Я снова киваю.
Мужчина из помещения выходит. Меня одну оставляет. Тело как будто жутким холодом пронзает.
Я к окну подхожу. Хочу свежим воздухом подышать. Взгляд вниз опускаю и пальцами в подоконник впиваюсь. Потому что там, внизу... Я вижу... Мужчину. Очень сильно погожего на... Он спиной ко мне стоит. Окурок в урну выкидывает. К нему мой заказчик подходит, говорит что-то, а после они оба в чёрный внедорожник садятся.
Я пальцами сильнее сжимаю подоконник. До онемения. Мне точно нужно к психологу. Потому что вот эти галлюцинации... Они к добру не приведут...
Глава 6
У меня с трудом получается собраться. Фантомные ощущения не отпускают. Они тенью за мной следуют. Нельзя так жить, я знаю! Надо… Мне нужно отпустить Эмира, закрыть эту дверцу в память. Мужчина давно мёртв. А я всё продолжаю его искать в прохожих. Когда со мной сын – намного проще. Я ради него должна быть собранной и продуманной. А когда одна…
– Сколько тебе звонить можно?! – Начальница взрывается криком, стоит мне ответить на звонок.
– Я не слышала, - я трясу головой. Действительно была в прострации, ничего не замечала. Черт знает как почти до дома добралась. – Встреча прошла успешно. Всё хорошо.
– Фух. Отлично. Тогда утром заедешь ко мне.
– Но ведь завтра у меня выходной…
– И что? Много времени это не займёт. Подпишем договор и гуляй.
– Какой договор?
– Новый агентский. Я буду твоим менеджером постоянно. Нужно будет повысить процент, раз уж работы теперь прибавилось. Уверена, после шумихи на аукционе твоя карьера в гору пойдёт.
Я молча слушаю, киваю, забыв, что Анжелика не может меня видеть. Я принимаю её условия, конечно. Раньше мои картины продавались по воле случая, если повезёт. Сейчас… Возможно, появятся заказы. Если я справлюсь с первым, то дальше смогу брать больше заказов. Логично, что Анжелика хочет свой "кусок пирога". Ведь она занималась моим продвижением. Аукционы, заказы – это всё через неё. Раньше начальница брала символическую сумму, так как ничем не занималась. А теперь всё честно. В девятнадцать я бы возмутилась. Что это несправедливо – так резко условия менять. Но сейчас я всё понимаю. Каждый работает и зарабатывает, крутится как может. А помощь Анжелики мне не помешает.
Я забираю сына из садика. Мир крутится, лепечет без остановки. Через раз вспоминает "того дядю", чем удивляет. Настолько малыша зацепил случайный прохожий.
– Он смотлел так... - Мир рассказывает даже Катюше. Сын начинает супиться, выпячивает нижнюю губу. А у меня сердце щемит. Сейчас он до боли похож на своего отца. Эмир так же хмуро смотрел, что дыхание спирало.
– Ребят, а не хотите на выходные к баб Зое? - Я предлагаю внезапно, пока дети кушают. Но это довольно неплохой вариант. Отправить малышню подальше, пока всё не решится с проблемами. Лёша обещал разобраться, защитить, но… Я не хочу подвергать детей любому риску.
Сестра радо соглашается, она баб Зою обожает. А вот сын хнычет и отказывается, он не хочет без меня ехать. Я утешаю сына, успокаиваю. Обещаю, что никогда его не брошу. Когда внезапно хлопает входная дверь. Я настораживаюсь, потому что Лёша возвращается намного раньше обычного. Лицо – серое, осунувшееся. Ничего хорошего не предвещает.
– Поговорим? - Я мигом оказываюсь рядом. Хочу прояснить все моменты, пока всё не зашло слишком далеко.
Лёша соглашается, уводит меня в свою спальню. Едва закрывается дверь, как я начинаю говорить:
– Я могу дать тебе часть денег. Для погашения долга. - Решение далось мне нелегко. Но я действительно должна Лёше. В том числе и деньги. Он много поддерживал и помогал, оплачивал всё необходимое. Я верну ему долг. И мы будем равны.
– Нет, - твёрдо произносит он. А после внезапно притягивает к себе, устало улыбаясь. – Я всё решил, - шепчет взволнованно. – Злат, тебе не о чем переживать. Всё улажено. Никто и никак к тебе не полезет. Никогда.
– Решил? – Я пытаюсь высвободиться. Такая близость к мужчине мне не нравится. Но он не пускает. – Точно? – Конечно, я не стал бы врать. Ваша с детьми безопасность у меня в приоритете. Я поговорил, всё объяснил. Поверь, к вам не сунутся. Хочешь, я позвоню? Тебе лично извинения принесут, что даже подумали как-то тебя привлечь.
