Читаем без скачивания Блондинка из Пекина - Джеймс Чейз

– Больше я в этом не сомневаюсь. Я действительно женат.

– «Франс матен» опубликовал ее фото и описание примет. Так что будьте осторожны. Китайцы, а возможно, и кто-то другой, будут интересоваться Эрикой.

– Значит, я должен все время опасаться ловушки? Многовато для одного человека! Впрочем, так оно и лучше. – Гирланд поднялся.

– Вот две тысячи франков. Остальное получите в обмен на информацию о Кунге. – Дорн протянул ему деньги.

– А как же мой гардероб? Вы хотите, чтобы я играл роль богатого дельца, а сами ставите меня в смешное положение. Мне потребуется по крайней мере…

– Нет! Больше вы не получите ни гроша! Диало, мой слуга, снабдит вас всем необходимым. Я уже распорядился об этом. Кроме того, я предупредил свой банк. Диало будет располагать в нем необходимым кредитом, но не вы. Надеюсь, вам ясно?

– Ваше исключительное доверие трогает меня до глубины души, – ответил Гирланд со смехом.

Дорн сделал вид, что не заметил последнего замечания Гирланда, и вынул из шкафа маленькую пластмассовую коробочку.

– Здесь находится предмет, который, вполне возможно, вам пригодится. Это радиоактивная пилюля величиной с виноградную косточку. Пусть ваша подопечная проглотит ее. Если вы вдруг потеряете «жену», эта пилюля поможет вам найти ее.

– Потрясающе! – Гирланд взял коробочку, открыл ее и начал рассматривать крошечный черный предмет, находящийся там. – Как работает эта штучка?

– На миниатюрных транзисторах. Тело своим теплом приводит их в действие, и они начинают подавать сигналы, фиксирующиеся специальным приемником. Максимальная дальность действия около ста километров. Продолжительность работы сорок восемь часов. Спрячьте эту штуку и постарайтесь не потерять.

– Итак, вы опасаетесь неприятностей? – спросил Гирланд.

– Береженого Бог бережет. Я всегда к ним готов и, когда их не случается, бываю очень удивлен. Дай Бог, чтобы я оказался не прав. Конечно, Гирланд, вы будете работать не один. Мои люди будут вас тщательно охранять. Ваша главная задача добраться до Эзе. Оказавшись на вилле, вы будете в полной безопасности.

– У меня такое впечатление, что в конце концов я честно отработаю свои деньги. Прекрасно. Я позвоню вам из Эзе.

Он вышел и направился к лифту, но в его походке уже не было той несокрушимой уверенности.

Солдат первого года службы Вилли Джексон переложил автомат в правую руку, чтобы еще раз взглянуть на часы. Было 22.10, и он глубоко вздохнул. «Еще почти два часа до смены. Но бывает работенка и похуже. Все-таки гораздо лучше разгуливать по коридору госпиталя, чем торчать в поле под дождем», – подумал он.

В коридоре появилась хорошенькая медсестра.

– Черт возьми! – пробормотал он.

Девушка, проходя мимо, слегка задела его грудью, улыбнулась и, покачивая бедрами, направилась в другой конец коридора.

Джексон был дисциплинированным и честолюбивым солдатом. Вдалбливая в его голову прописную истину о том, что в солдатских ранцах лежит маршальский жезл, сержант не терял времени даром. Перед глазами Джексона всегда был пример Эйзенхауэра, Бредли и Паттона – трех вершин человечества. Ничто не могло помешать ему стать в будущем генералом. Уже сейчас перед ним открывались прекрасные перспективы. Он участвовал в армейских соревнованиях по стрельбе и был чемпионом своего батальона по боксу. У него были все необходимые качества хорошего солдата, и именно это сослужило Джексону плохую службу.

В то время, как он мысленно представлял себе те удовольствия, которые он мог бы получить в компании с очаровательной медсестрой, на его этаже остановился лифт, из которого вышел американский полковник.

Вилли благоговел перед чинами. При появлении капитана он выпячивал грудь, при виде собственного командира его бросало в пот, появление же незнакомого полковника превратило его в идиота. Его заветным желанием было получить это звание хотя бы к сорока пяти годам. Поэтому, увидев атлетически сложенного полковника, он перестал дышать и застыл на месте.

Смерк, не очень уютно чувствовавший себя в американском мундире, был слегка удивлен, натолкнувшись на часового.

– Что вы здесь делаете? – грозно спросил он солдата.

– Охраняю коридор, господин полковник.

По щекам Джексона струился холодный пот. Еще ни разу за всю его военную карьеру к нему не обращался с вопросом ни один из высших офицеров.

– В какой палате находится генерал Вейнрайт?

– В 147-й палате, господин полковник.

– Вы охраняете его палату?

