— Другими словами, ему всё равно, что Драко убьют!
— Тёмный лорд очень зол, — тихо повторил Снэйп. — Ему не удалось услышать пророчество. Ты не хуже меня знаешь, Нарцисса, он нелегко прощает.
Её колени подогнулись; упав ему в ноги, она рыдала и стонала на полу.
— Мой единственный сын… мой единственный сын…
— Ты должна гордиться! — безжалостно сказала Беллатрикс. — Будь у меня сыновья, я бы с радостью отдала их во славу Тёмного лорда!
Нарцисса тихонько вскрикнула от отчаянья и вцепилась в свои длинные светлые волосы. Снэйп наклонился, подхватил её под руки, поднял и отвёл обратно к дивану. Затем налил ещё вина и вложилбокал ей в руку.
— Хватит, Нарцисса. Выпей и послушай меня.
Она немного притихла, но руки её дрожали. Она пролила часть вина на себя, прежде чем ей удалось отпить из бокала.
— Возможно, я смогу… помочь Драко.
Она выпрямилась, широко раскрыв глаза, белая, как мел.
— Северус… Северус, ты поможешь ему? Ты присмотришь за ним, позаботишься, чтобы с ним ничего не случилось?
— Попытаюсь.
Она отшвырнула бокал так, что тот покатился по столу, а сама бросилась на колени перед Снэйпом, схватила его руку и прижалась к ней губами.
— Если бы ты защитил его… Северус, ты поклянёшься? Ты дашь Нерушимую Клятву?
— Нерушимую Клятву?
На невозмутимом лице Снэйпа ничего нельзя было прочесть. Однако Беллатрикс издала торжествующий смешок.
— Ты разве не слышала, Нарцисса? Да, я уверена, он попытается … Обычные пустые слова, обычные отговорки… по приказу Тёмного лорда, конечно!
Снэйп не смотрел на Беллатрикс. Взгляд его тёмных глаз был прикован к наполненным слезами голубым глазам Нарциссы, которая по-прежнему сжимала его руку.
— Разумеется, Нарцисса, я дам Нерушимую Клятву, — тихо ответил он. — Возможно, твоя сестра согласится её скрепить.
У Беллатрикс отвисла челюсть. Снэйп опустился на колени напротив Нарциссы. Под изумлённым взглядом Беллатрикс они сплели правые руки.
— Тебе понадобится палочка, Беллатрикс, — холодно произнёс Снэйп.
Не скрывая удивления, она достала палочку.
— И подойди поближе, — добавил он.
Она шагнула вперёд, оказавшись над ними, и поставила кончик палочки на их сплетённые руки.
Нарцисса заговорила:
— Клянёшься ли ты, Северус, присматривать за моим сыном Драко, пока он выполняет задание Тёмного лорда?
— Клянусь, — сказал Снэйп.
Тоненький язычок яркого пламени возник из палочки и обвился вокруг их рук, словно раскалённая докрасна проволока.
— Клянёшься ли ты всеми силами оберегать его от беды?
— Клянусь, — сказал Снэйп.
Второй язычок пламени вылетел из палочки и свился с первым в изящную пылающую цепь.
— И если будет нужно… если покажется, что Драко не смог… — прошептала Нарцисса (рука Снэйпа дёрнулась, но он не разорвал связи), — клянёшься ли ты вместо него исполнить волю Тёмного лорда?
На мгновение в комнате повисла звенящая тишина. Беллатрикс смотрела на них широко распахнутыми глазами, не отрывая палочки от переплетённых рук.
— Клянусь, — сказал Снэйп.
Поражённое лицо Беллатрикс осветил отблеск третьего языка пламени, который, выстрелив из палочки, соединился с остальными и плотно обвил сплетённые руки, словно огненная змея.
Глава третья. Воля и неволя
Гарри Поттер громко похрапывал. Он просидел на стуле возле окна спальни добрые четыре часа, всматриваясь в сгущающиеся на улице сумерки, и, наконец, провалился в сон, прислонившись щекой к холодному оконному стеклу; очки его перекосились, рот широко раскрылся. Капельки влаги, оседавшие на окне от его дыхания, искрились в оранжевом сиянии уличного фонаря; в искусственном освещении лицо юноши казалось очень бледным, из-за чего он, со своей копной всклокоченных чёрных волос, походил на привидение.
В комнате всё было перевёрнуто вверх дном: совиные перья, яблочные огрызки и конфетные обёртки устилали пол, на постели как попало валялось множество учебников заклинаний вперемешку со скомканными мантиями. В пятне света на столе лежали разбросанные газеты. Заголовок одной из них гласил:
ГАРРИ ПОТТЕР: ИЗБРАННЫЙ?
