Кристина почувствовала, как сжался ее желудок. Она отложила профиль, снова повернулась к лэптопу и тронула мышку, чтобы он проснулся. На экране по-прежнему был вебсайт CNN и все то же видео, поставленное на паузу, но добавилось два абзаца текста. Она прочитала первый:
«Власти Пенсильвании арестовали автомобиль Джефкота, белый «Ниссан Центра» 2013 года, и обнародовали содержимое его багажника: лопата, рулон мешков для мусора, большой охотничий нож и медицинскую пилу по кости».
У Кристины пересохло во рту. От лопаты и мусорных мешков у нее мурашки побежали по спине, а медицинская пила вызвала головокружение. В голове один за другим проносились вопросы: у кого может быть доступ к медицинским инструментам, как не у студента-медика?! Разве это не указывает на донора 3319? И кто лучше студента-медика умеет управляться с этой самой медицинской пилой? Он украл ее из больницы? Или купил для своих каких-то целей? Или это все принадлежит кому-то еще? Кому-то, кто имеет отношение к медицине. И еще – ведь это, наверно, не так просто – пользоваться медицинской пилой? А если человек уже мертвый – наверное, еще труднее?
Она прочитала следующий параграф:
«Потрошитель медсестер», как известно, действует по одному и тому же сценарию. Все три его жертвы – женщины-медсестры, возраст от 30 до 40 лет, все были найдены в собственных постелях, полностью одетыми, руки у всех жертв были сложены в молитвенной позе и связаны с помощью жгута. Лодыжки жертв тоже связаны жгутом. Все три жертвы убиты одинаковым способом – удар в сердце, нанесенный медицинской пилой, в одном и том же месте, всего одна рана. Полицейские и эксперты ФБР считают, что способ убийства свидетельствует о наличии у убийцы медицинского образования. А тот факт, что жертвы являются медсестрами, говорит о возможном мотиве – ненависти к этой профессии. В отличие от большинства серийных убийц, Потрошитель медсестер не совершает с жертвами действий сексуального характера.
Кристина почувствовала тошноту, ее затрясло. Она схватила свой стакан с водой и сделала глоток, а потом опустилась на стул: утренняя тошнота, к которой она успела привыкнуть, грозила перестать быть утренней и явить себя во всей красе сейчас, хотя был уже день.
Она еле успела к мусорному ведру, где ее и вывернуло.
Глава 4
Кристина торопливо подбежала ко входной двери и распахнула ее широко, как будто ожидала, что в дом ворвется полк кавалерии.
– Лорен, как же я рада тебя видеть!
– Серьезно? – Лорен улыбнулась, входя в дом. Ее темные кудрявые волосы теперь были заколоты черепаховой заколкой, а одета она была в серую футболку Колумбийского Университета и светло-голубые нейлоновые шорты. – А чем я это заслужила?
– Всем! – Кристина крепко ее обняла, затем хотела закрыть дверь, но в это время у нее за спиной появился Маркус.
– Лорен, привет. Спасибо за помощь с вечеринкой. Было замечательно.
– Ага, замечательно. Всегда пожалуйста.
– Гав!
Мерфи, дружелюбно размахивая хвостом, начал обнюхивать гостью.
– Приве-е-е-ет, Мерф! Ну, как поживает мой мальчик, а? Как поживаешь? – Лорен ласково потрепала собаку по холке. У нее не было домашних животных, потому что ее муж, Джош, был аллергиком, и она всегда шутила, что у нее вместо собаки муж. Джош был бухгалтером в Роки-Хилл, из-за этого ей пришлось переехать в Коннектикут со своего любимого Манхэттена.
– Хочешь содовой или еще чего-нибудь?
– Нет, спасибо. Твоя смска была такой таинственной. – Лорен посмотрела на Кристину, потом на Маркуса, потом снова на Кристину. – Что случилось?
Маркус улыбнулся:
– Предоставлю моей чудесной женушке возможность самой все объяснить. А я пойду покидаю мячик.
Кристина взглянула на него с удивлением. Он не упоминал, что собирается играть. Они спокойно поужинали, она даже попыталась удержать в себе немного легкого овощного супа, а он съел сэндвич с тунцом и остатки торта.
Кристина взяла его за руку:
– А может быть, останешься? Сможешь высказать свое мнение.
– Нет, оставлю вас наедине.
Маркус поцеловал ее в щеку и открыл дверь:
– Лорен, позаботься о ней. И передай от меня привет Джошу и детям.
– Передам, пока.
– Увидимся, милая.
Маркус улыбнулся еще раз на прощание и закрыл за собой дверь, а Лорен выпучила на Кристину глаза:
– Что происходит? Что случилось? Ты беременна?! Ах да, точно. Но что еще случилось?
Кристина попыталась улыбнуться, но почувствовала, что слезы предательски наворачиваются ей на глаза.
