Подняв голову, она увидела, что Джо смотрит на нее. Надо же, и ведь не пытается хоть из вежливости притворяться, возмутилась про себя Эшли. И действительно, тот бросал откровенные взгляды на грудь девушки, и, к своему ужасу и стыду, она ощутила, как все ее тело отзывалось на них. Хуже того, насмешливая улыбка на его твердых губах говорила, что тот догадался об этой невольной реакции.
Уязвленная до глубины души, Эшли опустила глаза. Как она может возбуждаться от одного взгляда мужчины, причинившего ей столько горя? Девушка тяжело вздохнула. Он всегда так на нее действовал, как бы она этому ни сопротивлялась. Достаточно было одного долгого взгляда, чтобы все ее тело занялось жаром. Трудности начинались позже, когда они оставались наедине. Эшли сгорала от стыда, и стоило Джо начать ее ласкать, как она превращалась в мраморное изваяние.
Не желая предаваться этим воспоминаниям, Эшли попыталась отвлечься, наблюдая за танцующими парами.
– Не хочешь потанцевать? – вежливо осведомился Джо, наклоняясь к ней через стол.
– Нет, спасибо, – ледяным тоном отозвалась Эшли.
– Почему же, милая, – жизнерадостно подбодрил ее Мартин. – Ты же любишь эту мелодию.
Эшли замерла. Неужели я упоминала об этом, с ужасом подумала она. Ведь то была песня, под которую они с Джо несчетное количество раз танцевали в те первые безумно счастливые дни!
– Вот и договорились. – Джо уже стоял у ее стула, протягивая руку.
Прежде чем Эшли успела возразить, он потянул ее за собой.
Вырваться, не устраивая при этом сцены, не было никакой возможности, и ей пришлось подчиниться.
– Постараюсь не дотрагиваться до обнаженных участков твоего тела, – заявил Джо, притягивая ее к себе. – Правда, при таком покрое платья это будет затруднительно.
Эшли сердито вспыхнула:
– Не смей!
– С чего это ты так взвилась? – язвительно поинтересовался он. – Ты такая, какая есть, и я тоже, тут уж ничего не поделаешь. И, насколько я помню, тебе всегда было неприятно, когда к тебе прикасались, – во всяком случае, когда это делал я.
Эшли пожала плечами, заставляя себя двигаться в такт музыке.
– К чему ворошить прошлое? – сухо произнесла она. – Все это было сто лет назад. С тех пор я изменилась. Да и ты, я думаю, тоже.
– Да, ты изменилась, и притом весьма заметно, – негромко отозвался Джо. – И кто же стал тому причиной? Уитхем?
– Возможно. – Эшли вздернула подбородок. – Но тебя это не касается.
– Собираешься за него замуж, Эш? – Джо сверлил ее взглядом.
– Если можно, я бы хотела вернуться за столик.
– Когда кончится танец. – Он развернул ее, и Эшли снова поняла, что вырваться, не уронив при этом своего достоинства, ей не удастся. – Кстати, вполне естественно, что я интересуюсь твоими планами на будущее. Ведь когда-то они вплотную касались меня, если ты помнишь.
– Вряд ли я когда-либо это забуду, – ядовито отозвалась Эшли. – Но ты утратил право быть в курсе моей личной жизни. Кстати, где ты раздобыл мой номер телефона? Он засекречен.
– Сорока на хвосте принесла, скажем так, – сказал Джо. – Похоже, у тебя серьезные неприятности. Вот я и подумал, что ты обрадуешься дружескому звонку.
– Напрасно, – огрызнулась она. – Я не желаю иметь с тобой ничего общего. Так что сделай милость, оставь меня в покое.
Он задумчиво посмотрел на нее из-под полуопущенных век.
– Это не так-то просто. В таком маленьком городке мы неизбежно будем встречаться. Тебе не кажется, что стоит попытаться хотя бы быть вежливыми друг с другом?
Эшли с трудом удалось подавить охватившую ее панику. Слова Джо подтверждали, что он не намерен возвращаться в Штаты, как и предполагал Генри.
– Городок у нас действительно небольшой, – согласилась она. – И для такого амбициозного человека, как ты, возможности здесь весьма ограниченны. Полагаю, ты ждешь не дождешься, чтобы вернуться в Америку.
– Ты ошибаешься, – любезно возразил Джо. – Я буду рад обсудить с тобой свои планы, Эш, но не сейчас. Я пригласил тебя танцевать не за тем, чтобы вести серьезные разговоры.
– Ах, вот как? Вероятно, ты просто хотел меня позлить. – Эшли покачала головой. – Мне очень жаль, Джо. Ты не вызываешь у меня никаких эмоций. И в результате страдать приходится только твоей дорогой кузине Эрике.
– А по-моему, Уитхем очень мило ее развлекает, – небрежно отозвался Джо. – Хотя он, пожалуй, нудноват.
– Зато это порядочный человек, – ровным тоном заявила Эшли. – Впрочем, ты вряд ли способен оценить подобные качества.
– И ты тоже, моя дорогая стервочка, – скривил губы Джо. – А танцевать я тебя пригласил, чтобы разобраться, насколько глубоки происшедшие в тебе изменения. Может, они лишь поверхностны?
Внезапно его рука крепче сжала талию девушки, и он притянул ее к себе. Их тела соприкоснулись, и Эшли невольно ахнула. Она попыталась вырваться, но тщетно. Девушка уже открыла рот, чтобы запротестовать, но в эту минуту губы Джо – теплые, твердые и бесстыдно чувственные – прижались к ее рту.
Эта внезапная атака застала Эшли врасплох. Ее тело мгновенно откликнулось на ласку, ноги ослабели, и по жилам разлилось блаженное тепло.
Поцелуй казался бесконечным. Девушке вдруг отчаянно захотелось покориться, отдаться на милость этих губ, жадно стремившихся выведать все ее сокровенные тайны. Это было искушение, которому она должна была противостоять во что бы то ни стало, хотя ее всю трясло от неистового, неудовлетворенного томления.
Однако где-то в глубине подсознания тихий голос твердил ей, что сейчас она также безразлична Джо, как и три года назад, и об этом не следует забывать. Он просто стремится свести с ней счеты, вот и все. Кроме того, ему надо продемонстрировать всем, что их разрыв, вызвавший в свое время столько толков, уже в прошлом, и былые раны затянулись.
Наконец Джо с явной неохотой оторвался от губ девушки. Музыка смолкла, и в воцарившейся тишине раздался шквал аплодисментов.
Эшли шла к своему месту, как в тумане, сопровождаемая любопытными взглядами и негромким шепотком. Однако парочка, дожидавшаяся их за столиком, явно не разделяла всеобщего энтузиазма. У Мартина был слегка ошарашенный вид, а в глазах Эрики горело бешенство, хотя с ее губ не сходила фальшивая улыбка.
Пробормотав какие-то извинения, Эшли схватила сумочку и помчалась в дамскую комнату. К счастью, там никого не оказалось. Девушка бессильно рухнула на диванчик и в ужасе уставилась на свое отражение. Ее глаза казались вдвое больше обычного, а в лице не было ни кровинки. Она дотронулась до слегка распухших губ, на которых не осталось и следа помады, и содрогнулась.
Джо не посчитался ни с чем: ни с тем, что после их последней встречи прошли годы, ни с тем, что они были в общественном месте. Ему не было оправдания. Эшли открыла сумочку, достала косметику и сделала попытку привести себя в порядок. В ней закипали гнев и возмущение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
