— Черт какой! — огорчился Каранелли, но, как ни странно, в голосе звучало уважение.
— Надеюсь, мы не бросимся в лихую кавалерийскую атаку? — спросил Левуазье.
— Нет! Хватит уже. Не хочется получать новый сюрприз от князя Данилова.
— Тогда сегодняшний бой можно считать крупной победой. Противник потерял пять человек. Это огромный успех, если вспомнить, что до сегодняшнего дня на нашем счету был лишь один заколотый корнет.
— Обидно то, что завтра он возьмет новых драгун, и через неделю они будут не хуже убитых. А мы этого не можем.
— Но можем взять его тактику: ударил — отбежал. Как сегодня.
— Да, Доминик! Пожалуй, ты прав. Это лучшее из того, что мы можем использовать против Данилова. А воевать нам с ним еще долго.
— Почему? Император может дать нам другие задания.
— Вряд ли. Наполеон теперь понимает, что если мы убьем Кутузова, то для нашей армии ничего не изменится. Много лет ему казалось, что достаточно убрать Багратиона, и русская армия рассыплется. А что происходит? Багратиона нет, а мы отступаем ускоренным маршем. Думаешь, мы способны сейчас ввязаться в серьезное сражение?
— Ввязаться-то мы можем. Вернее, вляпаться…
Каранелли усмехнулся уголками губ, не отрывая взгляд от белесого дыма.
— Армия стремительно отступает, не желая ввязываться в схватки. Какие у нас могут быть задания?
— Отбивать наскоки русских.
— Это верно, но главное — сберечь императора. И если против полков и дивизий у него есть Старая гвардия, то против маленьких групп, проникающих в тыл, она бессильна. Здесь только мы. И придется нам гоняться за князем Даниловым, пока не уничтожим.
— Или он уничтожит нас!
Луи перевел взгляд на Доминика. Тот говорил вполне серьезно.
II
Дальнейшее походило на чудо. Уйдя с заброшенного хутора, взвод Данилова заметался между лесов и болот южнее Дорогобужа, преследуемый отрядом Каранелли. Численно французы не сильно превосходили русских. После взрыва «лягушки» Луи отправил раненых и сопровождающих, оставив лишь двадцать егерей.
Два сравнимых по численности отряда, оказались в стороне от места действий армий, сражаясь между собой. Боевая же мощь группы Каранелли многократно превосходила драгун, но, несмотря на это, французы вели себя очень осторожно, опасаясь нарваться на очередной сюрприз. Потому и не стал атаковать хутор Каранелли после удачного возвращения своего офицера. Хотя главную задачу — убить князя — тот не выполнил. Вторая часть плана тоже сорвалась, дым закрыл хутор. Понимая, что это не даст хорошего результата, французы выпустили с полсотни пуль наугад, чем и ограничились. Русские расширили дымовую завесу и беспрепятственно ушли. Игра в кошки-мышки вышла на новый виток. Еще три дня подполковник пытался ускользнуть на юг, где нет французов. Каранелли старался прижать драгун к Смоленскому тракту, где их ждала неминуемая гибель.
Измотанный бессонными ночами и холодом отряд Данилова постепенно проигрывал. Все офицеры Каранелли хорошо разбирались в следах, хотя никто не мог сравниться с исчезнувшим Этьеном. А зная путь русских, французы легко предугадывали и перекрывали направления их будущего движения. Идти на прямое столкновение, когда противник многократно превосходил в вооружении, технике боя, Данилов не мог. Тем более, имея всего двадцать пять зарядов для пистолетов. Уходить удавалось лишь благодаря тому, что русские имитировали засады, оставляя на тропах поваленные деревья, разрытую землю, растянутую в траве веревку. Не желая больше рисковать, Каранелли проводил тщательную разведку подозрительных мест, теряя время. Он действовал не спеша, но методично, сжимая пространство, в котором метались драгуны.
К началу четвертых суток после столкновения на хуторе, отряд Данилова оказался загнанным в небольшой сосновый лес, ограниченный болотами с юга и востока. С севера к нему примыкал Смоленский тракт, по которому непрерывным потоком шли французские войска. Путь на запад перекрывал отряд Каранелли, дожидающийся восхода солнца, чтобы не атаковать в утренних сумерках.
Драгуны понимали, что спастись шансов нет. Единственное, что оставалось — продать свою жизнь подороже. Но французов такое положение дел не очень устраивало. Забрать жизни драгун они были готовы, но платить за это своими не собирались.
— Андрей! — Данилов подъехал к майору. — До тракта чуть-чуть. Они сейчас начнут нас выдавливать на дорогу. Там непрерывно идут французы.
