Читаем без скачивания Идеальная пара (ЛП) - Блейк Лекси

Она хотела Себастьяна, и это означало, что она должна была подобраться к нему ближе.

Черт, ей нужен был блеск для губ. Ее кожа была немного бледновата — факт, который девушка приписывала трате слишком большого промежутка времени на беспокойство о свете для своих картин и отсутствия солнечного света для себя. Ей довелось узнать, что в квартире, которую для них организовал шеф, был балкон, который идеально подходил для наслаждения солнечными лучами, тем более, что она купила бикини, и, надеялась, что из-за него у Себастьяна потекут слюнки.

Она поправила своих девочек. Иногда ее соски были немного сумасшедшими, когда попадали в лифчик: один мог указывать на север, а другой — на юго-восток. Если они затвердеют, то Тифф хотела, чтобы они указывали прямо на ее цель.

Слово «цель» звучало так, будто она собиралась сделать ему что-то плохое. Нет, это было не так. Девушка делала это для него. Себастьян был одинок. Он сказал ей это в ту ночь, когда, она была уверена, что Себ думал, будто девушка была слишком пьяна, чтобы помнить его слова.

Ты хоть представляешь, сколько времени прошло с тех пор, как я держал в руках женщину? Черт, но ты ощущаешься хорошо, дорогая.

А затем ее вырвало, потому что шеф-повар не скупился на текилу.

Соски торчали прямо. Губы блестели. Тиффани могла это сделать. Небольшой пучок из волос, и она была готова идти.

Она хорошо пахла? Да. Казалось, все было в порядке. Она не была уверена, что Себастьян хотел бы нюхать ее духи. Это могло испортить ему обоняние. Он много говорил о нем.

Может быть, ей следовало узнать больше о вине. Это была его одержимость. Все, что девушка знала — оно нравилось ей, и Тиффани была достаточно хороша в том, чтобы помнить, что с чем сочеталось. Свиные отбивные шеф-повара особенно хороши под «Пино Нуар». Себастьяну нравилось сочетать устрицы Рокфеллер «Верхних» с вином «Совиньон Блан».

Но меню «Верхних» было всем, что она знала. И Себастьян, явно, был без ума от шампанского, но только некоторых видов, потому что она как-то услышала, как он говорил Эрику: «Просекко не шампанское!».

Но оно было с пузырьками, и девушка не видела большой разницы.

Она слишком много думала об этом. Хорошо. Вернемся к началу. Соски вперед, тушь на месте, губы блестят. Пора.

Тиффани схватила свою сумочку и вышла в гостиную, где стоял Себастьян, но ее багажа нигде не было видно.

— Эм, а где мои сумки?

Он нахмурился, его красивое лицо скривилось.

— Тебя не было двадцать минут. Я загрузил их в машину.

Он прошел три лестничных пролета вниз, неся ее чертовски тяжелые сумки? Неудивительно, что мужчина выглядел таким злым. Она попробовала ярко улыбнуться ему.

— Что же, по крайней мере, я оставляю мольберт и рисование тут. Спасибо большое за это. Прости, что задержалась.

— Мне кажется, я объяснил, что мы должны выехать в два часа.

Глубокий доминирующий голос вернулся. Черт. Она потеряла время и снова раздражала его.

— Прости, Себастьян. Обещаю, больше не буду нас задерживать. Я запру квартиру, и мы сможем уехать отсюда.

Он снял свой костюм, аккуратно сложил его и положил на крошечную барную стойку.

— Боюсь, ты задержишь нас дольше. Мне нравится следовать своим планам. Я очень конкретно сказал, в какое время мы должны уехать, и даже зашел дальше — объяснил, почему. Ты решила не обращать внимания на мой приказ.

— Твой приказ?

Что, черт возьми, происходило? Себастьян закатал рукава, открывая абсурдно мускулистые предплечья.

