Владислав. – Ценное, компактное и готовое к бою.
– И трупы. Трупы магов, если это род некромантов, – задумчиво сказала Луна. – Что? По-моему, это логично.
– Их называют личами. Мертвый легион «расквартирован» не здесь, их некрополь неподалёку от столицы. Адриан возил меня туда несколько раз, когда я учился в гимназии… Что?
– Ничего-ничего, ты продолжай рассказ, – замахав руками, сказал Влад. Луна же посмотрела на меня с жалостью.
– Лич – это, по сути, артефакт, сделанный из трупа. Боевой маг с искусственно расширенным резервом и сверхпрочными каналами. Машина смерти, нечувствительная к боли. Степень автономности и инициативы варьируется от случая к случаю. «Спящему» личу нужны особые условия для хранения – артефакт-саркофаг. Для его подъема нужен маг-хозяин. Если он погибнет, лич впадает в «спячку», а если вовремя не положить его в хранилище, вокруг него образуется специальный кокон. Он позволяет сохранить мертвеца, но его «реанимация» потребует значительных сил и времени.
– Так значит Адриан Камет не любил тебя и не хотел с тобой общаться. Поэтому делился секретами своего мастерства, которые у тебя от зубов отскакивают, – ехидно заметил Владислав.
– Это не он мне рассказывал, а лич который присматривал за мной. Я иногда надоедал ему такими вопросами, – смутившись, сказал я.
– Беру свои слова назад, – потупив взгляд, сказал Владислав. – Милые у вас в семье порядки.
– Значит в этом подземелье не может быть личей? – тихо спросила Луна.
– «Пробужденных» – точно нет. «Спящие» – возможно, но без некроманта они не опасны. Меня смущают только ловушки.
– Если кто-то смог прорваться через эти укрепления к хранилищу и достать медальон, то его простыми капканами не взять, – сообщил очевидное Влад.
– Да, поэтому там либо что-то чудовищно мощное и опасное, либо ничего нет. Я ставлю на первый вариант. Это в духе Адриана.
– Тогда думаю, нет смысла туда соваться, – неожиданно сказала Луна. – Если алмазный прятал что-то там, то пусть там это и остается.
– Предлагаешь идти на поклон к ван Нормайену? – удивился я.
Меня смутило не предложение, я сам о нем думал, но то, что оно исходило от нее.
– Ты забываешь, что запретная магия — это не только сила, но и опасность. Бунты мертвецов, спятившие некроманты – это ведь не только легенды?
– Не легенды, – признал я. – По крайней мере, Адриан о таком упоминал.
– Ты уверен, что это тебя не погубит? Не превратит в калеку и не сведет с ума?
Последний вопрос был явно лишним. Но лицо я смог сохранить.
– Сколько времени займет освоение запретной магии без учителя? – задал логичный вопрос Влад. – Когда ты сможешь поднять своего первого мертвеца? Сможешь ли ты что-то сделать с мертвым легионом Камета? Что с ним сейчас, ты знаешь?
– Ты сам говорил, что Кадаверы славились как целители. Навыки Адриана в менталистике оттуда. Думаю, я найду там пару учебников по этому вопросу, раз уже мои конспекты остались в академии. Большее мне не нужно.
– Это… приемлемо, – сказала Луна. – Нас она уже два раза спасала. Вот только что делать с ловушками? Тут я с тобой согласна, там должно быть что-то очень опасное.
– Сначала я поговорю с ван Нормайеном. Посмотрим на его поведение. Возможно, нам не потребуется лезть в самый глубокий подвал этой крепости. Если же нет… Тогда и будем думать.
Судя по их лицам мой план никому не понравился, но спорить они не решились.
Владислав поправил очки и сказал:
– Хорошо, тогда давайте решим что и как тебе сказать, на что мы можем рассчитывать в нашей ситуации. У меня есть несколько вариантов. Во-первых…
Луна нашла меня в библиотеке. Развалившись на диване, я с отсутствующим видом изучал потолок. Ни одной умной мысли в голове не было. Глупых тоже.
– Я так понимаю, аудиенция не состоялась? – спросила она, устраиваясь рядом.
– Перенесли на завтрашний вечер, Кохорн сказал, что у Змея повреждение энергетики после боя. Вырваться из-под домашнего ареста оказалось не так просто. Ему нужно время на восстановление. Кстати, нас завтра тоже ждет комплексный осмотр. Если ничего не болит – это не значит, что вы здоровы.
О да, это фраза как раз про меня. Не болит, но донимает постоянно. И то, что Янус стал подавать голос из своей камеры, меня совсем не радует.
– Кохорн не целитель.
– У него ящик артефактов и опыт войны. Этого хватит. Чем порадуешь?
– Пообщалась с девочками. Мы друг друга поняли, они пообещали вести себя прилично, – улыбнувшись, сказала Луна.
– Мне показалось или вы с ними говорили не только о Юлии? – усмехнулся я.
– Смотреть на Маркуса Кайласа можно, кормить и гладить – только мне.
– Возмутительно! – притворно обиделся я. – Я это так не оставлю!
– И что же ты сделаешь?
Я положил голову Луне на коленки. Вопреки ожиданиям она совсем не возражала.
– Это твоя страшная месть? – рассмеялась она.
– Определенно. Мне стало лучше, значит месть удалась.
Смотреть на Луну снизу-вверх оказалось непривычно. Хотя с любого ракурса она красивая.
«Мне сейчас станет тошно! Кто-нибудь влейте в мозг этого влюбленного идиота порцию здорового цинизма!» – завопил в моей голове Янус. Но я его проигнорировал.
– Ты что-нибудь понял из объяснений Влада? – спросила Луна. – Я вот не слова.
– Кое-что. Он в этом понимает гораздо больше нас. Но в одном он прав – если бы ван Нормайен был везучим и талантливым интриганом, он бы не прятался под юбкой любовницы своего мертвого патрона.
– Он проиграл битву, но не войну.
– Верно. Но если судить по известной нам информации, ситуация у него не очень. И мы ему нужны. Тот факт, что он последние полгода бегал вокруг меня и таким образом «вербует» сторонников, говорит, что дела у него плохи.
– Может тогда не стоит с ним связываться? – тихо спросила Луна.
– Поздно. Мы влезли в это с головой. И тут нельзя все повесить на ван Нормайена. Кровавые играют очень грязно. Еще в том зале мы вляпались в эту игру, вход за гульден, выход – не предусмотрен. Так что мы оказались на одной стороне в этой битве. Неприятно, не спорю. Но деваться нам некуда.
– Знаешь, даже с учетом ваших с Владиславом
