— Пока не знаю, — я пожала плечами и поняла, как мало я действительно знаю. — На месте буду разбираться.
— Только не говори, что ты тоже решила пойти добровольцем, — она сказала это с сарказмом, явно в шутку. Но, стоило ей заметить мое выражение лица, как она остановилась и нахмурилась. Ее руки потянулись к коленям.
— Да, так и решила.
В те времена это не казалось для нас чем-то сверхъестественным. Наш полис, как, вероятно, и другие, принимал в ряды армии и девушек. Ведь чем больше людей, тем больше шансов на победу.
— Ты не можешь туда уйти, Эл!
— Согласно закону очень даже могу.
— Но тогда я останусь тут совсем одна, неужели ты не понимаешь? — Маша запустила руки в волосы, для нее этот жест означал крайнюю стадию отчаяния.
— Послушай меня внимательно. Если мы и будем дальше сидеть тут сложа руки, то это не поможет нам найти ничего исправить, верно? Я очень устала ждать, просто находясь в безопасности и изо всех сил притворяясь, будто мы живем как раньше. И не думай, что я делаю это только ради тебя, все совсем не так. Мне он тоже очень дорог, поэтому я не могу бездействовать.
— Но мы ведь даже не знаем, жив ли он!
— Я уверена, что жив. В противном случае мы бы уже получили извещение о его смерти. Просто сейчас наступила полная неразбериха. Во-первых, мы с тобой не имеем доступа ко всем каналам связи. Но я более чем убеждена, что там они осведомлены о том, что творится кругом. Кто-то да должен знать, что случилось с их отрядом. А во-вторых, он наверняка рано или поздно выйдет на нашу армию.
— А ты не думала, что пропадешь ровно так же, как и мой брат? Я категорически против этой затеи. Мне не хочется потерять еще и тебя.
И хоть она потом еще долго отпиралась, но я видела, что в ее глазах появилось некое подобие того, что называют надеждой. Маша и правда не хотела рисковать мной, я прекрасно это знаю, но какая-то ее часть хотела верить в то, что кто-то сможет вернуть ей ее брата. Пусть даже это была совершенно нереалистичная вера, которая колебалась на грани фантастики.
***
Собственно, моя история начинается именно с этого места. Я попала на войну, когда мне было всего двадцать два года.
Спустя неделю после разговора с Машей я подала заявление, собрала свои пожитки и уехала к границе с другими такими же ребятами, на лицах которых читалось рвение. Когда мы прибыли на базовый лагерь, куда свозили всех новобранцев для распределения, командование неожиданно заявило, что у меня хорошие навыки ближнего боя и есть какая-никакая физическая подготовка, а потому меня быстренько сплавили в отряд разведки, который базировался недалеко от границы с Акрой, враждебным нам полисом. Конечно, на мои вопросы о том, с чего вдруг новичка, пусть даже с базовой физической подготовкой, берут в такой важный отряд, мне никто не ответил. Но, в целом, мое распределение соответствовало моим планам. Мне было абсолютно все равно, в какой отряд и на какую позицию меня выберут. Любой вариант не так уж и плох, если он поможет мне хоть что-то узнать про Дениса. Тот отряд разведки, в который меня взяли, был не так далеко от места, где Денис в последний раз выходил на связь. Можно сказать, мне вполне подходило это место. И все же где-то на задворках сознания у меня возникал вопрос о выборе вышестоящих людей.
Впрочем, уже спустя неделю службы в этом отряде все мои вопросы отпали. Мы просто целыми днями исследовали местность, составлял отчеты, искали вражеские лагеря, отслеживали перемещение их войск и так далее. Нам никогда не приходилось вступать в бой. В целом, ничего интересного.