– Нет, господин полковник, я охраняю палату 140.

Смерк вздохнул с облегчением. Он не рассчитывал получить нужные сведения так легко.

– Ах, да, я что-то слышал об этом. Вы свободны, вольно.

Джексон вздохнул с облегчением. Полковник между тем продолжал свои расспросы:

– А что это за женщина? Вы ее видели?

– Нет, господин полковник.

– А как чувствует себя генерал Вейнрайт?

– Не знаю, господин полковник…

– Должен сказать, что в ближайшем будущем у вас есть все возможности стать младшим командиром, – сказал Смерк, которого уже начинала забавлять комичность ситуации. – Так в какой палате лежит эта старая свинья Вейнрайт?

Джексон обалдело заморгал глазами. Вейнрайт был боевым офицером, что заставляло вдвойне уважать его. Фраза полковника совершенно сбила его с толку.

– Палата сто сорок семь, господин полковник.

Смерк направился в указанном направлении. Вдруг он резко остановился и обернулся к Джексону.

– Боже мой! – проговорил он. – Мне, кажется, нужна помощь.

– К вашим услугам, господин полковник!

– Я забыл в машине свой портфель. Принеси его мне.

Джексон без раздумий сделал поворот кругом, пробежал три шага по направлению к лифту, потом остановился.

– Извините, господин полковник, но я же нахожусь на посту!

Смерк едва не разразился смехом, настолько у Джексона был ошалелый вид, но сдержался и сказал отеческим тоном:

– Я снимаю вас с поста, приятель. Я побуду в коридоре, а вы отправляйтесь за портфелем.

– Слушаюсь, господин полковник!

Солдат вызвал лифт, вошел в кабину и исчез.

Минуту спустя он вышел из здания госпиталя. Джип полковника стоял шагах в двадцати от входа в госпиталь, в плохо освещенном месте. Но Джексон все же рассмотрел опознавательные знаки американской армии. Он подбежал к машине, возле которой стояли и разговаривали два американских солдата.

– Где портфель полковника? – спросил он.

– Посмотри на заднем сиденье, – ответил один из солдат.

Дальше события развивались в таком стремительном темпе, что Джексон впоследствии так и не смог восстановить их в памяти. Солдат, отвечавший ему, нанес сильнейший удар, а второй подхватил падающий автомат и положил на капот джипа. Затем два «американских» солдата уложили Джексона в джип и прикрыли сверху брезентом. Кордак, переодетый американским солдатом, взял лежащий на капоте автомат, подхватил объемистый кожаный портфель и вошел в двери госпиталя. Удачно проскочив мимо дремлющего портье, машинально ответившего на его приветствие, он поднялся в лифте на четвертый этаж.

Смерк в это время расхаживал по коридору.

– Все в порядке?

– Как по маслу, – Кордак утвердительно кивнул головой.

Он передал портфель, а сам занял место часового. Смерк зашел в туалет и через минуту вышел уже в халате врача. На шее его висел стетоскоп, а в руках он держал шприц и ампулу. Полковник исчез, а его место занял обычный врач.

– Найдите тележку для перевозки больных. Она должна находиться где-то на этом этаже, – сказал он Кордаку, а потом толкнул дверь палаты 140. Свет ночника позволял разглядеть роскошные волосы цвета меди, обрамлявшие очаровательное бледное лицо. Когда Смерк вошел в палату, женщина повернула голову в его сторону.

– Добрый вечер, – сказал он. – Я пришел, чтобы сделать вам укол. Снотворное позволит вам провести спокойную ночь, и завтра вы будете совершенно здоровы.

Больная ничего не ответила. Без всякого удовольствия она смотрела, как он готовит инъекцию.

– Все будет прекрасно, – сказал Смерк успокаивающим голосом и ввел иглу ей в вену: – Я не причиню вам ни малейшего вреда…

Как обезьяна, Жожо карабкался по водосточной трубе. На уровне третьего этажа он остановился, чтобы перевести дыхание. Внизу на тротуаре был виден силуэт Саду, нервно расхаживавшего взад и вперед возле машины. Около входа в госпиталь остановилась санитарная машина. Человек очень высокого роста вышел из нее. На нем был надет белый халат.

Жожо не обратил на это никакого внимания. Он смотрел на карниз четвертого этажа, нависавший в трех метрах над его головой. Затем он снова начал карабкаться по водостоку. Но продвигаться становилось все труднее и труднее, так как труба становилась все более скользкой. Вдруг он почувствовал, что вот-вот упадет. Несмотря на все усилия, Жожо сползал вниз. Его спина покрылась испариной. Но случай был на его стороне. Метром ниже скольжение прекратилось. Жожо улыбнулся. Смерть больше не пугала его. Как необходимый атрибут она входила в его ремесло.