - говорит мужчина с бородой.
Он выглядит значительно старше другого мужчины. Харви кладёт свою длинную руку на спинку соседнего стула. Его взгляд, как ни странно, прикован ко мне. От этого по моему телу пробегает дрожь. Она не такая, какую я чувствую обычно, если мне холодно или страшно. Это какая-то странная дрожь, и у меня разливается тепло внизу живота. Почему он не сводит с меня глаз? Это напрягает.
—Привет, - говорю я как раз тогда, когда из той же двери, что вышел Харви, выходит второй солист группы.
Мм... Забыла, как его зовут. Джеф?
—О, привет! - радостно улыбается он мне и губами приникает к горлышку бутылки с водой.
—Привет, - повторяю я.
—Ты снова здесь, - констатирует он факт, улыбаясь широко.
—Представь себе! - язвит Харви.
Я хочу стукнуть его голову об стену. Он меня бесит!
Мелисса поднимается по ступеням и становится рядом со мной. Она обнимает меня одной рукой, другой жестикулирует.
—Все в сборе, и я, пожалуй, начну, - произносит она, взглядом моля меня не портить ничего.
Я никогда не могу ей отказать.
—Эта девушка - её зовут Алекс, - я подумала, что она идеальный кандидат на героиню нашего будущего клипа, - пропела весело Мел, оглядывая всех собравшихся, но её взгляд задерживается на Коуле и Патрике (это всё ещё под вопросом).
—Она мне нравится, - говорит Коул спустя, кажется, целую вечность, отпивая от своего кофе. - У нас мало времени, съёмки через три дня, выбирать особо не приходится.
Он говорит это, глядя на мужчину с бородой на лице. Я ощущаю себя немного неполноценной после его слов. «Выбирать особо не приходится». Конечно, я не королева красоты, но я всегда считала себя симпатичной.
Патрик опускает уголки губ и пожимает плечами:
—Если устраивает сумма, - говорит он, и мне кажется, что так несерьёзно он относится к первому клипу группы, именно потому, что он первый, да и проект не так популярен, - то почему бы и нет? Устраивает ведь?
Он кивает своим стаканчиком в мою сторону. Да кого хоть не устроила бы?!
—Да, конечно. - Я свечусь я от радости.
И тут Харви тоже не мог промолчать:
—Другие девушки отказывались от роли, узнав, сколько мы им заплатим, потому что они стоят больше.
Он идёт через весь зал и поворачивает за угол, а внутри у меня всё кипит и слёзы на глаза наворачиваются. Но Мелисса крепче обнимает меня, а Джеф, который сидит на краю сцены, обращается ко мне:
—Не принимай близко к сердцу. Харви - тот ещё засранец!
—Да, не буду спорить, - вздыхает тяжело Мелисса.
Это успокаивает меня лишь чуть-чуть.
Голос гладковыбритого мужчины вырывает меня из горьких раздумий:
—Надеюсь, ты со своей ролью справишься.
Глава 3
Дорога от общежития до концертного зала в Арлингтоне занимает тридцать пять минут. В автобусе я занимаюсь тем, что схожу с ума от волнения в свой первый день съёмок. Я даже не фотогенична, выхожу плохо на всех фото, в социальных сетях у меня практически нет изображений со мной. Мне почему-то кажется, что люди вокруг смотрят на меня, интересуются мной. Конечно, это всё плод моего воображения, но мне не нравится, что мой мозг так реагирует на сегодняшнее событие. В конце концов, это, наверное, не так уж и сложно: всего лишь два дня покрутиться перед камерами, даже слов учить не нужно. Я получу свои деньги и постараюсь свести наши встречи с Харви к минимуму.
Когда я через "чёрный вход" оказываюсь в здании Music Hall, навязчивые мысли меня терроризируют. Мой внутренний голос шепчет, что пора отсюда бежать. Но, может, я ужасно меркантильна, но на дорогу сюда ушло больше доллара, а в этом месяце я потратила почти все карманные от родителей. Мне нужны деньги.
Я достаю свой смартфон и заново перечитываю сообщение от Мел, блуждая по тёмным коридорам.
«Пройдёшь главный зал, поворачивай налево, третья дверь справа - гримёрная. Жди меня там в половине седьмого».
Сейчас всего шесть вечера. Надеюсь, маленькое помещение не заполнено командой массовки, которая должна присутствовать в клипе, как мне объяснила Мел.
Слава Богу, через несколько минут я вижу надпись на двери "гримёрная", и вхожу внутрь. Нет, здесь нет толпы народу, но здесь - Харви, и он сидит на краю стола, широко раздвинув ноги, а меж них устроилась какая-то девица, которая наматывает его волосы на свои пальцы. Они явно кокетничают, пока не замечают меня. Харви немного выпрямляется и откашливается. Он суёт в руку девчонке что-то, похожее на кусок бумажки. Его мизинец касается подбородка, а большой палец - уха, остальные же пальцы сжаты в кулак, когда он проговаривает одними губами ей: «Позвони мне».
Широкая улыбка расплывается на лице брюнетки. Она сильнее сжимает клочок бумаги, а, взглянув на меня, улыбка исчезает с её лица. Она что-то нашёптывает Харви. О, Боже! Меня сейчас вырвет. Почему я должна быть свидетелем этой сцены? Что мне делать? Может, стоит выйти и подождать Мелиссу на улице? Но, неожиданно для себя, я прохожу к дивану и устраиваюсь поудобней, прежде кинув сумку на стол, на котором сидит Харви. К моему сожалению, эта парочка стоит прямо напротив меня. Я делаю вид, будто не замечаю их. Однако краем глаза вижу, как Харви напрягается. Он встаёт и берёт девушку за руку. Наверное, хочет выпроводить её или, может, наоборот уединиться с ней. Я, честно, пытаюсь не смотреть на них, но мои глаза предательски следят за ними. Харви с девчонкой останавливается возле дверей, и она чмокает его в щёку на прощание. Хихикая, она выходит из гримёрной и парень тут же с силой захлопывает дверь. Я закусываю губу, чтобы не засмеяться и не навлечь на себя беду в обличии его гнева. Харви не оборачивается.
У меня есть, кажется, немного времени, чтобы изучить, насколько идеальны мышцы его широкой спины. Харви одет в белую облегающую футболку и чёрные джинсы. Несколько татуировок на спине просвечивают сквозь одежду. Я не могу оторвать глаз от его ярко выраженных лопаток. Я не должна опускаться взглядом вниз. Не должна. Алекс, ты не должна. Не делай этого. Но я не могу совладать с собой. Какого чёрта я чувствую себя такой возбуждённой? Его ягодицы выглядят совершенно. Такие упругие. Чёрт. Я снова закусываю губу, но в этот раз от грёбанного отчаяния.
Я облизываю губы как раз в тот момент, когда Харви поворачивается. Но, слава Богу, он даже не смотрит на меня. Достаёт телефон и утыкается в него, как будто меня нет в комнате. Меня это действительно обижает, чёрт возьми, но я этого не собираюсь показывать.
Единственное, что меня за сегодняшний день злит больше всего - это то, как этот чёртов засранец садится в кресло и поднимает свои длинные ноги на стол, задевая ботинками мою бежевую сумку. Я чуть ли не вспыхиваю от возмущения.
