Новая сумка была чистой, хотя и осталась скучного бурого цвета. С ним уже ничего было нельзя поделать. Карманы от штанов отлично вписались в дизайн, а штанины служили теперь одна — ремнем, а другая — клапаном. Сумка была добротной, практичной и в то же время нравилась Гарри. Его новые перчатки девочка сделала из плотной шерсти, и теперь хотя бы руки не мерзли. Перчатки были немного больше, чем нужно, но это не казалось проблемой. Кроссовки тоже были великоваты.
Нож как раз помещался в карман, который девочка пришила на ремень сумки, а все остальные мелочи лежали во внутренних карманах. Гарри казалось, что новая сумка придает ему весьма официальный вид. Он думал, что такая вещь обязательно должна быть у эльфа, складывал в нее зерна и свеклу и не мог нарадоваться на то, как надежно она сшита. Рюкзак таких нагрузок не выдержал бы.
ΩΩΩ
Гарри был бы рад научиться хранить всю эту пищу так, чтобы питаться ею всю зиму, но, по крайней мере, овощи дадут ему возможность не переходить на консервы так долго, как получится. Эту идею подал ему змей, спросив, что он будет делать, когда у него кончится консервированная еда.
И начались уроки охоты. Змей, конечно, ужасно любил командовать, но во время учебы это оказалось кстати.
— Зимой меня здесь не будет, и я не смогу тебе помочь в случае чего, — говорил змей, пока они крались по лесу в поисках кроликов. — Мы должны быть уверены, что ты не умрешь тут в одиночестве, пока я сплю. Итак, что я обычно делаю — это подползаю к ним незаметно, кусаю за шею и держу, пока они не испустят дух. А потом ем. Попробуй сделать так же.
— У меня нож есть, — ответил Гарри и помахал им для демонстрации, — и мне кажется, что мой рот устроен не так, как твой. Я лучше попробую руками.
— Убери-ка от меня все эти штуки, — оскорбленно сказал змей, — можешь использовать любые смехотворные придатки, какие сможешь, мне-то какое дело. Вся суть — в осторожности и настойчивости.
Гарри кивнул, и они затаились, поджидая кролика. Гарри в совершенстве научился оставаться незаметным среди людей, а долгие месяцы жизни на природе развили навык передвигаться практически бесшумно.
Прискакал кролик и начал щипать траву. Гарри сжался, как пружина, и бросился на него с ножом в руке. Испуганный кролик попытался отскочить в сторону, но Гарри уже приземлился на него сверху. Тот отчаянно брыкался и дергался, и все-таки сумел освободиться, пока Гарри собирался с мыслями.
Когда кролик сбежал, Гарри сел и посмотрел на свою руку. Оказалось, во время прыжка он порезался. Рана была неглубокой. Гарри залечил ее так же, как заделал бы дырку в рубашке, и внимательно осмотрел свежесросшуюся кожу, в то время как треск веток и шорох листвы затихали в глубине леса.
— Почти получилось, — сказал змей, подползая ближе, — попробуй в следующий раз использовать клыки.
— Да нет у меня клыков как у тебя, я же говорю, — ответил Гарри, надув губы. — Посмотри на мои зубы, — и он продемонстрировал их змею, который приоткрыл рот в странной имитации мимики Гарри. На мгновение, перед тем, как он закрыл пасть, на солнце блеснули острые клыки.
— Как ты вообще что-то ими делаешь, вот что я хотел бы знать, — змей вытянулся вверх и высунул язык, внимательно рассматривая зубы. — Они, наверное, почти что бесполезны.
Гарри щелкнул зубами у головы змея, тот отклонился и зашипел на него. Гарри засмеялся и предложил змею руку, от которой тот, как всегда, отказался.
Они шли вдоль самой кромки леса, откуда был виден близлежащий город, когда Гарри вдруг остановился. Он рассматривал из-за дерева ближайшие дома, и вокруг них сегодня было гораздо более людно, чем обычно в это время дня.
— Что они делают? — спросил он.
Змей хмыкнул.
— Я-то откуда знаю?
— Кажется, это все дети, — сказал Гарри. У него вдруг возникло странное чувство в груди. — Я... мне кажется, это Хэллоуин.
Змей вопросительно хмыкнул.
— Что это значит?
— Дети надевают костюмы и идут по домам, им дают еду, и конфеты, и сладости всякие, — объяснил Гарри. Он выглянул из-за дерева и присмотрелся внимательнее. Вроде бы некоторые из детей были в костюмах.
— Тогда иди, достань какой-нибудь еды, — посоветовал довольный змей. — Увидимся в твоем гнезде. Не задерживайся. Я рассчитываю на костер.
Гарри провел змея взглядом и снова посмотрел в сторону города. Там действительно праздновали Хэллоуин. Он осмотрел свою одежду. На нем была длинная рубашка, подпоясанная ремнем, кроссовки и сумка. Все это вполне могло сойти за костюм, если не позволять никому разглядывать его слишком пристально.