Из-за такой работы мы очень редко проводили время на базе, в основном это были бесцельные брожения от одной границы к другой. И во времена таких вот переходов частенько приходилось ночевать в палатках или вообще под открытым небом. Хорошо хоть на дворе стояло лето, так что мы особо не мерзли. А в те редкие дни, когда нам удавалось отдохнуть пару дней на базе, в душевую было не пробиться. Кстати, с горячей водой тоже было достаточно напряженно, поэтому нам приходилось нагревать весь бак. Если горячая вода заканчивалась, а так было почти всегда, тебе оставалось лишь заканчивать свое купание под холодными струями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мой небольшой отряд из трех человек состоял исключительно из девушек. Карина и Даша на начало войны как раз заканчивали обучение в силовых структурах, а потому в рядах армии им сразу дали неплохую должность в разведке.
Карину я запомнила как высокую темноволосую девушку, таких еще называют «кровь с молоком». Она была достаточно крупной и сильной, а это производило определенный эффект. На ее фоне мы с Дашей казались слабыми маленькими девочками. Карина являлась лидером нашей небольшой группы: она говорила, что нам делать, координировала действия с начальством, писала отчеты и вообще выполняла все прочие обязанности, которые принято выполнять главе какой-либо группы людей. Даже будучи младше ее на три года, я всегда смотрела на Карину как на взрослого мудрого человека. Эта девушка никогда не паниковала в стрессовых ситуациях и всегда могла найти единственное верное решение.
Даша была из другого теста. Маленькая и хрупкая блондинка, которая отдаленно напоминала мне мою подругу, оставшуюся в городе. Даша всегда была в меру застенчива и не сказать, чтобы очень общительна. В большой компании эту девушку легко было не заметить, потому что она просто сливалась с окружением. Зато, будто восполняя это, ее душа не знала границ. Даша была тем человеком, с которым ты можешь поговорить, о чем угодно, о любых своих переживаниях, страхах и чувствах. Она всегда выслушивала тебя с внимательным видом, а потом делилась своим опытом. Но, что поражало больше всего, так это ее способность перевоплощаться. Когда требовалось взять в руки оружие, вся ее мягкость улетучивалась, а на смену ей приходила агрессия. Она была отличным бойцом, всегда сохраняла холодный и чистый разум, умела постоять за себя.
В первый же день моего прибытия на базу Карина посвятила меня в суть дела. Пока она говорила, Даша сидела позади, в самом углу комнаты, и внимательно скользила по мне своими серыми глазами, словно ища за что зацепиться.
— Наша задача, — говорила Карина, смотря прямо на меня. — Наблюдать за всем, что происходит на отведенном нам участке.
— Но какая же это тогда разведка? Больше похоже на пограничный контроль, — сомнения во всем этом предприятии не покидали меня с самого начала.
— Потому что в большинстве своем мы не нападем на нашу цель, а внимательно ее изучаем. Допустим, мимо проходит вражеский отряд. В таком случае нам надо проследить за ним: куда направляется, какая у него цель, насколько хорошо вооружен. Потом все эти данные отправляем начальству. Они уже дальше сами решают, как им следует поступать.
Примерно на этом моменте я поняла, что сильно переоценила свое назначение. Мой уровень подготовки и мои знания рукопашного боя никому тут не сдались.
— Зачем ты пошла в армию? — спросила вдруг Даша.
Несколько минут я думала над ответом, закусив нижнюю губу.
— Я пришла сюда, чтобы найти одного человека. Мы потеряли с ним связь сразу после того, как была нарушена граница.
— Твой парень что ли? — нахмурила брови Карина.
— Нет, мой друг. Он ушел на фронт неожиданно, не попрощавшись. А потом кое-что произошло, и мы потеряли с ним связь.
— И на что ты тут рассчитывала? — раздался из угла голос Даши.
— Просто... узнать хоть что-то о нем и о том, что с ним произошло, — я пожала плечами.
— Раз так, то ты не более чем влюбленная девочка, потерявшая голову и здравый смысл. Такие обычно не могут за себя постоять, более того, они висят мертвым грузом на всей команде, разве не знала?
— Не вам осуждать мое решение, — я медленно поднялась со стула, выпрямляясь во весь рост. — Я пришла сюда вовсе не за тем, чтобы развлекаться. Уже этого вам должно быть достаточно. Я приложу все силы и сделаю все, что вы от меня попросите, а вы не будете осуждать мое решение. Сойдемся на этом?