Я всё-таки отступаю от Лёши. С удивлением смотрю на него. Прямо извинятся? Он настолько всё решил с бандитами?
Я уверена, что мужчина не врёт. Он меня знает – я могу и проверить. Действительно потребую этого звонка. Обмануть не получится. У меня чуйка на этот чертов криминал. Легко по одному тону пойму, с кем я разговариваю.
– Лёш... - Я поражённо вздыхаю. Не могу представить, каких усилий ему стоил такой результат. Он действительно постарался. И это почти восхищает. Почти. Потому что изначально Лёша влез во всё это болото, а теперь исправляет ситуацию. – Я рада, что ты всё решил, - я слабо улыбаюсь. – Как?
– Ну, переговорили, - Лёша чешет затылок. – Там с фирмой будут вопросы и… Это мелочь. Главное, что к нам они не полезут.
– Отлично. Тогда я хотела обсудить переезд. Я думаю, что нам с детьми пора жить отдельно. Ты помог мне, но я больше не могу…
– Злата, прекрати. - Лёша подступает ко мне. Крепко сжимает мои ладони, заглядывает в глаза. Он выглядит взволнованным и напряжённым одновременно.
Мужчина наклоняется ко мне, его кадык дёргается от смятения. Мне самой не по себе становится.
– Злат, - зовёт он хрипло. – Зачем вам уезжать? Нам же хорошо всем вместе. Мы могли бы с тобой попробовать. Тебе пора отпустить прошлое. Нельзя вечно скорбеть по умершему.
Лёша произносит то, про что я сама думала недавно. Мне нужно прекратить вздрагивать и искать Эмира взглядом. Я знаю, что пора. Но…
– Дай мне шанс, - просит мужчина. – Дай нам шанс. Мы можем настоящую семью построить. Тебе со мной хорошо будет, Злат. Что скажешь?
Что я скажу?
Боже. Паника с головой охватывает. Лёша близко слишком стоит. Слова все эти говорит. Давит. Настаивает. А я как будто задыхаюсь. Я за него замуж выходила с определёнными условиями. Всё оговорено было. Никаких отношений. Никогда. Я его не рассматривала и не рассматриваю как мужчину. Он буквально вчера меня с детьми под удар поставил. Я помню, каким тоном он произнёс, что те люди знают, чья я женщина. С кем была. Господи, о чём он вообще думал?!
- Лёш, - я назад шаг делаю, руки за спину прячу, чтобы он меня не касался. Каждое его прикосновение как будто ожог. Кожу покалывает неприятно.
- Сколько ты ещё будешь над собой издеваться? Покойнику веру хранить?! - Голос повышает, наступает на меня.
- Прекрати, пожалуйста, - хриплю.
- Пора жить дальше, у нас семья, я люблю тебя. Ради тебя на всё пойду. Бизнес этот ради тебя открыл. Хотел больше денег заработать. Во всё это влез... Я хочу дать тебе хорошую жизнь. Как он давал. Я лучше буду. Везде лучше. Слышишь, Злат? Я лучше его. Потрогай, я горячий, дышу, я живой, а он...
Замахиваюсь и громкую пощёчину отвешиваю. Ладонь огнём гореть начинает, пульсирует. Второй ладонью рот зажимаю. Шаг назад делаю.
- Я перегнул, прости...
- Я никогда не просила больше денег. Не смей на меня вешать то, что ты из-за меня с ними связался. Я никогда не просила. И я...
- Прости, Злата, прости... - Лёша на колени передо мной падает, ноги обнимает, головой к животу прислоняется. И я оттолкнуть его не могу.
Он вынуждает меня сказать, что я подумаю. И только после этого я могу из комнаты выйти и запереться с детьми в своей.
Ощущение, что я дышать не могу полной грудью, до самого утра не покидает. Заснуть я, соответственно, тоже не могу нормально. Думаю, обдумываю. Принимаю важные решения. А когда окончательно приняла - открываю сайт и смотрю квартиру в аренду. На цены смотрю, чтобы было три комнаты. Катюше и Миру разные комнаты нужны.
Лёша утром уходит, как всегда, хотя сказал, что решил с бизнесом. Но снова куда-то собирается. Тем лучше.
Я быстро собираю детей. Отвожу Мира в садик, а Катюшу в школу. После лечу на работу. Разговор с начальницей проходит быстро. Она обещает, что теперь дела пойдут лучше. Она поняла, каких клиентов искать нужно.