– Меня кое-что очень беспокоит.
Лорен нахмурилась, сразу посерьезнев:
– О нет, что-то серьезное? Что-то с ребенком? Ты плохо себя чувствуешь? Может быть, позвонить врачу?
– Да нет, дело совсем в другом, господи. Прости. Пойдем со мной, наверх.
Кристина пошла к лестнице, оглядываясь, чтобы проверить, идет ли Лорен за ней.
– Ты уверена, что с тобой все в порядке?
– Со мной все нормально.
– Нет, ненормально. – Лорен шла на шаг позади нее, они поднимались по лестнице вместе, и Кристина цеплялась за перила, чтобы не упасть. Ее больше не тошнило, но внезапно она почувствовала жуткую усталость – так бывало почти каждый вечер. Она читала, что подобные приступы слабости типичны для первого триместра беременности, и не раз за эти два месяца она оказывалась не в состоянии проверять тетради или даже читать, потому что у нее просто закрывались глаза. Но сейчас ей нужно было держать глаза открытыми.
– Зачем мы идем наверх?
– Я хочу тебе кое-что показать и спросить твое мнение.
– О чем?
– Подожди, сама увидишь. Не хочу говорить.
– Но почему?
– Не хочу, чтобы ты была предвзята. Пойдем.
Кристина включила свет в кабинете Маркуса, которым он почти не пользовался. Одним из преимуществ бездетных пар является то, что у них много свободных комнат. И дом с четырьмя спальнями Кристины и Маркуса в Корнвелле пока только ждал, когда в нем появятся дети.
– А зачем мы пришли в Папочкин кабинет? Даже не вспомню, когда была здесь в прошлый раз.
– Затем, что здесь самый большой компьютер в доме.
– Ничего себе, какая роскошь. Сюда что – переехал Гринвич[3]?
Лорен разглядывала комнату с книжными шкафами, заполненными справочниками по строительству, рабочими файлами, биографиями в твердых обложках, экземплярами «Гольф Дайджест» и книгами о гольфе. Окно на правой стороне комнаты закрывали зеленые жалюзи, а на полу около окна была устроена маленькая искусственная площадка для гольфа с белой пластиковой лункой в конце и клюшкой фирмы «Callaway».
– Садись за стол, – Кристина махнула в сторону эргономичного кресла около гладкого орехового стола, на котором стоял самый навороченный, последней модели «Мак» с двадцатисемидюймовым экраном монитора. Маркус использовал его для работы в Excel и для игр, но сегодня компьютер должен был послужить куда более важной цели.
– Вы что, поссорились, ребята? – Лорен села и, как ребенок, начала крутиться в роскошном кресле.
– Нет. – Кристина дотянулась до мышки, включила компьютер, на котором появилась страничка SportsIllustrated.com. Она нашла сайт CNN, нажала на нужную новость, краем глаза успев отметить, что ничего нового там не добавилось после информации о медицинской пиле. Она нашла видео, но не стала его смотреть.
– Я хочу показать тебе одну видеозапись. Ее показывали сегодня, когда мы были в учительской, ну, про того серийного убийцу в Пенсильвании. – Кристине с трудом удалось выдавить из себя эти слова. – Пожалуйста, посмотри внимательно на того парня, которого арестовали, молодого блондина. А потом я покажу тебе еще кое-что.
– Ладно. – Лорен повернулась к компьютеру, Кристина нажала кнопку PLAY. Видео пошло своим чередом: сначала полицейские окружают арестованного, потом можно разглядеть, как его ведут к машине, а потом пленник смотрит прямо в камеру… Кристина постаралась не выдать своих эмоций, когда арестованный блондин поднял голову и посмотрел в камеру, нажала стоп, остановив видео:
– Ты видишь это лицо?
– Конечно вижу, – кивнула Лорен.
– А теперь я тебе еще кое-что покажу.
Кристина вытащила из кармана свой айфон, нашла фото донора 3319 во взрослом возрасте и положила телефон на стол.
– Вот, посмотри. Это фото нашего донора.
Лорен опустила взгляд на экран телефона, но ничего не говорила, лицо ее вытянулось, губы сжались.
– Твое первое впечатление? – спросила Кристина и затаила дыхание.
Лорен посмотрела на фото, потом перевела взгляд на экран компьютера, потом снова на фото, видимо, проверяя себя.
– Ну?
– Ну, – Лорен подняла глаза, наморщив лоб, – они похожи. Ну, то есть – они слегка похожи друг на друга.
– Правда ведь? Ну, я имею в виду, что это ведь странно, ты должна признать, – Кристине стоило большого труда говорить громко – сил не было совсем, – наш донор выглядит как этот серийный убийца.
– Ага, я вижу, – Лорен сглотнула и взялась за мышку. Компьютер ожил, на экране появилось изображение арестованного.
