сразу же все замечать, например малейшие движения сбоку, или улавливать шепотки и хихикание — я сразу же настораживалась. Вот и сейчас увидела боковым зрением, что делают эти две балбесины с даром не выше второго. Но так как они обе из обеспеченных семей, то родители нашли способ затолкнуть этих бесталанных особ в академию, которые вряд ли разовьют дар до третьего уровня. Подруги сосредоточенно сопели и делали мне гадость. И я тоже… Нет, не сопела. Магичила им ответный сюрприз.
Когда занятие закончилось, я встала и спокойно пошла к выходу из аудитории, как ни в чем не бывало. Только услышала, как позади меня одногруппницы крякнули от разочарования, не понимая, почему это я вдруг живописно не развалилась в проходе к их общей радости. Возле двери, я замедлилась от услышанной ругани двух леди. М-да… Оказывается высокородные дамы знают такие выражения, о которых я и представления не имела.
Оглянувшись, увидела прелюбопытную картину, как две неудачницы в подпольных экспериментах ползают на коленях, собирая выпавшие из сумок учебники, тетради, письменные принадлежности, пудреницы, помады и еще много всякой ерунды.
А вот нечего бездельем маяться и бегать по балам, да гулять по ресторанам! Надо сидеть в библиотеках, как я и учить формулы заклинания третьего и четвертого уровней, втихаря пробуя воплотить их в жизнь. Тогда бы знали, что такое «Митрок» — лезвие света, которым можно не только срезать путы с ног, но и спокойно и незаметно распороть дно сумок у вредительниц.
После занятий, я, как обычно бывает в будние дни, пошла в библиотеку. «О, да! Вот где мне было по-настоящему спокойно и хорошо — среди книг, тихого медитативного шелеста страниц и неповторимого чувства предвкушения новых знаний и открытий».
Жажда к обучению у меня проснулась в детстве, вместе с пробуждением магического дара. Мама рассказывала, что, когда мне было пять лет я захотела полакомиться сладостями и решила их отыскать самостоятельно. И поздно вечером, пробравшись на кухню начала искать спрятанные от меня конфеты. Видимо, чтобы стало светлее, решила взять с полки магический фонарь, а когда залезла на табурет, пытаясь нашарить рукой на полке банку с заветными вкусностями меня застукала мама. Она разочаровано произнесла:
— Мэг, дочка, тебе что, мало было за ужином сладкого? Нельзя его много есть, у тебя и так уже началась аллергия.
А я испугалась, и еще мне стало очень стыдно. И почему-то именно в этот момент решила у меня проснуться магия. Фонарь вспыхнул так ослепительно в моих руках, что я полетела на пол. Мама застонала и закрыла руками обожженные глаза, а светильник втянул в себя энергию мало того, что всех осветительных приборов в нашем доме, так и со всех остальных зданий на улице. Абсолютно вся энергия перетекла в него. А такое случается только при проявлении сильнейшего магического дара.
Обычно максимум, что умеют маги света от первого до третьего уровня — это втянуть энергию до десяти метров в диаметре. А у меня это случилось на километр, не меньше. Но зато мы до сих пор этот осветительный шар больше не заряжали, уже четырнадцать лет.
После этого мама отдала меня в магическую школу, они были бесплатны для всех детей с проснувшейся магией до двенадцатого класса. По окончании получали сертификаты, в которых прописывался уровень владения той или иной магией. У многих дальше этого потенциал не возрастал. В выпускных классах школ давались, с учетом индивидуальных магических способностей, рекомендации: идти ли далее учиться в высшие учебные заведения или в колледжи. В которых учились два года, с даром второго и третьего уровня. Полученные выпускные грамоты колледжей открывали двери для хороших работ. Можно было претендовать на должность, как в ремесленных профессиях и военных ведомствах, так и в полиции.
А таким как мне, у которых определяли очень высокий магический потенциал и говорили, что он будет не меньше четвертого уровня, советовали ехать и пробовать поступать в Королевскую академию экспериментальной магии имени Гарнета II.
Да, шансов, конечно, немного, но я бы себе не простила, если не попробовала. К тому же этого сильно хотела моя мама. У нее всегда была мечта владеть магией, но у нее она не проснулась. А у моего отца был третий уровень защитной магии и работал он на почетной должности — изготовлял оружие, доспехи и обмундирование для воинов и полиции. Но отец умер. Внезапно. В тридцать пять лет, будучи на работе, у него просто остановилось сердце. А ведь он даже не болел раньше. Мы с мамой долго не могли прийти в себя, это был жесточайший удар судьбы… Вот так неожиданно остаться вдвоем — это было очень тяжело. Папиного оптимизма хватало на всех нас. Его заразительный смех и шутки поднимали настроение, и он никогда не унывал. Чтобы не случилось, отец всякий раз говорил, что все будет хорошо.
Я всегда была тихоня и скромница и у меня была только одна подруга. Да и то всего до восьмого класса, а потом она с родителями переехала из нашего небольшого городка Саркса в другой, на юг страны, где пролегает горная гряда и простирается граница с королевством Трапен. В нем находятся большие горнодобывающие компании гномов. Отцу подруги предложили хорошую должность в торговой компании бухгалтером. А я осталась одна и больше никого себе из друзей найти не смогла.
Я часто тоскливо смотрела на стайки подружек, как они весело хохочут, гуляют и сидят в кафе — и завидовала. А особенно грустно становилось от вида парочек влюбленных. Сердце заходилось от тоски. Я никогда не была в компании подруг, меня не приглашали на свидания, и противоположный пол меня словно не замечал. Серая мышь… Заучка с детства.
А потом мне повезло, я поступила в Королевскую академию магии и теперь грызу гранит науки в альма-матер самых привилегированных особ королевства Экхалион. Для меня это самый высокий трамплин, о котором я только могла мечтать. И мама моя тоже. Она так хочет для меня лучшей жизни, богатой и сытой. Ей приходится работать почти по двенадцать часов в сутки, приглядывая за маленьким, плаксивым и избалованным баронетом, будучи его нянькой. И такой же жизни она мне ни в коем случае не желала.
«Я выдержу мама! Обязательно закончу академию и смогу помочь тебе и себе. Такой редкий дар мне дали Светлые Боги не зря».
Глава 3
Из огромных витражных окон лился мягкий солнечный свет и падал на темно-коричневый деревянный пол библиотеки.
