меня! – крикнул пастух Каче.
Едва Кача это услышала, как ухватилась за лохматый тулуп. Теперь сильному пастуху пришлось тащить и Качу, и ужасный огромный кожух, который он утром взял у хозяина. Однако ему это быстро надоело, и он стал думать, как от Качи избавиться. Рядом был пруд, пастуху пришло в голову её туда сбросить. Но как? Вот бы скинуть кожух вместе с ней! Кожух был пастуху великоват, и парень начал его потихоньку стаскивать. Ну-ка! Вытаскивает одну руку из рукава – Кача не замечает, вытаскивает другую – Кача не замечает, расстегнул первую пуговицу, расстегнул вторую, третью, и – бульк! – Кача уже в пруду вместе с кожухом.
Чёрт тем временем сидел на лугу и караулил овец, поглядывая, скоро ли вернётся пастух с Качей. Долго ждать ему не пришлось. С мокрым кожухом на плече спешил пастух на луг, тревожась, что прохожий давно ушёл в деревню, а овец бросил. Вот пастух с чёртом увидели друг друга и глаза вытаращили. Чёрт – что пастух возвращается без Качи, а пастух – что пан всё ещё на лугу сидит. Стали сговариваться. Чёрт говорит пастуху:
– Спасибо тебе, ты мне большую услугу оказал, иначе носить бы мне Качу до самого Страшного суда. Я этого никогда не забуду и тебя озолочу. А чтобы ты знал, кому помог в беде, скажу тебе: я чёрт.
Договорил и пропал. Пастух остался стоять как громом поражённый, а потом сказал себе: «Если у них в пекле все такие дурни, то и отлично».
Той землёй, где жил пастух, правил молодой князь. Богатств у него было немало. Будучи всему свободным хозяином, он ни в чём себе не отказывал. Каждый божий день купался он в роскоши, какую только может дать мир, а когда наступала ночь, в княжеских залах раздавалось разгульное пение молодых распутников. Дела вели двое управляющих, ничем не лучше хозяина. Чего не прокутит князь, то забирали себе они, а бедный народ не знал покоя. У кого была красивая дочь или деньги, тот и минуты не бывал спокоен, ожидая верного приказа о том, что князь потребует себе их как владыка, и да поможет бог тому, кто станет противиться его воле! Кто же мог почитать такого правителя? По всей стране проклинали люди князя и его управляющих.
Однажды, не зная, что ещё придумать, призвал князь звездочёта и велел предсказать будущее ему, князю, и двум его управляющим. Звездочёт послушался и стал разбирать по звёздам, каков будет конец жизни трёх расточителей.
– Прости, ваша княжеская милость, – сказал он, когда звёзды открыли ему будущее, – но тебе и твоим управляющим такая грозит опасность, что и сказать боюсь.
– Говори, что бы там ни было! Но останешься при мне: если твои слова не сбудутся, головы лишишься.
– С радостью подчинюсь справедливому приказу. Слушай: как луна начнёт расти, придёт за обоими управляющими чёрт, в такой-то и такой-то час, такой-то и такой-то день, а как луна до половины дорастёт, придёт чёрт и за твоей княжеской милостью – и вас всех троих живьём в пекло утащит.
– В тюрьму лживого мошенника! – велел князь, и слуги исполнили приказ. Однако на сердце у князя было не так легко, как он притворялся. Слова звездочёта потрясли его, как голос судьи небесного. В первый раз в нём заговорила совесть! Управляющих увезли домой мало не без чувств, хотя оба ни капли в рот не брали. Собрали они имущество, сели по каретам, уехали в свои имения и велели со всех сторон возвести стены покрепче, чтобы черти до них не добрались. Князь встал на праведный путь, зажил тихо, спокойно и мало-помалу начал управлять страной, надеясь, что жестокий приговор не исполнится.
Бедный пастух обо всём этом понятия не имел. Он каждый день пас своё стадо, и ему дела не было до того, что происходит на свете. Однажды явился к нему чёрт и говорит:
– Пришёл я, пастушок, чтобы тебя за помощь отблагодарить. Как начнёт луна расти, должен я утащить в пекло двух бывших управляющих, за то, что они обкрадывали бедных людей и князю дурные советы давали. Но как я вижу, дела пошли лучше, то оставлю я их здесь, а тебя награжу. В такой-то день приходи к первой крепости, там соберётся много народу. Как поднимется в крепости крик, слуги откроют ворота и я поведу хозяина прочь, ты подойди ко мне и скажи: «Уходи отсюда сей же час, а не уйдёшь – пеняй на себя!» Я тебя послушаюсь и уйду. Потом требуй от хозяина два мешка золота, а коли он не захочет их тебе дать, скажи, что меня позовёшь. Из этой крепости иди в другую, сделай так же и требуй таковую же плату. Деньгами распоряжайся хорошо и употреби их на дело. А как луна до половины дорастёт, я должен буду утащить самого князя, и ты в это дело не суйся, иначе собственной шкурой заплатишь. – Договорил и ушёл.
Пастух запомнил каждое слово. Как стала луна расти, он оставил своих овец и пошёл к крепости, где жил один из тех двух управляющих. Пришёл вовремя: толпы людей пришли посмотреть, как чёрт потащит хозяина в пекло. Вот раздался отчаянный крик, ворота открываются, и нечистый волочёт хозяина прочь, посиневшего и полумёртвого. Тут выходит из толпы пастух, берёт хозяина за руку и, оттолкнув чёрта, кричит:
– Прочь отсюда. Не уйдёшь – пеняй на себя!
В тот же миг чёрт пропал, а обрадованный хозяин давай руки пастуху целовать, спрашивая, чего тот хочет в награду. Пастух сказал, что хочет два мешка золота, и хозяин велел выдать ему золото, не мешкая.
Пастух, довольный, пошёл к другой крепости и там управился так же славно. Разумеется, князь быстро проведал о пастухе – он выспрашивал, что случилось с управляющими. Прознав обо всём, князь послал за пастухом карету с четвёркой коней. Когда парня привезли, князь давай его упрашивать, чтобы он и его из адских когтей освободил.
– Сударь, – отвечает пастух, – я вам этого обещать не могу. Вы великий грешник, но если захотите исправиться, справедливо, добродетельно и мудро править своим народом, как и полагается князьям, я попробую вас спасти, даже если бы мне самому пришлось отправиться за вас в пекло.
Князь поклялся, что будет добрым правителем, и пастух ушёл, сказав, что в назначенный день что-нибудь придумает.
Со страхом ждали все, когда луна дорастёт до половины. Как раньше князя бранили, так теперь его жалели, потому что с тех пор, как он исправился, лучшего правителя люди себе и не желали. Дни бегут, радостно ли, с печалью ли их считает
