Читаем без скачивания К свету - Андрей Дьяков

— Мамка, мамка, смотри, что у меня есть!

Часовой проводил карапуза взглядом и тихо произнес:

— А ты не похож на Тарана… Мой тебе совет, парень, беги от него. Беги так быстро, как только сможешь. Этот выродок по трупам пройдет, не поморщится. В нем человеческого-то уже ничего не…

Грубый тычок в спину прервал поток откровений. Часовой отшатнулся.

— За себя говори, шавка. — Сталкер недобро покосился на охранника. — У вас детвора от голода пухнет, а ты тут зад просиживаешь. Окопался, крыса…

Глеб поспешил за Тараном. Спустившись на пути, они прошли вдоль торговых прилавков и скрылись в туннеле. Перед глазами Глеба еще долго стоял благодарный взгляд матери любопытного карапуза.

Станция осталась позади…

До «Электросилы» дошли без происшествий. Один раз навстречу проследовала странная процессия — угрюмые люди с кирками и лопатами. Проходя мимо, они суетливо расступались, освобождая Тарану дорогу.

— А куда это они?

— В «Купчино». Там туннель роют… до Москвы.

— Но Москва же далеко…

— Далеко. Только этим психам плевать. Избавления ищут… Надежда, пацан, штука опасная. Пострашнее глупости человеческой.

Впереди показался свет костра. Путников окрикнули. Дозорные, узнав Тарана, пропустили гостей на станцию. Здесь уже было намного светлее. Горели лампы, освещая стройные ряды палаток. Вдоль одной из сторон платформы тянулся состав. Зашторенные окна электрички лучились уютным светом. Жильцы вагонов, люди позажиточнее, обустраивали свои крохотные мирки. Платформа гудела, словно растревоженный муравейник. По станции сновали дельцы всех мастей, тут и там шла бойкая торговля. Из дальнего угла, огороженного листами кровли, доносились пьяные выкрики и хохот.

— Пентагон, — прочитал Глеб вывеску над входом и с немым вопросом посмотрел на наставника.

— Наверху завод был. «Электросила». Когда тревогу объявили, народ в метро ринулся. Ну и в бомбоубежище заводское. Здесь, неподалеку. А административное здание у них Пентагоном как раз нарекли. Ну, типа командного центра, как в Штатах. Вот и здесь название прижилось. Вокруг этого бара вся жизнь местная крутится. Здесь и мы свои вопросы порешаем. — Таран скинул поклажу и направился к бару. — Жди здесь. И за вещами приглядывай.

Глеб, осматриваясь, заметил странного типа в длинной светлой робе. Незнакомец размахивал тощей книгой и нараспев декларировал в толпу:

— Грядет день, и откроются врата рая! Настанет час, и прибудут вестники нового мира! Пристанет к берегам Ковчег небесный и заберет мучеников к земле обетованной! Уверуйте, сыны божьи! Грядет время великого исхода! Грядет избавление! Примкните к лону «Исхода», братья, и откроется вам истина! «Исход» здесь! «Исход» с каждым из вас!

Дальше Глеб уже не слушал. Незнакомец с лихорадочно блестящими глазами скрылся в толпе.

Как мальчик ни старался быть незаметным, диковинный комбинезон притягивал взгляды прохожих. Постепенно вокруг собрались зеваки. Два здоровяка в камуфляже, недовольные затором, прошли, чертыхаясь, чуть ли не по головам собравшихся.

— Эй, малой, убери шмотье с прохода! — рявкнул один из них.

Мальчик втянул голову в плечи, но остался на месте. Ослушаться Тарана было страшнее. Незнакомцы алчно косились на снаряжение.

— Ты на ухо туговат, а? — Мужик пнул рюкзак грязным охотничьим сапогом. — Здесь тебе не паперть! Вали давай!

Нагнувшись за чехлом, в котором у Тарана лежала снайперка, здоровяк вдруг замер. Виска его коснулось холодное дуло пистолета.

— Сам вали, — тихо ответил Глеб, снимая свой «Пернач» с предохранителя.

— Да ты, малец, совсем зарвался. — Мужик медленно выпрямился, буравя Глеба недобрым взглядом. — На станции пушкой светить…

Грубый удар по руке заставил Глеба выронить оружие. И еще один удар — на этот раз в живот. Глеб рухнул на пол, пытаясь вздохнуть. Мелькнул сапог. Мальчика отбросило. Правая сторона лица запылала от боли. Глеб потянулся за пистолетом, но охотничий сапог придавил его руку к полу. Мальчик взвыл, сжав зубы.

И тут здоровяк в сапогах рухнул наземь. Случилось это настолько внезапно, что его подельник лишь глупо таращился на сталкера, когда тот сокрушительным ударом ноги сложил его пополам.

— Ты, сука, зачем на чужое добро заришься? — Таран прижал первого обидчика к потрескавшейся колонне; от последовавшего удара голова его безвольно мотнулась в сторону. — Своего не заработал?!

