О необходимости перехода к смысл-выражающей орфографии в материалах Концепции общественной безопасности см. работу “Язык наш: как объективная данность и как культура речи” и, в частности, раздел 3.3.3. “Культура речи в Концепции общественной безопасности”. Все упоминаемые здесь и далее в тексте материалы Концепции общественной безопасности (КОБ) публикуются в интернете на сайте www.vodaspb.ru и разпространяются на компакт-дисках в составе Информационной базы Внутреннего Предиктора СССР.
[2] Здесь и далее учебник цитируется с сохранением принятой в нём орфографии.
[3] Вообще-то не очень трудно, поскольку изготовление каменного топора основывалось на определённых навыках и занимало (как показывают реконструкции древних технологий археологами) несколько часов. Но вот если этих технологий не знать, не уметь ими пользоваться и оказаться перед необходимостью сделать каменный топор «с нуля», — то это действительно трудно.
[4] И особый вопрос: про что читать и с какими целями?
[5] А кто должен быть оценщиком количества и качества их труда? И будет ли авторитет оценщика общепризнан? И кто должен оценивать количество и качества труда самого оценщика?
Как показывает наш анализ, учебник “Введение в обществознание” под редакцией Л.Н.Боголюбова является примером того, что ни Высшая аттестационная комиссия, ни Российская академия образования, ни эксперты Министерства образования (ныне упразднённого) не справились с задачей оценки количества и качества труда Л.Н.Боголюбова и возглавляемого им авторского коллектива. Но для тех, кто не согласен с нашими оценками качества разсматриваемого учебника, он, возможно, представляет собой шедевр педагогической мысли и кладезь жизненно актуальных знаний.
Т.е. универсальных критериев оценки количества и качества труда в обществе нет. Кроме того не все виды трудовой деятельности соизмеримы друг с другом на основе сопоставления затраченных «человеко-часов»; а в пределах одного вида деятельности личностные качества могут носить определяющий характер. И соответственно предложение о разпределении прав удовлетворения своих потребностей в соответствии с количеством и качеством труда в общем случае представляет собой жизненно несостоятельный вздор.
[6] Достигнутый ныне уровень развития экономики промышленно развитых стран, её производственные мощности в начале ХХ века большинству экономистов и политиков показались бы заведомо избыточными для удовлетворения тогдашних потребностей людей. Однако нет: нашим современникам — всё мало. Т.е. возможности удовлетворения потребностей определяются не только уровнем развития экономики, но и качеством культуры, в которой живут люди и которая во многом формирует их потребности.
[7] Эта фраза и предшествующий абзац показывают, что Л.Н.Боголюбов как бы не знает общества, в котором живёт. В нём реально не могут быть удовлетворены весьма скромные потребительские запросы учителей, врачей, военнослужащих, пенсионеров, множества простых тружеников низового уровня, но зато гарантировано удовлетворяется потребительская разнузданность олигархов, уголовных авторитетов, богемы, политиканов типа М.С.Горбачёва, Б.Н.Ельцина и прочей “элиты”.
[8] А следует ли человеку вообще притязать на соболью шубу? Либо Л.Н.Боголюбов полагает, что для одних такие притязания — показатель их высокого вкуса и социального статуса, и потому они должны быть удовлетворены; а для других притязания на соболью шубу — выражение их рвачества, не соответствующее их социальному статусу и культурному развитию, и потому они должны быть лишены возможности удовлетворить свои притязания на соболью шубу и прочую роскошь? И опять же, кто будет решать, чьи притязания на роскошь обоснованы и должны быть удовлетворены, а чьи представляют собой подрыв устоев социальной системы?
[9] В данном случае академик либо лжёт, либо не в курсе дела. В действительности названное им не «лжепотребность»; и «ощущение нужды в сигарете» создаёт не привычка как автоматизм поведения.
Для курящих, пьющих, наркоманов и прочих потребности во властвующих над ними дурманах — реальные потребности; причём для них эти потребности более значимы, чем потребности в пище, одежде, жилье, творчестве и, наконец, — в их собственном здоровье.
Если бы проблема наркомании и алкоголизма состояла бы только в привычке как автоматизме поведения, то она бы давно была разрешена: отказ от такого рода вредных привычек был бы столь же прост как воплощение в жизнь решения носить часы циферблатом не на тыльную сторону ладони (как носит большинство и к чему оно привыкло), а циферблатом на сторону ладони (так носит меньшинство).