И Гарри пошел за угощением.
Он присоединился к хвосту небольшой детской процессии, шагающей по краю городка. Дети хихикали и хвастались друг перед другом конфетами. В некоторых домах свет не горел, а на дверях висели знаки — их дети пропускали. Около каждой двери дети по очереди объясняли, что у них за костюм, и Гарри в свою очередь говорил: "Я эльф".
Никто не допрашивал его, все улыбались и бросали еду и конфеты ему в сумку, так же, как и другим. У него уже набралось порядочно еды, в основном мини-батончики "Марс" и леденцы. Ему ни разу не удалось сходить за сладостями на Хэллоуин, пока он жил у Дарсли. Как оказалось, это довольно весело.
Компания, к которой Гарри присоединился, ходила по домам на окраине города. Насколько Гарри понял, все прочие они уже обошли. Они подошли к очередному дому — он стоял на самой опушке леса. Дверь им открыла одетая ведьмой женщина, сияющая от воодушевления.
— Ну здравствуйте, голубчики, что у вас за костюмы в этом году? — она держала в руках палочку и чашу со странного вида конфетами, а одета была в закрытое платье до пола и остроконечную шляпу.
Дети в очередной раз представились:
— Я привидение!
— Я Франкенштейн!
— Я ведьма!
— Я кошка!
Гарри моргнул, с невинным видом глядя на женщину.
— Я эльф! — сказал он ей.
Она восторженно улыбнулась им всем.
— Очень хорошо! Мне нравится твоя шляпа, дорогая. Она почти такая же милая, как моя.
Девочка захихикала и сдвинула шляпу набок.
— Ой, у кошек ведь должны быть усы! А у эльфов — остроконечные уши!
Гарри не понравилось, что обратились прямо к нему, но он все равно поднял глаза и улыбнулся женщине. Девочка, одетая кошкой, казалась вполне довольной, и он решил вести себя так же.
Помахав на них палочкой, женщина просияла.
— Ну вот и все, — сказала она, — теперь ты — настоящая кошка, а ты — настоящий эльф.
Гарри посмотрел на девочку, и увидел, что та каким-то образом отрастила усы. Несколько секунд он глядел на них, а потом потрогал свои уши. Как Гарри и думал, они стали более заостренными, чем раньше. Он, нахмурившись, посмотрел на женщину, чья улыбка чуть угасла. Это было нехорошо.
— Спасибо, мэм, — сказал Гарри, пытаясь улыбкой скрыть свое замешательство и принимая протянутую ему коробку конфет. Это были жевательные драже.
Потом он последовал за детьми, держась немного на расстоянии, ощупывая свои уши и пытаясь понять, как она это сделала.
— Ой, не надо их дергать! Больно! — похоже было, что у девочки-кошки теперь были настоящие усы. Франкенштейн обернулся — наверное, чтобы спросить Гарри про уши. Но, поймав его взгляд, замер, будто увидев в нем что-то странное. А потом повернулся к другим детям.
Когда они закончили собирать сладости и Гарри вернулся к своему гнезду, то все еще думал о своих ушах.
— У меня уши выглядят по-другому? — он наклонил голову к огню, чтобы змею было лучше видно.
— Я что, по-твоему, знаю, как они обычно выглядят? — ответил змей.
Типично.
ΩΩΩ
Женщина, думал Гарри, не могла быть эльфом. Она выглядела точно так же, как обычные люди, и вполне вписывалась в их мир. Не было признаков того, что она умеет говорить с животными или исчезать, как он. Но она была способна по крайней мере на некоторые трюки из арсенала Гарри.
Он укрылся теплой, набитой шерстью кофтой и провел полночи, пытаясь разгадать тайну странной женщины. А утром проснулся и обнаружил, что змей ночью пропал, а все вокруг гнезда покрыто инеем. Утро он посвятил сбору мха и веток, чтобы можно было законопатить щели и сберечь тепло.
Наступление зимы означало, что времени для размышлений станет гораздо больше, поскольку Гарри старался не покидать гнездо, кроме как для охоты или поисков еды на помойках ближайших городков. Через несколько недель ему стало скучно, и он стал чаще бывать в городах, пытаясь найти что-нибудь интересное и забрать в гнездо.
Неподалеку в церкви у заднего входа люди оставляли пожертвования. Гарри регулярно проверял это место, хоть и редко находил там что-нибудь по-настоящему полезное: обычно там была посуда, книги, детские игрушки и одежда ему не по размеру — ее он все равно иногда брал и использовал для утепления гнезда и как подстилки для сна. Но этим вечером Гарри обнаружил здесь несколько игрушек, книги и длинный шерстяной свитер, явно рассчитанный на подростка. Гарри взял свитер и стопку книг, а игрушки оставил.
