Читаем без скачивания Обещание Кристоса - Джейн Портер

- Мистер Патере, вы помните условия нашего соглашения?

- Спать в одной кровати - это еще не значит заниматься любовью.

-Но...

- Как будто ты ни с кем не жила в одной комнате.

Он не имел в виду ее первого мужа. Ему это было не нужно. И она точно знала, что он хотел сказать, но ей совсем не понравилось это.

- Послушай, мне бы хотелось иметь свою собственную комнату.

Кристос приблизился к ней. Она отпрянула, снова столкнувшись со столом. Без всяких церемоний он заключил ее в объятия и прильнул к ее губам.

Тепло разлилось по венам, по всему телу. Она почувствовала жар и слабость, и когда он разжал ей губы, она не сопротивлялась. Чем сильнее раскрывались ее губы, тем дальше она пробивалась сквозь многолетнюю пустоту.

Его ладонь легла ей на бедро, сильнее прижимая ее к нему. Алисия почувствовала его возбуждение, и это болью отозвалось в ее груди, соски затвердели. Он был слишком близко, но все же она не оттолкнула его, не смогла оттолкнуть.

Он изучал ее, все сильнее разогревая огонь во всем ее теле. Не было уже никакого притворства. Он хотел ее всем телом. Сейчас.

Ноги Алисии дрожали, тепло разливалось по лодыжкам, коленям. Она подумала, что не хочет этого огня, потому что не сможет контролировать себя.

Кристос оторвался от нее и заглянул ей в глаза. Он провел рукой по ее раскрасневшейся щеке.

- Отдельные комнаты? - хрипло произнес он. - Я так не думаю.

Кристос ушел поговорить с капитаном, и Алисия нашла убежище в душе. Вода бежала из крана, и молодая женщина энергично намылила лицо, словно стараясь смыть каждый след поцелуя Кристоса.

Кем он себя возомнил, целуя ее, трогая ее, обращаясь с ней как со своей собственностью?

Он заключил сделку с ее отцом, но не с ней!

Еще раз намылившись, она терла губы, шею,

плечи,грудь.

Сколько времени она уже не имела возможности вот так понежиться в горячем душе! Великолепный запах шампуня напомнил ей о фруктовом коктейле с цитрусом, манго, папайей. Все это было в шампуне, и он так легко промывал ее чудесные волосы.

Кристос Патере ни на чем не экономил. Яхта. Женщины. Туалетные принадлежности.

Неожиданно яхта ожила, звук заработавшего, вибрирующего мотора донесся сквозь керамический пол, проник в ее ноги. Они наконец-то покидали Оиноуссаи.

Она быстро прошла в спальню с одним полотенцем, обвернутым вокруг тела, и с другим - в виде тюрбана закрученным на голове.

Алисия была полна противоречивых эмоций, возбуждения, интереса и дикого ужаса. Она так долго ждала момента, когда наконец-то покинет Оиноуссаи, но никогда не думала, что покинет его в качестве жены американца!

Пока яхта поднимала якорь, женщина вдруг осознала, какие изменения произошли в ее жизни. Все что угодно может случиться сейчас. Все что угодно.

С немым удовлетворением смотрела она на удаляющийся Оиноуссаи, на маленький остров, который становился все меньше и меньше, пока мили воды не отделили яхту от каменистого берега.

Остров теперь казался лишь маленьким пятнышком в море, наконец и оно исчезло. Неожиданно Алисии стало легко и свободно, как будто тяжелейший груз сняли с ее плеч.

Свободна. Она свободна. Она провела на Оиноуссаи всего два года, но эти два года показались ей вечностью. Они и были вечностью. Не только смерть ее матери, но и санаторий, кошмарный брак с Джереми, ребенок...

Ребенок.

Алисия тяжело осела на кровать, сминая голубой шелк покрывала. Застонав, она закрыла лицо руками, прижала ладони к глазам. Миниатюрные желтые точки запрыгали перед ее закрытыми веками.

Голова была как в огне, она ужасно болела. С судорожными рыданиями Алисия качалась из стороны в сторону, раненная своей памятью. Алекси, я скучаю по тебе, я скучаю по тебе, я скучаю по тебе.

Это было слишком - слишком жестоко, слишком ужасно.

Она не должна это делать, не должна опять предаваться своему несчастью. Доктора в санатории учили ее сражаться, держать все в глубине своей памяти и не выпускать наружу.

Понемногу боль отступила, и улеглось страшное чудовище в тайниках ее памяти.

Успокаивая дыхание, она медленно подняла голову и поймала свой взгляд в огромном зеркале в золотой раме. Огромные безумные глаза. Трясущиеся губы. Ужас и ненависть.

Как она может быть не полна ненависти? Она сделала ужасную, непростительную вещь. Она никогда никого не ненавидела больше, чем себя.