— Да, Тиффани, — продолжил он тем же темным, но, определенно, терпеливым тоном. — Возможно, я был слишком вежлив. Я предпочитаю быть таким, поэтому позволь мне кое-что объяснить. Сейчас мы вовлечены в отношения Д/С. Это подразумевает никакого секса, но я все равно отношусь к этому серьезно. Я являюсь доминирующим партнером. Ты — покорной. Это означает, что я буду заботиться о твоих сумках и обеспечивать тебе спокойствие и комфорт. Это означает, что я сделаю все возможное, чтобы убедиться, что ты в безопасности и о тебе заботятся. В ответ ты будешь подчиняться мне. Теперь я не безрассудный человек. Конечно, это не значит, что я буду диктовать, как жить, хотя у нас будет несколько правил, касающихся нашего совместного проживания. Они будут созданы для того, чтобы наши отношения были здоровыми и свободными от драмы, которая случается со многими другими. Я выслушаю твои опасения по поводу правил, чтобы прийти к согласию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мужчина ходил и осматривался вокруг так, будто пытался что-то найти.

— Согласия? Правила? Эм, я думала, что мы отправимся на пару вечеринок как пара, и, возможно, немного попритворяемся.

— А, то есть ты действительно не слушала, — выдохнул он, и Тиффани поняла, что мужчина была разочарован. Он остановился у кухонного стола и вытащил один из ее стульев. — Как ты думаешь, мы убедим очень умного человека, что мы опытная Д/С пара, если мы не живем по правилам? Двадцать четыре на семь.

— Никто не играет двадцать четыре на семь, — сказала она быстро, чувствуя, как по телу пробежала легкая дрожь страха. Ну, возможно, не совсем страх. Может быть, ей нравилось немного бояться. Похоже, она достигла гребня этого первого глубокого погружения на американских горках. Она была уверена, что все будет хорошо, но, черт возьми, также знала, что это будет дикая поездка.

— Возможно, твои друзья нет, но у меня есть такие, — поправил ее Себастьян. Он развернул стул так, что сиденье было повернуто в ее сторону. — Некоторые люди живут так и они счастливы. Двадцать четыре на семь не обязательно означает, что Дом стоит над покорной весь день. Он просто интересуется каждой частью ее повседневной жизни. Мы с шефом решили, что это лучший способ для нас обоих принять это. Ты согласилась повиноваться мне.

— Я думала, что это только для клуба.

— Мы не собираемся в клуб более одного или двух раз, прежде чем начнем тренировки с Майло Джеем, — объяснил он. Казалось, чувство спокойствия овладело им, будто он принял решение и был в полном согласии с ним. — Нам нужно играть в частном порядке. Также нужно разговаривать. Я думаю, что ежедневные сеансы такого рода, скорее всего, будут отвечать потребностям задачи, которую поставил перед нами Мастер Йен. Это будет очень требовательно, Тиффани. Я не уверен, что ты обдумала все так, как должна была. Еще есть время. Я могу попытаться найти кого-то другого, но понимаю, как удобно было бы нам жить и работать вместе. Мне нравится думать об этом как о полном погружении. Но если ты хочешь передумать, сейчас самое время это сделать. Я могу поговорить с Келли с работы. Она планирует начать программу обучения в ближайшее время, но, возможно, обучение «один на один» поможет ей быстрее освоиться.

Келли? Новенькая Келли? Келли с темными волосами и задницей, что могла отбросить тебя на четверть квартала? Келли-йог, которая могла закинуть ногу за ухо? Ни за что, бл*ть.

— Я в порядке, Себастьян. То есть, Сэр. И я, правда, очень сожалению, что отняла столько времени. Сейчас я, правда, готова.

Он кивнул.

— Я рад это слышать. Мы сможем ехать, когда решим эту проблему. Пожалуйста, спусти свои шорты и обопрись ладонями о сиденье. Я покажу тебе, насколько широко должны быть твои ноги. И отныне я предпочел бы, чтобы ты поприветствовала меня должным образом, когда я забираю тебя. Я ожидаю, что ты позволишь мне войти, а затем опустишься на колени в покорное положение, если мы пробудем врозь в течение нескольких часов. Жду, что ты приготовишь обед, если мы не пойдем куда-нибудь. Если я тот, кто приветствует тебя в конце дня, можешь ожидать от меня подобного ритуала. Если ты работала, а я нет, я готовлю нам еду. Я выпью бокал вина, а ты сможешь выбрать то, чем мы займемся в тот вечер. Я жесток, но справедлив.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он хотел, чтобы она сделала это?

— Почему мне нужно наклониться над стулом? Ладно, это звучит глупо. Я понимаю, что мы говорим о порке, не так ли? Меня отшлепают, потому что я заставила нас опоздать?