наших автобусов. Пусть ребят увезут. Если целью рейдеров действительно является склад, значит детям оставаться тут не безопасно.
– Да, – поддержал друга Иссерлэйн. – Когда начнётся стрельба…
– Заткнитесь, – оборвал их Эпштейн. – Заткнитесь оба.
Он смотрел поверх их голов, туда, где располагался пост охраны.
Даниэль быстро обернулся и увидел, что наблюдатель выскочил из будки и машет руками, привлекая внимание.
– Противник на подходе! – раздался его громкий надрывный крик.
– Личному составу рассредоточиться, – заорал Мосс. – Занять удобные для обороны позиции.
Уже чуть тише он обратился к остальным:
– Работникам склада и детям уйти в центр помещения. Найдите себе укрытие. Чтобы не случилось, никого не должно быть видно, до тех пор, пока вам не разрешат выйти.
– Может вскроем несколько больших контейнеров, вытащим из них всё и спрячем гражданских внутри? – предложил Даниэль.
– Иссерлэйн, ты идиот, – фыркнул Мосс. – По-твоему, у нас осталось время на это?
– Нет, но…
– Просто заткнись и выполняй приказ.
– Что, если… – не сдавался Даниэль.
Мосс пару раз сильно ткнул указательным пальцем в бронежилет своего упрямого подчинённого.
– Когда всё закончится, я напишу рапорт, после которого, ты до конца своей жизни будешь заниматься разгрузкой подобных контейнеров и ничем иным, – злобно прошипел Эпштейн. – Это я тебе обещаю. Если за столько лет службы в Бюро ты до сих пор не воспринимаешь приказы с первого раза, значит дальше будет только хуже. Эта работа не для тебя. Всё. Уйдите с дороги.
Он направился к баррикаде у главного входа, растолкав Арона и Даниэля, стоявших на его пути.
– Вот ведь козлина, – вслед начальнику тихо прошептал Арон.
Толпа начала расходиться.
– Пап? – раздался голос Галя.
– Сын, ты всё слышал, – ответил Арон. – Спрячьтесь среди ящиков где-нибудь в центре помещения.
– Хорошо.
Ребята в мгновение ока скрылись в проходе между стеллажами.
– Давай прикроем спину Эпштейна, – предложил Арон.
– Думаешь устроить несчастный случай? Уронить на него что-нибудь потяжелее?
– Было бы здорово, но нет. Я надеюсь, когда сюда сунутся рейдеры, мы с ними справимся, и шеф поменяет своё мнение. Не станет негативно упоминать тебя в рапорте. Главное, держаться поближе к нему.
– Да плевать я хотел на Мосса, и на эту долбаную работу, – Даниэль понимал, что момент крайне неудачный, но всё же решил признаться. – Пусть строчит в отчёты любой негатив. Я думаю об увольнении ещё с самой первой смены. Служба в охране никогда мне не нравилась.
Арон удивлённо посмотрел на товарища:
– Зачем тогда ты вообще устроился в Бюро?
– Из-за тебя, дружище. Боялся, что жизнь раскидает нас в разные стороны.
Разговаривая вполголоса, они подобрались поближе к главному входу и присели на корточки за грудой мешков, набитых чем-то сыпучим.
– Интересное откровение, – задумчиво произнёс Арон. – А ведь я и сам пошёл в охрану, только по той причине, что Тали устроилась в отдел кадров местного управления Бюро. Даже Галь отправился в училище при этом заводе, чтобы быть ближе к семье. Как думаешь, такое наше поведение – норма?
– Сейчас я думаю, что это плохой знак, когда судьба вот так собирает всех в одном месте, – Даниэль достал из кобуры пистолет.
– Ну, Тали-то здесь нет.
– Значит, не отделается твоя жена одним финиковым пирогом. Будет готовить их на протяжении года. Не меньше.
– Пожалуй, я поддержу эту инициативу…
В этот момент раздался сильный взрыв. Баррикаду у главного входа, вместе с железными створками ворот, разметало в разные стороны.
Ударной волной Даниэля и Арона бросило на пол.
Несколько мгновений Иссерлэйн пытался прийти в себя, лёжа на спине и уставившись в высокий потолок склада. Его придавило чем-то тяжёлым. Сквозь звон в ушах прорывались крики людей и резкие щелчки выстрелов из шокового пистолета. Раздался грохот – палили явно из порохового оружия.
Кто-то стягивал с груди Иссерлэйна разорванный тюк, из которого ему на лицо начал сыпаться вонючий жёлтый порошок.
– Вставай, Дани, – раздался голос друга. – Они прорвались.
Даниэль осторожно поднялся с пола, встал на корточки отряхиваясь. Слева от него прислонился к мешкам с химикатами Арон. Он выглядывал из-за этого укрытия и готовился стрелять.
Иссерлэйн подхватил с пола свой шоковый пистолет и осторожно высунулся, чтобы понять текущую обстановку.
Рейдеры ворвались в проделанный взрывом проход и стреляли по охранникам из каких-то самодельных ружей, судя по всему, заряженных картечью – попадания отрывали крупные куски от укрытий, по залу разлеталась щепа вперемешку с содержимым ящиков.
Время, которое у противника уходило на перезарядку их допотопных пушек, играло на руку обороняющимся. Пережившие подрыв ворот охранники в периоды затишья метко отстреливались от нападающих. Несколько рейдеров уже лежали без сознания, поражённые мощными электрическими импульсами.
Тем не менее враги постепенно продвигались вперёд. Их оказалось слишком много, куда больше, чем охранников. Вдобавок, у бандитов оказался припасён особый козырь.
Дымящийся проход закрыла огромная тень, и внутрь склада шагнул самый настоящий великан, державший наперевес тяжёлый двуручный молот из рыжего металла. Белой краской на головке оружия были нарисованы четыре точки: три из них образовывали вершины треугольника, а последняя стояла ровно в его центре. Лицо воина пряталось за кольчужной маской, а всё тело покрывали доспехи, сшитые из переплетённых полос металла, что опускались лоскутами до самой земли и тянулись следом.
Воитель-гигант ногой отпихнул вбок бездыханное тело, в котором Даниэль с ужасом узнал Мосса Эпштейна, и двинулся внутрь склада.
Выстрелы из шоковых пистолетов не причиняли ему никакого вреда. Разряды заземлялись через необычные доспехи. Одного за другим, великан доставал сотрудников охраны своим чудовищным молотом.
Ни каски, ни бронежилеты не спасали от смертельных ударов.
Оборонявшиеся принялись отступать вглубь помещения.
– Уходим, – предложил Арон, оценив ситуацию.
Пригнувшись, они с Даниэлем поспешили уйти налево и назад, за стеллажи. Там друзья выпрямились во весь рост и направились в центр зала, прижимаясь к стойкам с грузами. За их спинами грохотали пороховые ружья.
Хищники Пустошей охотились за своими жертвами.
Внезапно из перекрёстного прохода выскочил рейдер, вскинувший свою уродливую пушку прямо в голову Даниэля. Совершенно не задумываясь, тот резко ударил ребром правой ладони снизу по стволу, направляя его вверх и в противоположную сторону. Одновременно с этим, другой рукой он перехватил кисть противника, лежавшую на прикладе, и дёрнул вниз и на себя. Заломив оружие так, что оно упёрлось в подбородок врага, Иссерлэйн