Кристос наблюдал за появлением Алисии на палубе, ее длинное платье без рукавов облегало грудь, скользило по тонкой талии и спускалось до лодыжек, длинные пшеничные волосы собраны в , узел на затылке. Она выглядела настолько женственно, что он почувствовал волну одержимости, которая прокатила по всему телу. Она была его. Теперь она принадлежала ему.

Он видел ее раньше, несколько лет назад на встрече в Афинах. Она была совсем молода, с еще более светлыми волосами, и она со слезами что-то шептала своему отцу. Отец зашипел на нее тогда, встреча приостановилась. Она продолжала настаивать. Дсриус Лемос сердито отчитал ее и вдруг залепил ей пощечину - удар прозвучал очень громко, слишком громко в неожиданно затихшей комнате.

Кристосу тогда было двадцать семь, он был иностранцем, чужаком, затаившимся в дальнем конце комнаты. Он хорошо говорил на греческом, но не понимал всех нюансов.

Он был в шоке, когда Дериус ударил свою дочь, был поражен жестокостью этого удара, который оставил на лице девушки красный след. Но девушка не проронила ни звука. Она просто смотрела на отца глазами, полными слез, а потом, так и не нарушив молчания, вышла из комнаты.

Встреча возобновилась, и все потекло своим чередом, как будто ничего и не случилось.

Но что-то все-таки случилось. Что-то случилось с Кристосом.

И сейчас Алисия приближалась к нему так же медленно и нерешительно, как тогда, много лет назад, она приближалась к своему отцу.

Не говоря ни слова, он подал ей бокал шампанского. У нее были влажные, удивительные зеленовато-голубые глаза, прикрытые длинными черными ресницами.

- Опять тяжелые мысли? - пробормотал он.

- И опять, и опять, и опять. - Она отвернулась. Он снова почувствовал дикое желание сжать ее в своих объятиях, поцеловать ее нежную кожу, согреть ее в своих сильных руках. Он словно уже знал ее лучше, чем кто-либо. Как будто уже раскрыл все секреты, таящиеся в ее душе.

Алисия расслабилась и, поведя узкими плечами, облокотилась на перила, держа в руках бокал шампанского. Яхта быстро скользила по волнам, и ветер выхватывал прядки волос из ее туго затянутого пучка.

- Куда мы направляемся? - поинтересовалась она.

- А куда бы ты хотела?

- Подальше от Греции.

- Замечательно.

Она наконец взглянула на него. Ее голубые глаза были темными и загадочными.

- Я даже не знаю, где ты живешь.

- Большую часть времени я живу в пригороде Нью-Йорка. Но вообще-то у меня еще есть дома в Лондоне, Провансе и на Мальте.

- Ты выглядишь устало.

Его губы сложились в слегка удивленную улыбку.

- Видишь, ты меня уже достаточно хорошо знаешь.

Стюард в форме вышел на палубу и сообщил, что еда готова. Кристос жестом пригласил Алисию следовать за ним в дальний конец палубы, где был накрыт стол.

Кристос пододвинул ей стул, она села за маленький столик.

- Ты прекрасно выглядишь в розовом.

Алисия поставила бокал на узорчатую ска- терть. Она подождала, пока стюард уйдет, чтобы начать разговор с Кристосом.

- Давайте не будем притворяться, мистер Патере. Ведь наш брак - не более чем бизнес.

- Ну, в какой-то мере браки - это всегда бизнес. - Он сел за стол напротив нее, облокотившись на спинку стула. - Но это не значит, что он должен быть бесплодным или холодным и нестерпимым. И это не значит, что мы не можем отметить наш союз.

Она повертела бокал между двумя пальцами.

- И что же мы отмечаем, мистер Патере? Ваш новый финансовый доход? Ваше объединение с Дсриусом Демосом?

- Вес перечисленное.

Она собралась поставить шампанское на место.

- Тогда я не собираюсь праздновать.

- А что, если мы отпразднуем твою красоту?

- Я не буду за это пить.

- Ты думаешь, что некрасива?

- Я это знаю.

- А я нахожу тебя просто завораживающей.

- Может, тебе в последнее время не хватало женского общества?

Он снисходительно улыбнулся.

- Хватало. Но должен признаться, что ты действительно приводишь меня в восторг. Ты просто мучительно красива.

Алисия побледнела, ее глаза широко распахнулись.

- Этот разговор очень смущает меня, заставляет чувствовать себя неловко.

- Извини.

Но она отметила, что голос его не звучит виновато.

Одеваясь сегодня, Алисия твердо решила, что будет держать дистанцию, отдалится от него, насколько это возможно, но он оказался сильнее. Она поняла, что внимательно на него смотрит.

Он был незнакомцем. Его купил ее отец. Ему нужны только деньги Демосов. Но почему тогда так учащенно бьется сердце и мысли путаются, почему возникают такие желания, которые не должны возникать?