Читаем без скачивания Атака мертвецов - Рагим Джафаров

Паренек улыбнулся, потушил папиросу, собрался уходить, как вдруг увидел в окне старшего лейтенанта, встреченного им у Лидии Сеченовой. Тот хмурился и решительными шагами приближался к подъезду. Вдруг дверь, из которой недавно выглядывал подозрительный старик, распахнулась. Но на пороге стояла миловидная старушка.

– Юноша, какое счастье, что вы еще здесь. Пройдите внутрь, пожалуйста, у меня так много вопросов, ах! Надеюсь, вы не против? – старушка поманила его рукой.

Паренек кинул быстрый взгляд на старлея и улыбнулся.

– Ни сколько, мадам, ни сколько!

3

– Хотите сказать, что письма оказались у вас по чистой случайности, и вы решили доставить их? Но позвольте, ведь на них нету адресов! – Надежда Петровна испытующе поглядела на человека в черной шинели. Тот отпил чаю, поставил кружку и улыбнулся.

– Я прошу прощения, но мне пора. – Он встал из-за стола.

– Знаете, потрясающая встреча. Это письмо, оно, как бы это сказать, вдохнуло новую жизнь, вроде как. Дела давно минувших дней, пусть грустно, однако то было настоящее время, с настоящими людьми. А теперь…

– До свидания. – Паренек накинул шинель и вышел на лестницу. Тут он закурил и стал спускаться. Странно, но еще недавно этот же подъезд не вызывал у него никаких эмоций, теперь – казался отвратным. Паренек открыл дверь подъезда, вышел на улицу и двинулся к выходу из двора. Вошел в темную арку.

– Стоять, руки вверх, лицом к стене. – Его деловито прощупали одной рукой, вторая рука, видимо, была занята оружием.

– Товарищ старший лейтенант, это вы? – голос не был испуганным.

– Я, машину водить умеешь?

– Умею. Где же остальные? Вы же не поехали на задержание особо опасного в одиночку? – Казалось, что он издевается.

– Заткнись, шагай. – Михаил грубо толкнул пленника в сторону улицы.

– К чему я веду. Я не сдамся властям. – Старший лейтенант улыбнулся такому заявлению.

– Сопляк, шагай молча. – они вышли из арки, непроницаемая тьма отступила.

– Больше не сделаю ни шагу. – парень встал как вкопанный, даже руки опустил.

– Какой же ты осел! – Михаил не выдержал. Три часа он ждал его в этой арке. И сильно сомневался, что дождется. А теперь глупые капризы. Он просто ударил сопляка по затылку рукояткой револьвера. Не сильно, так, для воспитания. Тот упал и не шевелился. Старлей задумчиво посмотрел на паренька, слегка пнул ногой, но реакции не последовало, пнул еще раз. Идентичный результат.

– Вставай гаденыш! – Михаил принялся отвешивать бедолаге пинки, целясь в ребра. Мимо проехала машина. Старший лейтенант не обратил на нее внимания. Наконец он успокоился, убрал оружие за пазуху и попытался поднять своего пленника. В конце концов, плюнул на все и закинул тело себе на плечи, как раненого товарища. Раненый товарищ в тот же миг прислонил к его горлу стилет.

– Ваше оружие, товарищ. – Михаил аккуратно поставил парня на землю и отдал ему оружие. Хорошо в темноте не видно, как он покраснел. Глупейший трюк, а он купился.

– И, что теперь? Убьешь меня, так тебе потом жизни не дадут, дурак ты.

– Нельзя, нельзя вас убивать, товарищ. О другом подумайте. Воры местные на уши уже встали из-за тех трупов. Куда они пойдут, когда наведут справки? По моему следу, не так ли? Зря ваша матушка в меня стреляла, я ведь ничего ей не сделал плохого. Но люди ночной выстрел запомнят. Глупость получилась, большая глупость.

– Тебе-то что? Ты же парень резкий, стреляешь, стилетом машешь! – Михаил начинал злиться, но сам не очень понимал из-за чего.

– Я предлагаю сделку. Вы устроите мне встречу с ворами, не знаю кто у них там, атаманы или еще кто. А я вас отпускаю. Не хочу вас убивать, нету в этом смысла. Потому, скажите им, что я приду завтра в полночь на пустырь у церкви. Пусть собирают свою свору.

– Ты совсем ума лишился? С чего они мне поверят? Да и… – Договорить пацан ему не дал.

– Не мое дело убеждать в чем-то эту шайку. У меня к ним есть вопросы, пусть собираются в полночь на пустыре. В ваших интересах убедить их.

– Что за чушь ты несешь!? – Михаила уже трясло от глупости ситуации. Ответа не последовало, старший лейтенант постоял еще немного в темноте, потом развернулся, поводил перед собой руками, сплюнул и зашагал куда-то.