В отличие от привычек как автоматизмов, потребность в дурманах — реальная потребность для их жертв, в основе которой лежит перестройка биохимии и физиологии организма человека в целом под воздействием самих же дурманов в результате их более или менее систематического употребления. Привычка только создаёт основу для возникновения такого рода физиологической потребности; а в случае освобождения человека от физиологической зависимости, не изкоренённая привычка, активизируемая социальной средой, возпроизводит физиологическую зависимость заново. Но и формирование привычки как автоматизма поведения возможно только при условии, что личность является носителем определённых нравственно обусловленных предпосылок к формированию привычки.
[10] Даже этот вымышленный диалог показывает, что «ценностные ориентации» в русском языке не тот оборот речи, которым следует именовать нравственность человека.
[11] Конечно, А.В.Луначарский прав: нормальный человек живёт не для того, чтобы одеваться, есть и спать. Но в данном случае ссылка на А.В.Луначарского как на «общественного деятеля и публициста начала ХХ в.» в постсоветской России — пример лукавства авторов учебника, пытающихся отречься от советского периода в истории Русской многонациональной региональной цивилизации.
«ЛУНАЧАРСКИЙ Анатолий Васильевич (1875 — 1933), российский политический деятель, писатель, академик АН СССР (1930). Участник Октябрьской революции (Петроград). С 1917 нарком просвещения. С 1929 председатель Учёного комитета при ЦИК СССР. В 1933 полпред в Испании. Труды по истории общественной мысли, проблемам культуры, литературно-критические работы. Пьесы» (“Большой энциклопедический словарь”, электронная версия на компакт-диске, 2000 г.).
[12] В терминах учебника — существо «биосоциальное», а не «биологическое и социальное», на чём настаивал академик в параграфе 1 главы I.
[13] Здесь необходимо уточнение: эти потребности — общебиологические, а не «первичные», как их назвал академик. Они могут быть названы «первичными» только в контексте ретроспективного исторического анализа потому, что пока общество не достигло некоторого минимально необходимого уровня в их удовлетворении и все свои трудовые ресурсы тратит на их удовлетворение, в этом обществе невозможны (или минимально возможны) многие виды деятельности: науки, искусства, личностное развитие.
[14] Под термином «культура» мы понимаем, прежде всего, всю ту информацию (знания и теоретически неформализованные навыки), которая в обществе есть, но не передаётся от поколения к поколению в готовом для употребления виде на основе работы генетического аппарата; культура передаётся от поколения к поколению на основе взаимоотношений людей в обществе и на основе «артефактов» — памятников культуры, носителей информации, что в совокупности составляет культурную среду общества в целом.
[15] Это полезно сделать Минэкономики, Госкомстату, РАН, поскольку это необходимо как для выявления социальных проблем, так и для их разрешения в настоящем и устранения их в будущем.
[16] Согласитесь, что последнее жизненно полезнее, нежели пустой трёп на тему «Кому в ХХI веке нужен каменный топор?». Если не видеть своих и не управлять своим будущим, то тогда, пусть и не в ХХI веке, а в ХХII каменный топор может стать предметом массового спроса.
[17] Белки, жиры и углеводы для своего переваривания требуют разных по составу желудочно-кишечных соков. Когда они в противоестественных сочетаниях встречаются в каком-нибудь торте, то организм «не знает» как всё это переварить. В результате КПД (коэффициент полезного действия) организма при питании «кулинарными шедеврами» падает, потребности в пище для поддержания энергетического баланса и баланса обмена веществ многократно возрастают, а организм замусоривается отходами неправильной физиологии пищеварения, что сопровождается общим снижением показателей здоровья и с течением времени ведёт к возникновению стойких нарушений здоровья: сахарного диабета, ожирения, атеросклероза и т.п., повышенной подверженности инфекционным заболеваниям, поскольку организм — среда обитания для микроорганизмов, а то, что не усвоили клетки организма — пища для них. Поэтому с завершением юности, когда генетическая программа построения структур организма заканчивает свою работу, надо переходить на режим минимально необходимого питания: это не значит, что надо морить себя голодом и лишениями, но необходимо заботиться о том, чтобы максимум необходимой по жизни работоспособности достигался при минимуме потребляемой пищи; естественно, что питание должно быть здоровым, а пища — вкусной.