— Что прикажешь делать?
— Спешиться и остаться здесь. Спрятаться за деревьями. Ждать, пока лазутчики вплотную подойдут.
— Немного у нас шансов.
— Совсем мало. Тут важно, чтобы не заметили как можно дольше. Если подпустим шагов на пятнадцать-двадцать, наши пистолеты тоже оружие.
— А потом что?
— А потом все, Андрей. Фехтовать с ними бесполезно. Выстрелили — и разбегаться, кто куда. Может, кому повезет — живой останется.
Грохнул выстрел. Кивер, который висел на елочке, изображая спрятавшегося за ней драгуна, слетел на траву.
— Началось! Хорошо, сейчас отправлю уводить лошадей. Скажу, чтобы, как только отойдут, пусть сделают так, чтобы кони заржали.
— Подожди-ка…
Данилов прислушивался к чему-то, словно позабыл об Азарове.
— Отставить! — князь преобразился. — Все за мной! Только тихо. Быстро! Быстро!
Теперь и Азаров сообразил, что с тракта доносятся звуки перестрелки.
Князь больше всего боялся не успеть. А вдруг атака лазутчиков начнется раньше, чем драгуны достигнут границы леса?
Николай даже не выставил дозор сзади. Что бы поменялось, если удалось бы заметить настигающих лазутчиков? Спасение могло быть лишь там, впереди. Не сами же с собой схватились французы?
На границе леса драгунам открылась удивительная картина, которую смело можно было отнести в разряд чудес. По полотну тракта, разгоняясь навстречу друг другу, неслись французские гусары и русские драгуны.
— В ата… — застуженный голос Николая сорвался, но Азаров, мгновенно понявший замысел Данилова, зычным голосом подал команду:
— Взво-о-од! В атаку!
Вылетевшая из леса, одетая в большинстве своем в крестьянские тулупы, небольшая кучка всадников напугала наполеоновских гусар больше, чем драгуны на дороге. Решив, что они угодили в западню, французы смешались и бросились наутек. Драгуны вознамерились их преследовать. Но здесь до Данилова дошло, какой смертельной опасности подвергаются русские кавалеристы. С минуты на минуту к кромке леса выйдут в полном вооружении французские лазутчики. Тогда счет пойдет на сотни убитых.
Вылетев на дорогу, князь вскинул палаш и попытался крикнуть. Голос опять отказал.
— Данилов?!
Удивленными глазами на Николая смотрел майор Васильев, старый приятель, с которым еще под Фридландом командовали ротами в эскадроне Тимохина. Черт побери! Что же это, если не чудо? Родной полк пришел на помощь попавшим в беду товарищам!
— Да! Где командир? — просипел князь.
Майор среагировал мгновенно.
— Да вот же он! — Васильев показал на Залесского, стоящего на дороге.
Подлетая к командиру, Данилов сообразил, что тот может и не узнать его сразу.
— Подполковник Данилов! — представился он. И сразу, будто видел последний раз Залесского перед атакой, а не месяц назад, продолжил: — Ваше высокоблагородие, срочно остановите полк!
Залесский смотрел на обветренное лицо князя, растрескавшиеся губы, драный тулуп, накинутый поверх мундира.
— Уверены, Николай Тимофеевич?
— Да! Но самое главное — прошу вас срочно спешиться!
Залесский спорить не стал. Несколько секунд спустя штаб-трубач заиграл «отбой»!
Подъехавший Андрей, повинуясь жесту Данилова, тоже спрыгнул с лошади, представился командиру полка.
— Лейб-гвардии майор Азаров! Надо открыть огонь, а то будет поздно, — то ли князю, то ли Залесскому сказал майор.
— Да, это так, — справившись наконец с голосом проговорил Николай. — Нужно всем, кто готов, начать стрелять в лес. Полк должен дать три-четыре залпа.
«Теперь не только Данилова, но меня будут считать повредившим голову», — отдавая команду, подумал Залесский.
— Кстати, подполковник, Кутузов еще две недели назад приказал, — если объявитесь, то немедленно к нему в штаб!
— Слушаюсь, ваше высокоблагородие! Только нужно убедиться, что полк вне опасности.
Странную команду на расстрел сосен и берез полк выполнял недостаточно быстро. Недоумение — плохой помощник для выполнения приказов. И почти физически Данилов ощущал, что потерянные секунды обернутся бедой. Так и случилось.
Оставляя чуть заметный дымный след, из леса вылетели гранаты. Взрывы ударили в десятке саженей от обочины. Несколько осколков нашли драгун. Могло быть хуже. Гранаты не долетели — дистанция оказалась немного великовата.