Человек в черной шинели бежал по улице. Так мало времени, так много надо сделать. Проскочил мимо подъезда, затормозил, проскользнул внутрь. Побежал по лестнице, остановился у двери. Звонка нет. Паренек стал стучать. Не меньше пяти минут прошло, прежде чем открылась дверь. Открыла ее красивая молодая девушка.

– Простите, Екатерина Аренс тут здесь проживает? – Девушка удивленно посмотрела на нежданного гостя.

– Нет, у нас тут с такими фамилиями никого нету. Во всем подъезде. – Она участливо посмотрела на нахмурившегося парнишку.

– Оленька, кто там? – Донесся голос откуда-то из квартиры. Говорила, судя по всему, женщина. Девушка открыла было рот, чтобы ответить, но ее опередили.

– Посыльный мадам, я полагаю, вам знакома Екатерина Аренс? У меня для нее письмо от графа Белова. – Послышались неспешные шаги. Из-за девушки показалась старая, сухая женщина. Холодные глаза на стальном лице буквально вонзились в паренька.

– Кто вы? – Голос жесткий, сухой.

– Как я и сказал, посыльный. – Он протянул женщине потрепанный листок бумаги. Та взяла его не глядя.

– Пройдите. – Екатерина подвинула девочку, которая так и стояла с открытым ртом.

– Это лишнее.

– Я настаиваю.

– Что же, у меня нет выбора, раз дама просит.

– Бог мой, вы просто его копия. Я смутно помню, но манера разговора. – Женщина говорила это прежним холодным тоном, выражение лица ее ничуть не изменилось.

– Боюсь, не понимаю, о чем вы. – Паренек повесил шинель у двери и прошел вслед за хозяйкой в гостиную. Та села в кресло и указала гостю на другое кресло, стоявшее напротив.

– Оля, сделай гостю чаю. Крепкий, без сахара и принеси ему моих папирос. – Оля закрыла наконец рот, но широко открыла глаза, после чего окинула безумным взглядом гостя. Немного постояла и ушла в сторону кухни.

Хозяйка квартиры накинула на плечи плед, надела очки и, держа письмо одной рукой, углубилась в чтение. Паренек же тем временем встал из кресла и стал разглядывать книги, коими изобиловал этот дом. Множество книжных полок давали ему возможность увечься изучением литературных пристрастий хозяев.

Катенька, прекрасная моя Катенька! Я уехал в такой страшной спешке и так и не успел с вами попрощаться, как следует. Я думал, что уезжаю ненадолго, что будет еще время, что все у нас впереди! Как глупо с моей стороны. Знаете, я встретил удивительного человека.

– Господин полковник, что будет через сорок восемь часов? Я верю в Россию, я не верю в наших головотяпов. Я прошу вас не доводить текст телеграммы до гарнизона. Прикажите продержаться сорок восемь часов и люди простоят, прикажите сражаться и крепость никогда не падет! – корнет тяжело дышал, казалось он вот-вот напрыгнет на полковника. Тот же, скрестив руки за спиной, смотрел в окно.

– Вы свободны. – полковник даже не обернулся. Корнет вышел из кабинета.

В коридоре его ждал бывший старший унтер-офицер, нынешний вахмистр Алексей.

– Что там, завернул вас господин полковник? – Новоиспеченный кавалер Анны участливо посмотрел на корнета.

– Не знаю, Леша, не знаю. – Они зашагали к выходу из форта.

– Чего-теперь-то? Немец прет ведь, а мы сидим тут, как зайцы дрожим.

– Пол беды Алеша, что сидим. Но скоро и того хуже станет, побежим ведь. Ландвер не шутка, но можно и с ними драться. Нужно контратаковать и откатить их от крепости, иначе задавят нас своей артиллерией. Их нужно отогнать дальше Сосни, хорошо бы дальше Белашово, но это уже фантазии.

– Андрей, друг мой! – Прямо перед ними возник кавалерийский подполковник. Он широко улыбался и раскинул руки, намереваясь заключить корнета в объятья. Что и сделал, Андрей скривился и закряхтел.

– Саша, убьешь ведь, у меня ребра сломаны!

– Они у тебя всегда сломаны, это у тебя хроническое! – Тем не менее, он отступил на шаг назад и окинул корнета восхищенным взглядом. Корнет согнулся, уперся руками в колени, попытался представить своих друзей друг другу, но дыхание ему не позволило. Поэтому он просто улыбнулся и махнул рукой. Впрочем, подполковник и вахмистр и сами сумели познакомиться.

– Мы с Александром вместе прошли русско-японскую. Если и есть в мире человек, который также отчаянно дерется саблей как он, то жив этот человек лишь потому, что с Сашей не встречался. – Полковник рассмеялся и хлопнул корнета по плечу, отчего тот выронил папиросу.

– Брось Андрей, если я тебя учил размахиванию саблей, это не значит, что я умею много больше твоего! Много ли ума надо, чтобы вертеть над головой железку!? – Он отшучивался, конечно.