Девушка оживилась.
— Вы говорите — Стивен? Ее Стивен?
— Живо тащи ее к телефону, сука, пока я не повесил трубку.
В ожидании Кэрри он начал мурлыкать себе под нос какую-то мелодийку и одновременно разглядывая надписи на стене телефонной будки. «Марлен обожает трахаться». А кто нет? Гм. Кто такая Марлен? Наверное, сама и написала.
Кэрри неистово вцепилась в трубку.
— Мой сын у тебя? Что с ним? Он жив? Ты ему что-нибудь сделал? Где мой мальчик?
Лерой с наслаждением растягивал слова.
— Сколько ты согласна заплатить, чтобы его тебе вернули?
— Кто это? Это Лерой?
— Ага, узнала! А то выпендривалась — мол, не знаешь, кто я такой! Мол, нет у тебя никакого дяди Лероя!
— Отдам все, что имею. Только верни его — сегодня же!
— Ах, ах, ах! Значит, к тебе вернулась память, детка?
— Я согласна встретиться. Где? Когда?
События развивались скорее, чем он ожидал.
— Завтра в час. На крыше «Эмпайр Стейт билдинг».
— Завтра? — у Кэрри задрожал голос. — А почему не сегодня?
— Сказано, завтра! Тащи пять тысяч баксов, если хочешь увидеть своего сосунка живым. И не смей никому говорить!
Вешая трубку, он слышал, как она всхлипывает. То-то! Она заслужила небольшой урок. Позволила себе так с ним обращаться!
Он вернулся к стойке, залпом выпил свой кофе и ушел, не заплатив. Его никто не остановил. Хорошая примета.
— Лерой, — пробормотал он, обращаясь к самому себе. — Скоро ты будешь бога-атеньким!
* * *
— Он облегчил нам задачу, — заметил Энцо Боннатти.
Кэрри безвольно кивнула, не зная, радоваться или нет тому, что он слышал весь разговор.
— Что я должна делать?
Он сдвинул брови.
— Иди на свидание. Остальное предоставь мне.
— Вы вернете мне Стивена?
— Завтра. И опять будешь нормально работать. Я подошлю еще снадобья. Быстренько сплавишь. Займешься пропагандой среди молокососов.
— Да, мистер Боннатти.
— Ну вот и хорошая девочка.
Она смотрела на него тусклыми, безжизненными глазами.
— Спасибо, мистер Боннатти.
* * *
В час дня район Манхэттена запрудили служащие, спешащие на обед.
Лерой, чертыхаясь, на нескольких лифтах с пересадками доехал до сто второго этажа. Прямо вспотел, пока добрался до обсерватории. Это ж надо — выбрать такое идиотское место. Он стер с лица испарину и надел солнечные очки с очень темными стеклами.
Казалось, весь мир в этот день решил собраться на верхушке «Эмпайр Стейт билдинг» — ступить некуда. Он поискал глазами Кэрри, но так и не увидел. Узнает ли она его? Он сам помнил ее худущей черной девчонкой с уклончивым взглядом и большими титьками. Она не изменилась. Только похорошела.
Кругом не было видно черных лиц. Если она не придет, он живьем сдерет кожу с ее отродья. Стивен! Тоже мне имечко для негра!
* * *
Кэрри прошлась пешком по Тридцать четвертой улице и Пятой авеню, но все равно явилась на полчаса раньше срока и теперь, забившись в кофейню, с тоской наблюдала за стрелками настенных часов.
Энцо Боннатти не посвятил ее в свой план. Лишь заверил, что сегодня она получит Стивена обратно. «Если, конечно, он жив», — остудил он ее восторги. «Если он жив»! Небрежно брошенные слова всю ночь не давали ей уснуть и продолжали терзать сейчас. Если Лерой хоть пальцем тронул Стивена, она лично изрешетит подонка! Вот из этого самого пистолета, спрятанного в сумочке.
Без пяти час она расплатилась и вышла из кофейни.
Большой Виктор и Шпагат лениво наблюдали за ней.
— Красотка! — осклабился Большой Виктор.
— Ну, если ты любишь черных…
Стоило только взглянуть на этих двоих, сразу становилось понятно, что это за птицы. Большой Виктор был громилой со злыми глазами и слюнявым ртом. Шпагат — помоложе, помельче в кости, со спутанными космами и длинным носом.
— Сроду за это не платил, — небрежно заметил Большой Виктор, ковыряя в зубах ногтем. — Не понимаю тех, кто платит.
Шпагат кивком выразил согласие, и они устремились вслед за Кэрри.
* * *
Наконец-то Лерой ее увидел. Ну и штучка!
Он на мгновение забыл, зачем пришел, и так и вылупился на нее. Да, это что-то! Нельзя ли включить в сделку немного любви?
Кэрри в панике оглядывалась по сторонам, не видя Лероя.
Он был доволен, что надел свой лучший костюм — коричневый, в широкую белую полоску. И белый вязаный галстук, который прекрасно гармонировал с рубашкой. Пусть только увидит его — в шляпе с широкими полями и темных очках — наверняка примет за киноартиста.
Он подскочил к ней сзади и завопил:
— Ну, ты и красотка! Вы только посмотрите!
Кэрри подпрыгнула от неожиданности. Потом резко обернулась и уставилась на него.
— Лерой?
Он приосанился.
— Собственной персоной!
Глаза Кэрри зажглись ненавистью. О, как ей хотелось тут же всадить в него пулю! Но Энцо велел только опознать его, пару минут поболтать и смыться, предоставив его людям разбираться с Лероем. Что-то она их не заметила.
— Что со Стивеном?
— Полный порядок. Наслаждается жизнью.
— Чего ты хочешь?
Лерой продолжал лыбиться.
— Кто же так здоровается? На вид — огонь, а говоришь, как ледышка. Ну-ка поласковее. Тогда и потолкуем.
Ее глаза метались по сторонам.
— Хорошо.
Он решил, что она стесняется при людях.
— Пошли отсюда. Найдем уютное местечко.
— Где?
Он жестом собственника взял ее за руку.
Кэрри в отчаянии оглянулась и, заметив двоих, мигом угадала в них людей Энцо. Наконец-то!
Возле лифта собралась очередь.
— Надо было осмотреть город, — спохватился Лерой. — Отсюда вот такой вид! — Кэрри молчала, и он ущипнул ее за руку. — Как-нибудь вернемся сюда, не так ли?
Она кивнула — почти в обмороке. Те двое заняли очередь прямо за ними и стояли вплотную, так что она различала исходивший от них запах чеснока.
Подошел лифт и выплеснул новую партию туристов. Двое моряков подмигнули Кэрри и начали обмениваться восторженными возгласами. Лерой был польщен. Он крепко сжал ее руку. Как же освободиться?
Они вошли в лифт. Бандиты — за ними.
Кэрри подумала о Стивене, и ее вновь охватило жгучее желание всадить пулю в этот подлый, ухмыляющийся рот. Когда-нибудь она так и сделает. Обязательно!
* * *
— Возьмем его на тротуаре, — предложил Большой Виктор.
Шпагат не возражал.
— А что, мне нравится такая работа. Этот сутенеришка свое получит!
Шпагат запустил пятерню в жирные волосы.
— Как ты думаешь, босс способен польститься на черное мясо?
