В то время в партии налицо было два лагеря ее руководителей. Об этом вслух не говорили, но это всем было очевидно. С одной стороны, “западники”, “теоретики”: Троцкий, Бухарин, Зиновьев, Пятаков и другие, которые длительное время находились в эмиграции, хорошо поднаторели в познании трудов европейских марксистов и социал-демократов, но отставали в практическом знании условий российского революционного движения. И с другой — так называемые “почвенники”, или практики: Свердлов, Сталин, Молотов, Калинин и другие, которые вели большую революционную работу в тяжелой обстановке царской России, создавали по крохам партию, подвергались гонениям, арестам и ссылкам.
Исключение из этого составлял Ленин. Будучи за границей, он вел огромную работу организационного и теоретического плана по созданию социал-демократической рабочей партии, поддерживал тесную связь с Русским бюро ЦК, организациями и группами партии в центре и на окраинах России. Главным связующим звеном между ними была “Искра”, которую Ленин возглавлял и редактировал.
При встречах на съездах и партийных конференциях представители обоих направлений четко выделялись. Если первые были хорошо подготовлены теоретически, мастерски владели ораторским искусством, могли легко ссылаться на труды Маркса, Энгельса, Гегеля, Каутского и других видных философов и теоретиков, вносить порой крючкотворческие изменения и дополнения в принимаемые решения и уставные положения, то вторые в этом явно отставали. Они больше отмалчивались, внимательно следили за ходом дискуссий и в зависимости от результатов перевеса сил принимали свое решение — кого поддержать и на чью сторону встать. Бесспорно, лидером всех дискуссий, споров, как правило, был Ленин. На него-то и ориентировались в основном “почвенники”.
Что же касается знания обстановки в России, расстановки там политических сил, кадров российской социал-демократии, методов работы в условиях царизма, то здесь вторые, несомненно, стояли выше на голову первых. Они реально мыслили, вносили деловые предложения и всегда готовы были с головой отдаться делу выполнения решений партии и указаний В.И.Ленина.
И если говорить в этом плане об Иосифе Сталине, то следует сказать, что он не только выделялся, а просто отличался от всех видных партийных лидеров. С присущей ему кавказской скромностью, неторопливостью в принятии решений и твердостью занимаемой позиции он стоял особняком. Если Серго Орджоникидзе порой был несколько горяч, то Сталин был почти всегда уравновешен в своем поведении, в отношениях к людям. К нему внимательно тогда приглядывались исходя из оценки Ленина, но пока он не укладывался способной, выдающейся личностью у Троцкого и его сподвижников. Сталин понимал это, но стремился не выдавать своих чувств и эмоций. Так начинали складываться его отношения с Троцким.
Лично у Сталина с самого начала сложилось ко многим “западникам” двоякое отношение. Он должен был уважать их как товарищей по партии, как руководящих ее деятелей, но в то же время не мог воспринимать их салонные рассуждения о революционном движении в России, определенную высокопарность, способность много говорить, произносить длинные речи.
В 1912 году, на 33-м году жизни, Иосиф Сталин был кооптирован в ЦК РСДРП. Это обязывало его вести большую партийную работу в общероссийском масштабе, не замыкаться в национальных рамках, но и отдавать должное закавказским районам и действовавшим там организациям партии. С присущей ему энергией и активностью Сталин правильно сумел поставить себя в кругу партийных товарищей и сочетать эти стороны деятельности в своей практической работе профессионального революционера. Оставаясь на нелегальном положении в течение осени 1912 и зимы 1912-13 годов, Сталин фактически руководил газетой “Правда”.
Весьма полезными были для него поездки за границу, он повидал много нового, обогатил свои знания свежими веяниями в революционном марксистском движении, в других политических, философских и экономических направлениях. Несомненно, мировоззрение Сталина стало намного богаче, он значительно вырос в своем идейном и культурном развитии, подтянулся до уровня теоретического мышления других членов ЦК, но прочно оставался при своем мнении и не желал воспринимать высокий полет мысли и высокопарность некоторых из них. “Кобу ... вряд ли тянуло в эмиграцию, — пишет Троцкий, — где он был обречен на третьи роли”[4]. Поэтому он обращался больше к Ленину, жадно ловил его мысли и четкую аргументацию доводов, которыми он изумительно “убивал” своих противников и заставлял вставать на свою сторону. Многие из них: Троцкий, молодой Бухарин, Мартов — стремились забежать вперед Ленина, хотя бы на время взять лидерство по отдельным вопросам организационной и теоретической работы партии, но в итоге оставались на его, Ленина, позициях, а зачастую и позади, с сожалением сознавая это впоследствии.
