посмотрев на парня, но угол её губ чуть дрогнул. – Ты опять слишком щедр, Андрей.
– Щедрость – это то, что тебя всегда раздражало. – Отозвался он тихо, глядя прямо перед собой, но чуть замедлив шаг, чтобы она поравнялась.
– Особенно, когда ты раздаёшь её врагам. – В её голосе на миг мелькнула теплая насмешка, спрятанная между словами о логистике и передислокации войск.
– Я называю это “подготовкой к переговорам после победы”. – Он бросил взгляд на клумбу справа, словно считал расстояние до условного рубежа. – Но да, в твоих терминах это, наверное, “сентиментальная ошибка”. Я привык давать возможность одуматься.
– Сентиментальная ошибка, которая может стоить жизней двум гарнизонам. – Её пальцы легко коснулись складки рукава, как бы поправляя ткань, но это был едва заметный знак: “не отходи от плана”.
– Я понял. Будет ровно так, как ты любишь. – Отрезал он, но в его интонации прозвучало что-то вроде: “и как ты меня ненавидишь за это”.
Вокруг них уже начиналась тихая буря. На подходах к к главному зданию резиденции семьи Хваджон уже вовсю сновали курьеры… Слышались отрывки срочных распоряжений… Но их двуслойный разговор оставался между ними, словно скрытый шёпот под гулом военной машины. Но сейчас им нужно было поспешить, совет князей, по крайней мере – двое из них, собирали всех значимых представителей благородных семей, кто находился в пределах столицы. Такое дело коснётся всех. И просто отсидеться в стороне ни у кого не получится. Так что на этот зов сбежались все.
В зале дворца, где уже собирался военный совет, стоял гул приглушённых голосов, скрип пергаментов и тихий стук печатей по дереву стола. Запах свежих чернил смешивался с ароматом горячего чая, но в воздухе витало не тепло – стянутая, как тетива, напряжённость.
На возвышении, в окружении свитков карт и передвижных штендеров с картами сект и границ, княгиня Ло вела заседание. Её голос был ровен, но каждая фраза звучала так, словно за ней прятался приказ, который может изменить ход войны.
– …И теперь, – она чуть сильнее нажала пальцами на свёрнутый пергамент, – мы располагаем подтверждёнными сведениями, что две секты – Тени Кровавой Луны и Песчаной Тени – официально перешли на сторону армии демонов.
В зале прошёл глухой, злой шум. Несколько представителей младших школ переглянулись, некоторые побледнели.
Андрей сидел чуть в стороне, вместе с представителями семьи Хваджон. Но так, чтобы видеть и княгиню, и карты. Внутри у него всё уже работало на военные расчёты – сколько бойцов, какие резервы, как перерезать маршруты снабжения демонов. Но поверх этого, в уголках уст, пряталась тонкая тень усмешки.
– Это объясняет, – произнёс он чуть громче, чем требовала ситуация, – как они смогли готовить стационарный портал прямо у нас под носом. – Он скользнул взглядом по княгине Ло так, что присутствующие подумали, что это был просто обмен информацией. А она знала – в этой фразе была ирония, намёк на их разговор во время последней встречи. “Ты тоже умела прятать всё на виду”.
Она ответила без паузы, с той же внешней сдержанностью:
– Иногда, чтобы враг вышел из тени, нужно позволить ему поверить, что мы ничего не видим. – Её тон был дипломатическим, но между ними он звучал как тихий укол: “а иногда ты прячешься слишком хорошо”.
В этот момент кто-то из военачальников начал выкладывать на карту фишки, обозначающие места предполагаемых порталов и демонических лагерей. Андрей, не глядя на него, продолжил:
– Значит, нужно будет нанести удар единым кулаком, пока они не успели разделить силы. Скорее всего, они попытаются разделить свои ударные группы. Чтобы создать ещё пару – тройку порталов, пока мы им не можем помешать. – Он сделал едва заметную паузу и добавил с оттенком, который уловила только Ло Иньюй. – И, конечно, кто-то должен заняться личными переговорами с теми, кто не успел на этот совет.
Её взгляд чуть потемнел – не от гнева, а от понимания, что он снова свёл стратегию и их с ним игру в одну плоскость.
– Это всегда самая опасная часть операции. – Лтветила она, глядя прямо на него, но для зала это звучало как о военном задании. – Особенно, когда речь идёт о тех, кто когда-то был нам ближе всех.
Несколько советников, ничего не подозревая, уже обсуждали маршруты снабжения и оборонительные линии. А между Андреем и княгиней Ло в этот момент шёл второй, тихий совет – о другом фронте, который существовал только между ними.
В зале военного совета запах чернил и горячего воска смешивался с едва уловимым ароматом лекарственных трав, принесённым сквозняком из соседнего крыла. На длинных низких столах, покрытых картами и свитками, уже успели накопиться капли пролитого чая, следы нервных рук.
Последние слова княгини Ло, твёрдо и спокойно описывающей меры по укреплению северо-восточного фронта, почти утонули в нарастающем гуле голосов. Один из военачальников – сухощёкий мужчина с резкими скулами и голосом, похожим на удар гонга, – резко поднялся.
– Достаточно. – Он опёрся обеими ладонями о стол, и вены на его руках вздулись. – Мы говорим о мерах против демонов, но не называем имена предателей, которые их пропустили
Взгляды обратились к нему, и в этом напряжённом молчании слышалось, как кто-то тихо опустил на карту костяной маркер.
– Имена? – вкрадчиво переспросил старший советник с противоположного конца стола. – Вы предлагаете прямо сейчас обвинить в измене целую секту?
– Да, предлагаю! – отрезал военачальник. – Секта Тени Кровавой Луны давно вызывала подозрения. Кто ещё мог прикрыть создание портала? Их культиваторы “совершенно случайно” оказались в той стороне, когда врата открылись?
Шёпот пробежал по рядам советников, но часть лиц осталась каменно неподвижной. Именно так отреагировали все те, кто уже знал о том, что в зале сейчас пахнет не только предательством, но и будущей гражданской войной.
Княгиня Ло, не повышая голоса, но вкрадчиво и холодно, произнесла:
– Господин Чжоу, вы делаете опасное заявление. Без доказательств это – удар не только по этим сектам, но и по всему фронту.
– Если мы не назовём их, фронта скоро не будет. – Раздражённо процедил в ответ Чжоу.
Кто-то из младших генералов встал, уже готовый бросить обвинение в обратную сторону, и стол под его ладонью дрогнул. Андрей уловил, как несколько взглядов скользнули на него. Видимо собравшиеся здесь уже ждали, что он вмешается, разрежет этот накал или, напротив, подтолкнёт его в нужную сторону. Напряжение сгущалось, как тучи перед летней грозой. Ещё одно резкое слово – и оно выльется в бурю.
Зал, наполненный напряжённым гулом голосов, будто замер в предвкушении взрыва. Андрей тихо встал в стороне, шагнув вперёд ровно настолько,
