на баронессу, то совершенно незначительно!
– Да как же, друг мой! Та же стать, и походка ее!
Билый кашлянул. Ему, как пластуну, который сызмальства примечал такие тонкости, стало искренне жаль друга.
– Посмотри же внимательнее! – горячился граф. – Одно лицо!
– Как знаешь, односум! – согласился казак, видя всю бесполезность данного спора.
– Я знаю! И теперь еще больше верю в то… – Иван осекся. Внезапно раздался оглушительный свист, в точности такой, как свистят извозчики, когда стараются заработать хорошую деньгу и пускают коней во всю прыть. Топот копыт громким эхом отдавался от стен домов. Из-за поворота, с соседней улицы, на огромной скорости вылетел открытый экипаж, запряженный двойкой лошадей. Извозчик истово подстегивал их, громко свистя. В самом экипаже сидело несколько молодых людей в форме юнкеров Николаевского кавалерийского училища. Трое из них были одеты в алые бескозырки с черными кантами, защитные кителя, синие рейтузы с красным кантом. На ногах были высокие хромовые сапоги со шпорами. Двое других юнкеров были одеты в форму кубанского казачьего войска. Один, тот, что повыше, кричал во все горло:
– Гони!!!
Девушка с зонтиком, на которую обратил внимание Суздалев, была уже на середине улицы, когда экипаж, не сбавляя скорости, несся прямо на нее. От неожиданности страх сковал ее. Она остановилась, будто оцепенела, не в состоянии двинуть ни рукой, ни ногой.
Суздалев с Билым, наблюдавшие за этой сценой, переглянулись. Нужно было действовать мгновенно, в противном случае девушка могла погибнуть под колесами экипажа.
– Ты к девушке, а я к экипажу! – коротко выпалил Билый и шагнул навстречу летящей опасности. Суздалев, не раздумывая, подбежал к девушке и, подхватив ее на руки, в несколько шагов оказался на тротуаре. Второпях носком сапога зацепился за небольшой булыжник и, увлекая прекрасную незнакомку за собой, чуть было не упал на нее. Реакция сработала мгновенно, и в последний момент бывший капитан смог изменить положение своего тела так, что приземлился на спину, принимая на себя легкий стан девушки. Суздалев крепко прижимал к себе незнакомку, и шансов освободиться от крепких объятий графа у ней не было. Их глаза встретились. Краска залила лицо барышни. Сходство с погибшей баронессой было потрясающим. Суздалев, пораженный этим, не отрывая взгляда все смотрел и смотрел в бездонную синь глаз прекрасной незнакомки, пока та, пребывая в сильном смущении, не попыталась освободиться от его объятий. С третьей попытки, не без труда, ей это удалось, и, поднявшись на ноги, она устремила свой взор туда, к чему были прикованы взоры прохожих и просто зевак. Граф, прогнувшись в спине, ловко подпрыгнул и встал рядом. Все смотрели за развитием событий на дороге.
Извозчик, оценив всю тяжесть сложившейся ситуации, постарался сдержать лошадей. Но уж слишком высока была скорость. Он успел лишь натянуть поводья, насколько это было возможно. Этого хватило для того, чтобы Микола замысловатым маневром, подняв руки резко вверх, захватил шлею и, используя энергию движения лошади, очутился верхом на ней.
– Тпруууу! – громкий окрик разлетелся в предвечернем воздухе. Лошади встали как вкопанные. Извозчик было замахнулся кнутом на дерзкого прохожего, бесцеремонно вскочившего на одну из его лошадей, но казак так взглянул на него в ответ, что старик сконфузился и выпустил кнут из рук. От резкого торможения все пятеро юнкеров цеплялись руками кто за что успел, но кое-как удержались на месте. Тот, что был выше всех, в казачьей форме, ловко соскочил на мостовую и решительно двинулся к лошадям.
– Кто осмелился остановить наш экипаж! – громким окриком он обратился к сидевшему на лошади Миколе.
Билый, готовый к любому повороту сюжета, резко обернулся, чтобы в случае чего дать подобающий ответ невоспитанному юнкеру. Взгляды их встретились. Наступило невольно молчание. Выражение лица со злобы постепенно сменялось недоумением.
– Ты?! – первым нарушил молчание Билый. Глаза его засияли огоньком радости. Одним прыжком он соскочил с лошади и очутился рядом с юнкером.
– Микола! Брат! – закричал юнкер и шагнул навстречу.
– Михась!
Через секунду братья заключили друг друга в крепкие объятия, выплескивая эмоции радости.
Наблюдая за происходящим, на улице стала собираться толпа зевак. Где-то неподалеку раздался свисток городового. Увлеченный действом у экипажа, Суздалев не заметил, как девушка, которую он спас от неминуемой гибели, затерялась в толпе. Тщетно граф метался из стороны в сторону, пытаясь разглядеть среди толпы зевак прекрасные черты лица незнакомки, так похожей на его погибшую возлюбленную. Девушка исчезла, как будто ее и не было. От досады Иван закусил губу и несколько раз стукнул сжатым кулаком по ладони другой руки.
– Ну! И что все это значит?! – спросил граф, подойдя к Миколе и Михасю.
– Знакомься, Ваня, брат мой – Михаил! – представил своего брата Микола. – А это, Михась, – Билый протянул руку, указывая на Суздалева, – мой большой друг и однополчанин граф Иван Суздалев.
– Весьма рад, ваше сиятельство! – четким голосом отрапортовал Михась.
– Чего уж, можно просто Иван Матвеевич, – то ли шутя, то ли с чувством сожаления сказал Суздалев и добавил: – Титул графа, мой юный друг, впрочем, как и чин офицера, весьма ненадежная штука. Не правда ли, Николай Иванович?!
Михась не понял сказанного новым знакомым и вопросительно посмотрел на брата. Тот, уловив вопрос, так же молча развел руками и пожал плечами. Мол, долго объяснять, принимай как есть.
– Микола! – на подъеме братских чувств выпалил Михась. – Как ты?! Где ты?! В училище такое говорят! И никто толком ничего сказать не может.
– А вы, юнкер, не слушайте того, что говорят, – по-дружески заметил бывший капитан. – Привыкайте пользоваться информацией из первых рук. Это сэкономит и время, и нервы.
– Досыть тебе, Иван, – сбавляя поучительный тон односума, сказал старший Билый. – Видишь, Михаил и сам в недоумении. Жаль, времени мало для разговора.
– Ладно, господа казаки, – важно заметил граф. – Вы пообщайтесь, как у вас говорят, трохи, а я отойду на минутку. Пропажа случилась. Может, удастся отыскать. Дела важные!
– Микола, так как ты все же? Неужели все, что говорят у нас, правда? Да и от родителей письма получал. Не ведают, что с тобой. Не писал, видимо, давно! – голос младшего брата отдавал нотками беспокойства.
– Так, драголюбчик мой, – как можно мягче прервал брата Микола. – Я не знаю, что там у вас говорят, но чтобы снять все последующие вопросы, скажу прямо. Все, что произошло, – необходимость. Так было нужно!
– Нужно кому? И что конкретно? – Михась не унимался. Ему хотелось докопаться до истины, чтобы по возможности развеять слухи, долетавшие до стен Николаевского училища. – И как прикажешь отписать родителям?! Они места себе не находят.
– Не утруждай себя, братику, – по-отцовски ответил Микола. – Найду время, сам отпишу.
