когда я был мал! Даже не знаю, как мы с ним сдружились: он всех ненавидит лютой ненавистью. Он любит только Упорядоченное… И деньги…
Издалека донёсся громкий стук в дверь.
— А вот и он! — обрадовался мастер Акион. — Одну минуту!
Старик бодро подскочил со своего места и рванул к двери, прямо как молодой. Игорь со спутниками только и могли, что удивлённо переглядываться. А потом в оранжерею вернулся её хозяин в сопровождении удивительного создания.
Трилло был стар. На это указывали седые волосы и коричневые пигментные пятна на голубоватой коже. Многочисленные морщины избороздили лицо этого человека, а коротенькие ножки дрожали от напряжения, неся тщедушное тельце к креслу за столом.
И да, Трилло был очень мал! Не выше сорока сантиметров ростом. Что не мешало ему щеголять длинной бородой, обмотанной вокруг шеи на манер шарфа.
— И кто тут был на Пыли⁈ — грозным баском продребезжал он, уставившись на гостей.
А потом втянул носом воздух, безошибочно ткнув пальчиком в Игоря и Веру.
— Вы! — твёрдо сказал он. — Вы были! Я ещё чую на вас запах этого отвратительного места и его обитателей! О! Мерзкие создания!
— Вы бывали там? — осторожно спросила Вера.
— Бывал ли я там⁈ — воскликнул старик. — Бывал ли я там⁈..
Он проковылял к креслу Акиона и забрался на него, как ребёнок, свесив ножки и обведя собравшихся гордым взглядом:
— О, да… Никогда я там не бывал! Я вообще живу на этом узле всю жизнь! — старик удовлетворился вытянувшимися лицами собеседников, а потом хищно усмехнулся. — Зато я чуял его следы и слышал рассказы побывавших. Я сотни раз вдыхал этот запах мелкого песка, проникающего в кожу…
— В кожу⁈ — возмутился Муся. — Игорь, вот шоб тебе побывать на каком-нибудь Дожде!
— Да-а-а! Дождь! — улыбнулся Трилло. — Эта мелкая взвесь воды, висящая в воздухе! Этот кашель, вызванный мокротой в лёгких! Этот вечный промозглый холод и порождения Хаоса, что его облюбовали…
— Я ошибся! — сразу поправился Муся. — Тьма выглядит привлекательнее!
— Конечно! — одобрил Трилло. — Где ещё можно познать темноту своей души? Где можно заглянуть в глубины своего падения? Только там! А потом стать верным слугой местных жителей…
— Лес! Лес всегда лучше! — поправился Муся.
— Да прекратите вы сбивать с мысли старого человека! — возмутился мастер Акион. — И ты, старый…
— Но-но-но! — погрозил ему пальцем Трилло.
— Ты тоже прекращай этот маскарад! — Акион даже топнул ногой от возмущения. — Чует он! Да ты уже давно чуешь лишь то, от чего других с ног сбивает!
— Зато я стар и мудр, Акион! Итак, Игорь, где и когда ты попал на Пыль? — спросил Трилло.
— А откуда вы знаете, как его зовут, а? — с подозрением уточнил Муся.
На миг на лице Трилло промелькнула растерянность. А потом он нахмурился и ответил:
— Я стар и мудр, Моисей! А тебе бы пора начать уважать старших! Глядишь, за умного бы сошёл.
— Друг мой Бизон! Я чую, что нас тут разводят, как последних лохов! — Муся с подозрением уставился на стариков.
— О нет, Моисей! К счастью, ты далеко не последний лох в этом мире! — дребезжаще засмеялся Трилло. — Так мы будем искать Пыль, или ещё языки почешем?
— Да, конечно! Давайте о Пыли! — торопливо согласился Игорь.
— Тогда мне нужно знать, где и когда вы её в последний раз видели. Напишите мне все данные! — тоном, не терпящим возражений, приказал Трилло. — Если не помните точно, пишите примерно: с какого дня по какой. А ты, Акион, притащи-ка этот большой атлас из последних обновлений! Попробуем сориентироваться…
А дальше началось настоящее чудодейство. При этом конструкты в нём почти не использовались. Зато было много математики и каких-то заковыристых формул, которые Игорь не мог понять, хоть и прибыл из технологического мира.
В Атласе множились пометки, которые Трилло безжалостно ставил прямо в книге, не обращая внимания на стоны Акиона. Как Игорь понимал, стоил такой атлас немало, хоть и был, похоже, местным изделием. И здешние исследователи потрудились на славу: скрупулёзно составляли и обновляли карту, тщательно отмечали постоянные, временные, мерцающие и мигрирующие узлы…
Но разве же это заботило маленького старичка в пылу погони за Пылью? Трилло азартно нашёптывал себе под нос: «Мы поймаем этого ретрограда», ставя всё новые и новые отметки в дорогом издании.
Постепенно метки начали зачёркиваться…
Затем их осталось всего три…
А вот дальше работа застопорилась. Трилло ещё раз оглядел свои пометки и подписал каждую из них.
Тут надо сказать, что местную письменность Игорь изучил не так хорошо, как устный язык. А у старика, к тому же, был отвратительный подчерк. Вот и не получалось у Игоря разобрать, что там написано.
А тот же Акион, видимо, разобрал. И, быстро пошуршав на столе, почти неуловимым движением протянул Игорю лист бумаги. На нём были написаны названия и цифры. Шестнадцать, двадцать один и двадцать шесть.
— Цифры — это дни! — пояснил Трилло, когда бумажку всучили Игорю. — Через столько дней Пыль может появиться в том месте, на которое указывают названия соседних узлов. Обязательно возьмите погрешность в пару дней до и после!
— От той точки, где стоит шестнадцать, до той точки, где стоит двадцать один, добраться будет тяжело… — заметил Эрин. — Если, конечно, учитывать пару дней погрешности. За день можно и не успеть.
— Значит, разделитесь! — наставительно пояснил ему Трилло. — Ну что я вас учу-то? Пыль будет доступна для проникновения всего несколько часов. Но если на неё взойдёт человек, то время доступа увеличится. Разбейтесь на группы, и тогда всё успеете!..
— Тут главное успеть! — подхватил мастер Акион. — В крайнем случае, даже один из вас легко соберёт ретроградную соль. Ну если его там, конечно, не разорвут на кусочки…
— Когда мы там были, порождения вообще не спешили показываться, — вспомнил Игорь. — Только насмехались из тумана. Почему сейчас может быть опасно?
— Да хотя бы потому, что вы собираетесь искать соль! — пояснил Акион. — Пока вы просто путешествуете по узлу, вас, скорее всего, не тронут. А вот когда поймут, зачем вы явились… Обязательно постараются остановить.
— Они настолько сильны? — удивился Муся.
— Они настолько опасны, — с серьёзным лицом кивнул Акион.
