И это начинало нравиться!
Тихонько вздохнув, Майпранг прикрыл глаза. Усталость и стремительные события последнего дня наконец взяли своё, и воин погрузился в чуткий беспокойный сон…
…Ятрагор стоял у порога и вглядывался в полумрак шатра. Уже брезжил рассвет, когда он, бесшумно войдя проведать прихворнувшую пленницу, обнаружил её не в одиночестве. Прежде чем уйти, жрец несколько минут пристально смотрел на открывшуюся его взору неожиданную картину. А на губах спящего Майпранга блуждала лёгкая полуулыбка…
***
…Открыв глаза, Аглая поначалу не совсем поняла, где находится. События прошедших суток постепенно возвращались, услужливо рисуя в памяти красочные картинки. Итак, угораздило… Читая всякую художественную белиберду про попаданцев в параллельные миры, прошлое и будущее, девушка никак не могла предположить, что с ней произойдёт нечто подобное! Иллюзии на тему «ролевиков», случайностей и каких-либо разумных и логичных объяснений происходящему уже улетучились, оставив после себя недоумение и милосердно опустевший разум…
Немного поворочавшись, Аглая приподнялась и хмуро огляделась. Она была в шатре одна. Майпранга и след простыл, и как давно он ушёл, можно было только догадываться. Девушка села. Немного кружилась и побаливала голова, накатывала волнами лёгкая слабость, но в целом самочувствие было намного лучше, чем накануне.
Накануне! Накануне Аглая вдруг чётко и ясно поняла, что умирает. Причём, в жутких муках и агонии. Знобило и трясло так, что стучали зубы, безумно болела голова, а в груди будто поселилась компания ежей, настроенных очень недружелюбно. Переодевшись в сухое, девушка кое-как из последних сил развесила мокрую одежду и повалилась на то, что посчитала постелью, попутно зарываясь в одеяло и что-то, отдаленно напоминающее настоящую шкуру. Дремота накрыла моментально. Очнулась она от легкого прикосновения к плечу и, с трудом разлепив тяжёлые веки, разглядела рядом с собой фигуру жреца. Ятрагор протянул плошку с чем-то дымящимся и вонючим:
– Пей!
Аглая приподнялась и немедленно зашлась в приступе надсадного кашля, а потом, судорожно припав к плошке, отпила несколько глотков горячей тягучей жидкости.
– Надо выпить всё! – старик был неумолим.
Девушка скривилась, но повиновалась.
– Позже принесу ещё…
Он принёс ещё, потом ещё – всего три или четыре плошки, Аглая в какой-то момент сбилась со счёта. Потом, не обращая внимания на вялые протесты, бесцеремонно задрал рубаху и растёр её каким-то пахучим снадобьем, попутно объяснив, что разницы между мужчинами и женщинами он давно особо не видит, тем более, когда те болеют. Жрец оказался неплохим знахарем и, видимо, знал своё дело, так что в итоге Аглая всё-таки почувствовала себя чуть лучше. Перестал забивать мучительный кашель, да и голова уже почти не болела. Оставалась невероятная слабость.
А ещё Аглая не могла согреться. Никак… Стуча зубами, она лежала в ворохе одеял и периодически впадала в полузабытье. Ятрагор, доставив ещё одну плошку, поставил её рядом с постелью и велел пить содержимое по глоткам при каждом пробуждении. Аглая, осилив больше половины горьковатого настоя, наконец смогла уснуть…
…А вот пробуждение было неожиданным! Увидев прямо перед собой янтарные глаза Майпранга, Аглая даже не сразу поняла, что озноба больше нет, и она наконец согрелась. Девушка настолько растерялась, что не нашла ничего лучше, как сразу перейти в наступление.
И сейчас она места не находила от досады. Вот глупее ничего нельзя было придумать!!!… Аглая злобно стукнула кулаком по шкуре, лежащей рядом. Могла бы хоть вести себя повежливее, не выделываясь оскорблённой фурией, ведь плохого парень, видимо, действительно не хотел. Конечно, его кажущееся спокойствие вряд ли могло ввести девушку в заблуждение – она, разумеется, имела достаточно подробное представление о мужской физиологии. Но ведь не сделал же ничего, даже не попытался!… Древние воины! Дикий необузданный народ! А оказывается, вполне способны вести себя почти цивилизованно, в отличие от неё!
Окончательно разозлившись сама на себя, Аглая решила для разнообразия чем-нибудь заняться. Для начала следовало оглядеться, ведь вчера, когда её привели в шатёр, сил ни на что подобное уже не осталось. Среди приготовленной для неё одежды обнаружилась запасная чистая длинная рубаха и что-то вроде плотного халата. Переодевшись и кое-как причесавшись, благо в прихваченном рюкзачке, помимо всякой бытовой мелочёвки, нашлась расчёска, девушка приступила к осмотру.
Небольшой шатёр производил довольно уютное впечатление, несмотря на отсутствие привычных благ цивилизации. Почти половину площади занимало ложе из нескольких одеял, шкур и четырёх подушек, расшитых затейливой вышивкой. Вдоль полога располагались пара-тройка тюков с неизвестным содержимым, что-то наподобие невысокого столика с местной посудой и знакомые козлы, на которых висела одежда Аглаи из её прежнего мира. Сверху свисали многочисленные мелкие фигурки, изображавшие не то людей, не то животных, украшенные разноцветными перьями, резьбой и мудрёными узорами – очевидно, какие-то обереги-амулеты. Шатёр был довольно плотным, однако пропускал некоторое количество света – вероятно, на улице наконец-то была солнечная погода.
Проверить свою догадку Аглая не успела, так как полог зашевелился, и внутрь просочилась девица в длинном одеянии и с размалёванным на здешний манер лицом. За узорами, впрочем, угадывалась достаточно приятная внешность. Девица принесла миску с едой и небольшой кувшинчик, но увидев, что «гостья» уже не спит, она растерялась и замерла на пороге. Аглая улыбнулась до ушей и сделала широкий приглашающий жест рукой, предположив, что барышня может и не знать русского (или славянского?) языка. Насколько она помнила, вчера понятным ей образом изъяснялись лишь воины да местный жрец – возможно, чтобы она их тоже понимала. Остальные окружившие капище жители посёлка общались на каком-то местном грубоватом диалекте…
Впрочем, языковой барьер никогда не был для Аглаи особой проблемой. Уже через несколько минут она знала, что пришелицу зовут Орга, принесла та еду и очень рада, что Аглая чувствует себя лучше. Использовав нехитрый набор жестов и мимики, она также разузнала некоторые местные бытовые нюансы, а под конец выпросила себе ещё маленькое ведёрко с водой, чтобы умыться и мало-мальски привести себя в порядок. Расстались девушки вполне довольные друг другом, и жестами Орга пообещала, что зайдёт ещё.
Умывшись и перекусив вполне сносным подобием рагу из крупы и каких-то овощей, Аглая прилегла отдохнуть – сказывалось вчерашнее недомогание. В голову снова полезли невесёлые мысли, но особенно угнетали вынужденное бездействие и неизвестность. Аглая с удовольствием сделала бы вылазку за пределы шатра на небольшую разведку, однако полагала, что её выходку местные могут понять совершенно неправильно, и решила пока отсиживаться в своём убежище. Кроме того, она очень боялась случайно наткнуться на Катиара – так, кажется звали здешнего вожака, проявившего к чужачке столь незатейливый и мерзкий интерес.
Так прошёл день. Пару раз заходил Ятрагор, заставляя Аглаю выпивать какое-то очередное пакостное на вкус
