Через тернии к недрам
Что же видели испытуемые в необычных состояниях сознания — галлюцинации или реальные события? Похоже, советские ученые близки к ответу на этот вопрос. Он имеет принципиальное значение и для новой парадигмы науки, которую ученые начали создавать в XX веке. Этот гигантский труд должен закончиться в III тысячелетии. Расскажем подробно об исследованиях, которые, возможно, смогут пролить свет на многие тайны, в течение веков волновавшие людей.
Искатели кладов
Признаться, на эту встречу с учеными я шел с предубеждением, перелопатив кучу литературы по лозоискательству, так и не нашел теоретического объяснения этого метода, хотя он применяется уже несколько тысячелетий. Может быть, вся история вопроса — результат невольных заблуждений или откровенного мифотворчества? Но, оказывается, серьезные ученые в солидном институте — НИИ интроскопии — целый год работали над плановой темой — изучали лозоискательство. И сделали совсем другие выводы.
— Так вы не верите в этот метод? — спросил, улыбаясь, старший научный сотрудник института Борис Валентинович Туробов.
— Не пытайтесь меня убедить, что можете смотреть сквозь землю и находить клады, — сказал я решительно.
— Ну, с кладами дело сложное. А вот обнаружить спрятанный предмет мы можем очень даже просто. Если хотите, найдем ваш кошелек…
Видимо, наука тоже требует жертв. Я вышел в соседнюю комнату, положил кошелек в авоську, повесил ее в шкаф и плотно закрыл дверцы. Закончив приготовления, пригласил экспериментаторов. А сам уселся в противоположном уму комнаты, стараясь не смотреть на место, где спрятан «клад». Каково же было мое удивление, когда Г-об-разная металлическая рамка в руке Туробова повернулась как раз напротив дверцы, за которой висела авоська с кошельком…
— Мы и сами относились к лозоискательству скептически, пока не освоили его па практике, — сказал Борис Валентинович. — Рамка действительно может поворачиваться и указывать на спрятанные предметы Но происходит это безошибочно лишь в том случае, если рядом находится индуктор — человек, который знает, где надо искать.
Весьма показательный факт: результаты экспериментов значительно улучшались, если индуктор садился спиной к лозоискателю или уходил за ширму. И уж совсем плохо удавались опыты, когда человек, спрятавший предмет, вообще удалялся из комнаты.
Тогда ученые предположили, что в определенных условиях успех поиска связан только с передачей информации от индуктора к лозоискателю. Чтобы убедиться в этом, провели такие эксперименты: индуктор вообще не прятал предмет, а только думал о том, куда он собирается его положить. Так вот, лозоискатель указывал именно на это место и уверял, что вещь лежит там.
— Некоторые исследователи объясняли подобные опыты влиянием таинственных «биополей», которые почему-то не удается обнаружить даже самыми чувствительными приборами, но тем не менее они поддаются восприятию «экстрасенсов», — сказал руководитель этих исследований, доктор технических наук, профессор Юлий Иосифович Иориш. — В этих полях якобы путешествуют «мыслеформы» предметов — облака из неизвестных науке микрочастиц, которые генерирует мозг индуктора. Натыкаясь на эти материализованные мысли, лозоискатель может принять их за оригиналы — спрятанные вещи… Но подобные теории, по моему мнению, не имеют никакого отношения к серьезной науке.
— Этот феномен вполне можно объяснить без мистики, — продолжал Иориш. — Если сосредоточить взгляд на рамке и мысленно представить себе, как она поворачивается, то через некоторое время действительно начнется вращение. Дело в том, что металлический уголок находится в руке в положении неустойчивого равновесия. Сам лозоискатель должен быть сосредоточен и напряжен, чтобы это равновесие поддерживать. Но если какой-то сигнал извне переключает его внимание, то нервные импульсы, управляющие мышцами кисти, растормаживаются — она незаметно наклоняется, и рамка поворачивается. А такой сигнал невольно подает индуктор, когда рука лозоискателя оказывается вблизи спрятанного предмета. Это может быть непроизвольный жест, восклицание, движение глаз, которые бессознательно фиксирует человек с рамкой.