Иосиф Джугашвили цепко воспринял полемическую сторону ума Ленина, методы и тактику борьбы с политическими противниками и колеблющимися наблюдателями. Ленин умел найти ту жилу, за которую вытягивал суть, основу полемики, разворачивал ее в стройную систему доводов и контраргументов, делал ее ясной даже для неискушенного в спорных вопросах человека и обаянием своей речи и жестикуляции доводил дело до логического конца. Для того чтобы так умело вести диалог или полемику, надо было пройти большую школу, поучиться ораторскому искусству у древних греков и римлян, свести все с мастерством современной риторики и обладать от рождения гениальным складом ума.
Но главное достоинство Ленина он увидел в том, что в нужный момент Владимир Ильич, или Старик, как его называло ближайшее окружение, умел дать и достойный отпор сопернику или противнику. Он подбирал и наделял их такими эпитетами, которые не только метко характеризовали этих людей, но и прилипали к ним надолго, если не навсегда.
Так, определение Троцкого “Иудушкой русской революции” являет собой яркий пример ленинской характеристики личности, характера и качеств этого политикана. Это нарицание Ленин дал Троцкому за месяц до февральской революции, ибо имя Троцкого, писал он, обозначает “левые фразы и блок с правыми против цели левых”.
Начиная с 1911 года Владимир Ильич много уделял внимания личности и деятельности Троцкого и дал ему в этой связи точные характеристики:
1911 год. “Троцкий ... был в 1903 году меньшевиком, отошел от меньшевиков в 1904 году, вернулся к меньшевикам в 1905 году, щеголяя лишь ультрареволюционной фразой; в 1906 году опять отошел ... Троцкий совершает плагиат сегодня из идейного багажа одной фракции, завтра другой и поэтому объявляет себя стоящим выше обоих фракций ... Мне приходится заявить, что Троцкий представляет лишь свою фракцию”.
1911 год. “Люди подобно Троцкому с его надутыми фразами ... являются ныне болезнью времени. Всякий, кто поддерживает группировку Троцкого, поддерживает политику лжи и обмана рабочих ... Задача Троцкого в том и состоит, чтобы прикрывать ликвидаторство, бросая песок в глаза рабочим ... С Троцким нельзя спорить по существу, ибо у него нет никаких взглядов ... его разоблачают как ... дипломата самой мелкой пробы”.
1914 год. “Старые участники марксистского движения в России хорошо знают фигуру Троцкого, и для них не стоит говорить о ней. Но молодое рабочее поколение не знает ее, и говорить приходится. Такие типы характерны, как обломки вчерашних исторических образований и формаций ...”.
1915 год. “Троцкий ... как всегда ни в чем принципиально не согласен с национал-шовинистами, но во всем практически согласен с ними”.
Молодой Джугашвили крепко усвоил себе эти формулировки Ленина, данные Троцкому, и они послужили ему определенным руководством в будущем при определении позиций Троцкого и его сторонников.
Первые встречи с Лениным, его авторитет и гениальное революционное творчество, вся его деятельность породили у Сталина большую любовь и уважение к нему.
После возвращения из-за границы в 1913 году Сталин был вскоре арестован и сослан в Туруханский край, поселок Курейка, где находился до марта 1917 года. Там он встречается с Я.М.Свердловым и Л.Б.Каменевым.
События тех лет, и в первую очередь Первая мировая война, активизировали революционный подъем масс. Сталин предчувствовал, что Россия и ее народ стоят накануне грядущих событий, и стал готовить себя к ним.
2
Февральская революция 1917 года и последовавшие за ней события в Петрограде и стране внесли существенные корректировки в историю России и мирового революционного движения. Она всколыхнула все, в ней видели не только огромный толчок к активизации масс, но и исторический шаг вперед по пути развития страны.
Со всех концов в столицу, в центр грядущих мировых событие устремились деятели различных партий и групп: социал-демократы, меньшевики, эсеры, либералы и т.п. В Петрограде власть находилась в руках Временного правительства во главе с А.Ф.Керенским. Наряду с ним в столице и по всей стране стали создаваться Советы рабочих и солдатских депутатов. Петроградский Совет оказался в то время в руках меньшевиков во главе с Чхеидзе. Развернулась борьба за влияние в Советах, которую возглавили прибывшие из ссылок и тюрем большевики.