Еще пара жестких зуботычин — и незадачливый мужик уковылял в толпу, утирая окровавленную рожу.

— Вставай! — Таран проследил, как Глеб медленно поднялся с пола, затем вложил в его руку нож. — Он пытался украсть, а с ворами в метро разговор короткий.

Пихнув безвольно валяющееся тело, сталкер заломил громиле руку, прижав к шершавому бетону:

— Режь пальцы!

Бедолага взвыл, дернулся. Но Таран держал его железной хваткой.

— Режь, говорю!

Глеб, тяжело дыша, с ужасом глядел на сталкера. Руки его тряслись.

— Нет…

— Режь!

— Не буду!

— РЕЖЬ, ЩЕНОК, ИЛИ Я ТЕБЯ САМОГО НА ЛОСКУТЫ ПОКРОМСАЮ! — Сталкер орал, побагровев от ярости.

Глеб выдержал тяжелый взгляд наставника, затем медленно протянул нож рукояткой вперед:

— Кромсай… У тебя же это лучше всего получается… А его отпусти.

Вокруг уже собралась толпа зрителей. На узком пятачке воцарилась гробовая тишина. Зеваки ловили каждое произнесенное слово. Таран выпрямился, отпуская вора. На миг Глебу показалось, что в глазах наставника мелькнуло удовлетворение.

— Пошел отсюда, мразь! — Сталкер пнул здоровяка ногой. — Повезло тебе сегодня…

Глеб выдохнул, как-то разом ссутулившись. В ногах снова появилась предательская дрожь. Взвалив рюкзаки на плечи, они с Тараном молча похватали оружие и двинулись к входу в техническую зону станции.

Здесь их уже поджидал шустрый парнишка лет двадцати. Его глаза словно жили своей собственной жизнью: взгляд беспокойно метался по сторонам. Он провел путников через котельную, через сырую кладовку, где разделывали свиные туши. Под пристальными взглядами электросиловцев они миновали продуктовый склад и через узкий штрек пробрались в коллектор. Прошлепав по вонючей жиже метров сто, они взобрались по ржавым скобам, вмурованным в стену, и, открыв люк в потолке, попали в один из окружных коридоров заводского бомбоубежища. Глеб уже не пытался запомнить маршрут. Без проводника здесь делать было нечего. Миновав распахнутую настежь гермодверь, дерганый паренек прошел с путниками по короткому лабиринту переходов и вывел их, наконец, на заводскую территорию.

— Вам туда. — Парень показал рукой в направлении насыпи. — Ждите у железки, он скоро будет…

Прикрывая рот рукавом рубахи, парень торопливо скрылся за дверью. Глеб поправил маску респиратора и поежился. Выходить наружу вот так, без снаряжения, он бы не рискнул.

Таран, вскинув автомат, уже двинулся к железнодорожной ветке. Издалека донеслись раскаты грома. Заморосил мелкий дождь. Миновав разграбленный гипермаркет, путники вышли к железнодорожной ветке. Правее виднелись руины моста. В образовавшейся бреши покоились обломки нескольких вагонов, перегородивших Московский проспект. Зато рельсы, уходящие на запад, казались целыми. В нескольких местах Глеб разглядел в шпалах свежие болты. Полотно явно поддерживали в рабочем состоянии.

Внезапно Таран толкнул мальчика с насыпи. Прокатившись по склону, они залегли в канаве. Над землей пронеслась массивная тень. Сталкер проследил за полетом хищника и спустя несколько минут разрешил Глебу подняться.

— Милуетесь, мужики?

Мальчик обернулся на окрик, с удивлением воззрившись на приближавшуюся конструкцию. По рельсам катила дрезина, забранная по периметру решеткой из толстых чугунных прутьев. В потолке этой клетки на колесах располагался квадратный люк, сваренный из тех же прутьев.

— Здоров, Таран! — Сквозь прутья клетки, расплывшись в беззубой улыбке, на путников глядел чудаковатый субъект с длинными сальными патлами. Лицо его было сплошь покрыто струпьями и походило больше на гримасу. Над правым глазом торчал шишковатый нарост. — Экспресс отправляется по расписанию! Провожающих просим покинуть вагоны!

— Ты бы, Харон, противогаз, что ли, нацепил… — Сталкер подсадил Глеба на дрезину. — Мурлом своим всех мутантов, поди, распугал.

— А мне все эти ваши штучки без надобности! — Уродец встал у рычага, продолжая лыбиться. — Меня радиация не берет.

Таран глянул на дисплей дозиметра, поморщился. Дрезина мягко тронулась, покатив по полотну.

— А почему Харон? — Глеб присел рядом с наставником, глядя сквозь прутья на унылый пейзаж разбитого города.

— Погоняло. Был такой персонаж у древних греков. Он души умерших через реку Стикс переправлял.