Продолжают ходить слухи о недавних таинственных беспорядках в Министерстве магии, во время которых опять был замечен Тот-Кого-Не-Стоит-Называть-По-Имени.
«Нам запрещено говорить об этом, ни о чём меня не спрашивайте», — заявил некий взволнованный Забвениумтор, выходивший из Министерства прошлой ночью; он отказался сообщить своё имя.
Тем не менее, высокопоставленные источники в Министерстве признали, что в центре беспорядков оказался легендарный Зал пророчеств.
Хотя представители Министерства до сих пор отказывались даже подтвердить факт существования такового места, колдовское сообщество всё более убеждается: Пожиратели смерти, отбывающие сейчас сроки в Азкабане за вторжение и попытку кражи, пытались похитить именно пророчество. Суть последнего неизвестна, однако ходят слухи, что оно касается Гарри Поттера, единственного, кто когда-либо выжил после заклятья Убиения; кроме того, как известно, он был в Министерстве в ту самую ночь. Некоторые даже начали именовать Поттера «Избранным». Они уверены: пророчество указывает на него как на единственного, кто сможет избавить нас от Того-Кого-Не-Стоит-Называть-По-Имени.
В настоящее время местонахождение пророчества, если оно вообще существует, неизвестно, хотя… (продолж. на стр. 2, столбец 5)
Рядом с первой газетой лежала вторая, на которой был отпечатан заголовок:
СКРИМДЖЕР СМЕНЯЕТ ФАДЖА
Здесь значительная часть первой полосы была занята большой чёрно-белой фотографией человека со шрамами на лице и копной волос, напоминающей львиную гриву. Изображение двигалось — человек махал рукой в сторону потолка.
Руфус Скримджер, в прошлом начальник Штаба ауроров Отдела исполнения магических законов, сменил Корнелия Фаджа на посту Министра магии. Это назначение с энтузиазмом приветствовалось значительной частью колдовского сообщества, хотя уже через несколько часов после вступления Скримджера в должность распространились слухи о трениях между новым Министром и Албусом Дамблдором, вновь занявшим пост Верховного Мага Совета Мудрейшин.
Представители Скримджера признали, что он встречался с Дамблдором сразу после того, как получил высокое назначение, но отказались комментировать темы, затронутые при обсуждении. Известно, что Албус Дамблдор… (продолж. настр.3, столбец2)
Слева от этой газеты лежала другая, сложенная так, что была видна статья с заголовком «Министерство гарантирует безопасность учеников».
Недавно назначенный Министр магии Руфус Скримджер сообщил сегодня о новых жёстких мерах, предпринятых Министерством для обеспечения безопасности учеников, возвращающихся осенью в Школу колдовства и волшебства Хогвартс.
«По очевидным причинам Министерство не собирается вдаваться в детали новых планов обеспечения безопасности», — заявил Министр, хотя внутренний источник подтвердил, что меры включают оборонительные заклинания и чары, комплексный ряд контрпроклятий и небольшую опергруппу ауроров, в чьи задачи будет входить исключительно защита школы Хогвартс.
Большинство населения, похоже, доверяет Министру безопасность своих детей. Миссис Августа Лонгботтом сказала: «Мой внук Невилл — хороший друг Гарри Поттера, в июне, кстати, они вместе сражались с Пожирателями смерти в Министерстве, и…
Окончание статьи заслоняла большая клетка, стоявшая на газете. Внутри клетки сидела великолепная полярная сова. Янтарные глаза надменно изучали комнату; голова время от времени поворачивалась, и взгляд птицы упирался в спящего хозяина. Раз или два она нетерпеливо щёлкнула клювом, но Гарри спал слишком крепко и не слышал её.
Посреди комнаты на полу стоял большой чемодан. Несмотря на откинутую, словно в ожидании чего-то, крышку, чемодан был почти пуст, если не считать мешанины из старого белья, конфет, пустых чернильниц и сломанных перьев на дне. Рядом с чемоданом валялась лиловая листовка, исписанная роскошной вязью:
— ОПУБЛИКОВАНО ОТ ИМЕНИ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ —
Защита вашего дома и семьи от тЁмных сил
В настоящее время колдовское сообщество находится под угрозой со стороны организации, именующей себя «Пожиратели смерти». Соблюдение следующих простых мер безопасности защитит Вас, Вашу семью и Ваш дом от нападения:
1. Советуем Вам не выходить из дома в одиночку.
2. В тёмное время суток следует быть особенно внимательным. По возможности, постарайтесь завершить любые перемещения до наступления темноты.
