Читаем без скачивания Тень уходит последней (СИ) - Иван Валентинович Цуприков

- Ёклмн. Сколько у меня там знаков? - Синцов вернулся в кабинет. - Во-от сплетница! - с раздражением выдавил из себя он. - Вот блин, опять попался на тети Зиныну утку!

...Три тысячи двести знаков немножко успокаивали. В принципе, заголовок - это самая важная часть статьи, так как он и является тем лучиком в тоннеле, показывающим пишущему в каком направлении нужно "идти" дальше. "А на его месте могли быть вы!"

В прошлом году в их городе на улице Мира произошел такой же случай: упал человек. Женщина, шедшая за ним, с испугу отпрыгнула назад и побежала дальше по своим делам. Также сделали еще несколько прохожих, шедших за ней. Но, к счастью, один из водителей машины, проезжавшей по улице мимо, остановился, и подбежал к лежавшему на тротуаре человеку. Нет, он не был врачом, а всего лишь человеком. вызвал скорую помощь, полицию. И - вовремя. У человека произошел микроинсульт, доктора спасли ему жизнь.

Можно продолжить и дальше свой рассказ о том случае. Кем был тот человек, упавший без сознания: банкиром, врачом, рабочим, пенсионером или просто бичом? Получил ли какой-то гонорар водитель от семьи спасенного им человека? Да, да, ведь он был отцом детей, чьим-то сыном. Поставьте на его место своих родственников. Что бы вы сказали тому водителю, который спас Вашего отца, мужа или сына? Ведь он вернул не только ему жизнь, но и вам тот мир, в котором вы постоянно живете. Задумайтесь!

Вот, как-то так. Мысль поймана, нужно ее доработать ...

Николай посмотрел на время и охнул: почти пять утра... Нет, домой ехать уже поздно. Отодвинув журнальный стол и разложив кресло-кровать, скинув с себя пиджак, улегся.

"Кажется, дверь забыл на замок закрыть", - подумал он, но вставать уже не было сил. И сон, как назло, не шел. Все перед глазами стоял тот человек, упавший на тротуаре и почему-то зеленый. Он умилительно смотрел на Николая и что-то просил. Что? Синцов прислушался...

- вы помогите мне! Помогите! Я не виноват, мне только нужно доказать это... - сложив руки на груди, с плачем просил он Синцова.

- Что, что? - кричал ему в ответ Синцов. - О чем вы меня просите?...

- Нет, нет, это соседка подстроила все, которая у нас хотела комнату... А-а-а!

И вдруг клубы дыма или тумана опустились на зеленого человека. И только на мгновение Николай смог рассмотреть в них облики фигур, похожих на человеческие, и лица, черные, с красными глазами, смотревшими на него...

- Я не виноват, - слышал он крик зеленого человека. - Я Расёв, спасите!

- Рас-сёв, Рассёв или Расев? - кричал ему в ответ Синцов.

Но было поздно. От тумана с мертвецом уже ничего не осталось, развеялось видение.

Николай вздрогнул, открыл глаза. Голова мокрая, спина затекла. С трудом вылез из кресла, попытался потянуться, все сильнее и сильнее напрягая мышцы в разных частях тела. Лучи солнца уже пробивались через тюль, слепили его.

Что-то хрустнуло в пояснице: отпустило. С облегчением вздохнул. На мониторе сотового телефона семь - сорок пять. Будильник вот-вот зазвенит. Пора жену будить, чтобы не опоздала на работу.

- Света, доброе утро, - зевая, просипел он в телефонную трубку.

- Ты звонка не слышал?

- Н-нет, - удивился Николай. - На телефоне ничего не отмечено. Может, ошиблась?

- А сейчас?

- Ну, - и Николай вздрогнул от резко зазвонившего городского телефона.

- Теперь верю, что ты в редакции, - усмехнулся голос жены из мобильника. - Возьми, возьми же трубку. Коля, когда будешь дома? - раздался ее мягкий голос в трубке телефона. - Бессонница замучила?...

- Николай Иванович, - прервала разговор Синцова с женой заглянувшая в кабинет корректорша, - вас зовет Игорь Петрович.

Что сразу бросилось в глаза Николаю, лицо у Марины Капустиной было покрасневшим, словно пудрой осыпала щеки, а вместо улыбки, которую она пыталась выдавить, осталась гримаса отчаяния.

- Хорошо, - кивнул головой корректору Синцов. - Ладно, Света, потом перезвоню, редактор зовет, - и, прихватив со стола несколько чистых листов, вышел из кабинета.

Желваки, пожирающие последние мышцы на скулах и щеках Ржавского, ходили ходуном.

- Ты что мне дал? - кинул в Синцова скомканные листы редактор. - Это же паранойя! Паранойя! - Скелет вскочил со стула и, запутавшись в рукавах пиджака, который, то ли хотел натянуть на себя, то ли снять, начал всем телом трястись. - Я тебя уже предупреждал, что сниму с начальника отдела и опущу в корреспонденты. Все, у меня терпение кончилось! - и начал стучать рукой по клавиатуре телефонного аппарата.

- Да? - удивился Синцов. - А Михаилу Сергеевичу эта статья очень понравилась!

Ржавский остолбенел.

- Он сказал, что она стоит двойного гонорара, мол, пора молодежи и старикам напомнить, что все они ходят под Богом, и черствость, которую они проявляют к людям, живущим рядом с ними, это дорога в ад. выходит вы с ним не сог-ласны, - повысил голос Николай.

- Он же в Америке, - икнул редактор.

- А вот и телефон звонит, возьмите трубку, - указал Синцов на стол. - Что, не слышите, Игорь Петрович? - снова повысил голос Синцов. - Это телефон Михаила Сергеевича Скуратова, хозяина нашей газеты!

Игорь Петрович с удивлением посмотрел на молчащий телефон, потом - на Синцова.

- Ну! -