Однако поиски спрятанного предмета — это еще не истинное лозоискательство. Ведь испокон веков с рогульками из лозы находили полезные ископаемые, подземные воды, пещеры, о которых раньше никто не знал. Чьи же «сигналы извне» улавливали люди, во время своих поисков?
— На бессознательном уровне лозоискатель, по-видимому, может воспринимать локальные искажения различных физических полей: гравитационного, электрического, магнитного, радиационного, акустического, — объясняет Юлий Иосифович. — Такие искажения наблюдаются вблизи крупных геофизических аномалий (например. Курской). К тому же в поисках им иногда помогают и более явные сигналы. Известно, например, что по густоте, цвету и наклону стеблей различных растений можно довольно точно судить, как в данном месте распределяются подземные воды. По-видимому, лозоискатели бессознательно воспринимают и другие сигналы: рельеф местности, вид почвы, ее влажность, запах и так далее. Когда человек находится в состоянии «активной готовности» к поиску, то любой из этих малозаметных признаков может на мгновение отвлечь его внимание — нервные сигналы рассогласовываются, кисть наклоняется, рамка поворачивается.
По мнению ученого, реальное лозоискательство очень трудно доказать экспериментально. Он считает, что едва ли здесь можно обойтись без постройки огромных испытательных полигонов с искусственными залежами полезных ископаемых. Представьте себе, к примеру, рукотворное «месторождение» железной руды — шар диаметром в сто метров. А ведь чтобы избежать невольных подсказок индукторов, подобные объекты поиска должны перемещаться без участия человека, автоматически, по программе, которую задает датчик случайных команд.
— Но так ли уж необходимы в наше время титанические усилия и гигантские расходы в изучении лозоискательства? — подводит итог Иориш. — Наша задача состояла в выяснении принципиальных вопросов о его природе, и нам представляется, что в результате проведенной работы ответы на них получены. Неспециалисты же, ратующие за широкое внедрение этого метода в практику, большей частью плохо осведомлены об актуальных задачах геологической разведки, о высоких требованиях к ее точности и надежности, о быстродействии современной аппаратуры. Лозоискательство не может конкурировать с геофизическими методами поисков полезных ископаемых. Что же касается индивидуальных увлечений «чудесами» лозы, то, конечно, они никому не возбраняются. Но при этом надо сохранять критический образ мышления и… не терять чувства юмора.
Казалось бы, на этом можно закончить повествование о секретах биолокации — так ученые называют сейчас лозоискательство, — похоронив под грудой аргументов и насмешек «устаревший метод». Но если уж Иориш упомянул «неспециалистов, ратующих за его широкое внедрение в практику», то справедливости ради надо и им предоставить слово. Вероятно, Юлий Иосифович имел в виду членов межведомственной комиссии по проблеме биолокации Союза научных и инженерных обществ (СНИО). В научных спорах следует говорить сухим языком фактов. Приведем лишь несколько из них — те, которые могут пролить новый свет на принципиальный вопрос об эффективности метода.
Секреты биолокации
Итак, о чем же говорит язык фактов?
Специалисты из треста Челябинскводстрой успешно использовали биолокацию, если невозможно было применять геофизические методы (те самые, с которыми, по мнению Иориша, не может конкурировать лозоискательство). А именно — в зимнее время или когда породы богаты рудами, графитом, углем. По рекомендациям операторов И. Инютина, В. Сыча, В. Реформатского, С. Круглей было пробурено около полутора тысяч скважин, и только 8 процентов из них оказались безводными. А когда бурение вели по данным геофизических методов, безводными оказались 12 процентов скважин. Если же разведку вели по геолого-морфологическим признакам — даже 13 процентов. Благодаря биолокации только в СМУ-2 этого треста убытки от безводных скважин ежегодно снижались на 35–50 тысяч рублей.
Оператор В. Прохоров уверенно находил залежи сульфидных и колчеданно-металлических руд на Енисейском кряже, когда были бессильны традиционные методы. По данным Красноярского отделения Сибирского НИИ геологии, геофизики и минерального сырья, экономический эффект от применения биолокации на первой площади был равен стоимости бурения 100 скважин, на второй — результативность бурения повысилась с 40 до 90 процентов, на третьей — все 11 удачных скважин были заложены в местах, указанных оператором. Сотрудники этого института считают, что биолокация может намного повысить эффективность поисковых и разведочных работ.
