Глава 2
Скайлар боялась громко вздохнуть. Одно неверное движение и добыча уйдет, а точнее убежит на своих шести ногах.
Девушка внимательно следила за жирным бо́кшом, который был похож на обычного кабана, только без бивней, и концы его конечностей венчали заостренные вниз копыта, помогавшие защищаться, а также нападать на других животных.
Объединившись, бокши могли повалить зверя в два, а то и в три раза больше себя. Но сейчас у них был сезон гона, поэтому самцы охотились и жили поодиночке.
Конкретно этому экземпляру не повезло, так как Скайлар сегодня вышла на охоту вместе с Рюданом и еще двумя лучшими охотниками. Теперь главное ей все не испортить и не спугнуть животное, у которого были острые слух и нюх.
Рюдан, лежа рядом, медленно и бесшумно натянул тетиву. Скайлар боялась повернуть к нему голову, поэтому продолжала сверлить бокша взглядом. Зверь еще не подозревал, что его дни сочтены и спокойно жевал что-то в траве на небольшой лесной поляне.
Девушка уже видела, как разделывают бокшей, поэтому знала, что во рту у него ряд острых зубов. Если что-то пойдет хуже, чем не так, то животное могло напасть на них. И пусть Рюдан был рядом, Скайлар все равно сильно нервничала. Это была ее четвертая охота и пока что она смотрела, училась и запоминала.
Задержав дыхание, Рюдан пустил стрелу, пробив бок животного. Бокш коротко взвизгнул и повалился на бок. Он уже был мертв, так как наконечник стрелы был смазан специальным ядом. При разделке женщины просто обезвредят его с помощью магии, поэтому людям не грозило быть отравленными.
Скайлар облегченно выдохнула.
— Все нормально? – спросил Рюдан.
— Да. Ты молодец, - улыбнулась она.
Он усмехнулся, как всегда это делал. Его забавляло, что Скайлар каждый раз хвалила одного из самых опытных охотников этих лесов.
Он помог ей подняться и вышел на поляну, где уже показались остальные охотники. Мужчины быстро скрутили добычу и понесли в лагерь.
— Ты тоже молодец, - произнес Рюдан по дороге.
— Правда? – удивилась девушка. – Я же ничего не сделала.
— Вот именно. Забыла, как в прошлый раз ормари мехту?
— Постой. Что такое ормари?
— Пугать.
— Точно! В прошлый раз я спугнула взрослого мехту…
— А что еще можно было сказать? Ты ведь учишь слова с Ачорой каждый день? Все еще путаешься?
— Да. Просто я подумала, что ты сказал “упустила”, но не была уверена. Теперь вспомнила. Ормари – это пугать.
— Ты быстро учишься. За три месяца сделала большой скачок.
— Еще бы, - усмехнулась она. – Ведь ты не облегчал мне работу, а, наоборот, заставлял остальных почаще разговаривать со мной, чтобы я… Как же это?
— Карумтур, - подсказал он.
— Верно. Практиковалась. И спасибо тебе за это.
— Пожалуйста, но не окажись ты такой усидчивой и трудолюбивой, то и половины моих предложений бы сейчас не понимала.
— Я же говорила, с усидчивостью у меня проблем не было никогда.
— Да-да, ты говорила о своем отце. Он был рассказчиком, верно?
— Не совсем. Он был зунки. Писателем. Он рассказывал свои мысли бумаге. – В местном языке, конечно же, не оказалось такого понятия, как компьютер, поэтому Скайлар всегда употребляла слово “бумага”.
И все же как приятно было слышать похвалу в свой адрес. Рюдан был одним из первых, кто начал активно ее поддерживать и помогать влиться в этот мир, поэтому для девушки было очень важно его мнение.
Действительно прошло уже три месяца, даже чуть больше. Ачора ежедневно занималась со Скайлар, учила ее говорить, читать и писать, и девушка очень старалась.
Сначала потому, что боялась того, что зависима от этих людей, а потом втянулась и начала постепенно ощущать несравнимое ни с чем удовольствие от общения. Она, будто новорожденный ребенок, училась основам заново, только осознавала это, и каждое новое достижение, в виде выученного алфавита или слова, приносило настоящее счастье.
Первое время Скайлар была будто немой, хоть и повторяла раз за разом слова, которым учила ее Ачора. Она находила способ как-то показать значение, но работало это все равно плохо. Тогда на помощь пришел Рюдан. Он попросил всех путников в любое свободное время общаться со Скайлар и со временем она потихоньку стала различать одинаковые слова. Память выуживала их значения с каждым разом все лучше, и вскоре девушка сама стала по чуть-чуть говорить.
Она и сейчас кое-что забывала, но ежедневное общение по-прежнему помогало латать дыры в знаниях. С письменностью дело довольно быстро пошло вперед. Алфавит был небольшой, состоящий из восемнадцати букв, и помогало также то, что это были действительно буквы, а не иероглифы или какие-нибудь закорючки.
Как только Скайлар запомнила все восемнадцать, она стала записывать слова, которые учила, затем словосочетания, а потом и предложения. Таким образом она и тренировала память, и практиковалась в письме.
В тот первый вечер на Тонати у нее ушло несколько часов на то, чтобы окончательно смириться с тем, что она попала в отцовскую книгу. Совпадений такого характера быть не могло. Та же карта, то же название мира, которое поведал ей Рюдан, и, естественно, тот же самый материк, на котором они все сейчас находились – Аманти.
Скайлар не знала и не понимала, как такое чудо могло с ней произойти. Но в голове в какой-то момент родилась безумная мысль, что, возможно, отец обнаружит ее в своей книге. Может, он сможет как-то помочь ей? Например, подать какой-то знак, или хотя бы наделить способностью моментально понимать местных. Но нет.
Время шло, а все оставалось по-прежнему, и тогда Скайлар пришлось смириться. Она решила, что раз деваться пока некуда, то придется научиться выживать здесь и приспособиться к этому, вроде как нереально-реальному миру.
Она также узнала, что сутки здесь длятся двадцать часов, а один год составляет триста тридцать шесть дней. Благо, хоть в неделе были знакомые семь суток.
