раздумье; не хотелось герою спешить с обещанием, слишком была велика опасность. Наконец он ответил Айету:
— Ты прав, могучий Айет, требуя от меня столь трудного подвига, но я решаюсь на него и принимаю твое предложение.
— Обдумай сперва хорошо, — молвил мрачно Айет, — можешь ли справиться с делом, за которое ты берешься. А если боишься, то лучше покинуть тебе нашу землю.
Поднялся с места Ясон и вместе со своими спутниками покинул дворец Айета.
Но остались при матери, по знаку, данному старшим братом, два сына Фрикса.
Когда красивый и стройный Ясон шел по дворцу, Медея смотрела на него в восхищении, и горькими слезами заплакала она, оставшись одна во дворце.
— О, если бы я могла спасти его от мучительной смерти! Богиня Геката, помоги ему вернуться живым. А если ему суждено погибнуть от ужасных быков на поле Арея, то пусть он знает, что я радоваться его смерти не буду!
В это время герои направлялись назад к своему кораблю. Услыхав предложение Айета, аргонавты сначала пришли в уныние, а затем разгневались, но выступил Аргос и дал им мудрый совет:
— Во дворце Айета живет волшебница Медея, сестра моей матери; я буду ее просить, чтобы она своим волшебством пришла на помощь Ясону. Если она не откажет, мы тогда спасены.
И подлетел в это время к кораблю голубь, за которым гнался коршун; спасаясь от него, он спрятался за пазуху к Ясону, а коршун упал на палубу корабля. И сказал тогда один из аргонавтов:
— Вспомните предсказание мудрого старца Финея — с помощью Афродиты мы сможем благополучно вернуться домой; мы видели, как ее любимая птица была на глазах у нас спасена от смерти. Надо исполнить, что предлагает Аргос.
И аргонавты с ним согласились.
Тогда послал Ясон Аргоса в город к матери его Хал-киое, и стали все ждать его возвращения.
А царь Айет собрал тем временем жителей Колхиды и рассказал им, зачем явились к нему чужеземцы. И было решено, что когда на поле Арея погибнет их предводитель Ясон, тотчас обложить корабль Арго деревьями и сжечь его вместе с людьми.
Но самую жестокую казнь готовил жестокий царь Айет сыновья Фрикса, которые, как он думал, привели аргонавтов в Колхиду, чтоб отнять у него власть.
Пришел Аргос к своей матери Халкиое, прося ее уговорить Медею помочь аргонавтам. Сжалилась Халкиоя над смелым Ясоном и обещала просить о помощи Медею.
Беспокойные, странные сны в это время снились Медее. Ей снилось, будто юный герой Ясон вступает в битву с быками, ко не затем, чтоб добыть золотое руно, а чтоб на ней жениться. Снилось ей еще, что она сама борется с теми быками и их побеждает, но отец и мать не хотят сдержать слова и не согласны выдать ее замуж за Ясона, так как быков должна была победить не она, а Ясон. И начинается спор; решение его будто предоставляют Медее. И она выступает на стороне агронавтов. Разгневался на нее отец и грозно закричал — и от этого крика она проснулась.
Она решает идти к своей сестре Халкиое, думая, что та ради своих сыновей будет ее просить помочь Ясону. Заплакала, проснувшись, Медея; услыхала ее плач служанка и рассказала об этом Халкиое, которая как раз в это время сидела вместе с Аргосом, обдумывая, как упросить сестру помочь Ясону.
Пришла Халкиоя к Медее и застала ее плачущей.
— Что с тобою, сестра? — спросила ее Халкиоя. — Не заболела ли ты, или, может быть, ты узнала, что отец наш задумывает погубить меня и моих сыновей?
В смущении слушала Медея сестру, ей хотелось ответить, но стыд мешал ей вымолвить слово. Наконец она пересилила себя и ответила так:
— Снились мне страшные сны. Боюсь я за судьбу твоих детей. Беспокоит меня, что отец может предать их смерти вместе с аргонавтами.
Испугалась Халкиоя и, проливая слезы, стала просить спасти ее сыновей, и Медея обещала сделать все, что будет в ее силах.
— Ради моих детей, — просила она Медею, — помоги Ясону! Дай ему талисман, чтобы он мог победить врагов в предстоящей битве с быками. Приходил ко мне Аргос, посланный им, чтоб просить у тебя помощи.
Обрадовалась Медея, щеки ее покрылись румянцем, и она сказала:
— Сестра, будь спокойна, я исполню твою просьбу. Завтра, на рассвете, я пойду в храм Гекаты и вручу Ясону талисман, он поможет ему одолеть быков; но смотри, чтоб об этом не узнали родные.
Вышла Халкиоя из покоев Медеи и поспешила рассказать об этом всем своим сыновьям. Оставшись одна, Медея не спала целую ночь; стыд, любовь, сострадание и страх боролись в ее сердце. Она то решала спасти чужеземца Ясона, которого она полюбила, а затем умереть самой, то покончить с собой теперь же, в эту же ночь, чтоб никто не мог ее упрекнуть в измене родине и родным. Она встала и подошла к ларцу, где хранились лекарства и смертоносные яды; но вдруг ей снова захотелось жить; ей вспомнилось счастливое детство, игры с подругами, и смерть ей показалась страшной; она твердо решает спасти Ясона и ждет наступления утра.
Ясон и Медея
Рано утром пришел Аргос на корабль аргонавтов и передал им радостную весть о согласии Медеи помочь Ясону. В это самое время Медея готовилась отправиться в храм Гекаты; она заплела свои светлые волосы, умастила тело благовонным маслом и, надев самую красивую из своих одежд и выйдя из дома, велела служанкам запрячь колесницу.
Достала она из ларца волшебную мазь; кто натирал этой мазью тело, того в этот день не разил меч, не палил огонь и не мог победить ни один враг. Мазь эта была сделана из черного сока растения, выросшего в диких лесах Кавказа, на земле, обагренной кровью Прометея. Эту мазь Медея, достав из ларца, спрятала за поясом, потом села она в колесницу и отправилась с двумя служанками к храму Гекаты.
Вскоре явился туда в сопровождении Аргоса и Ясон. Гера одарила героя необычайной красотой; и вот он вступил в храм Гекаты, где его ждала вещая Медея. Увидев героя, она стояла перед ним, как очарованная, и долго смотрели они друг на друга в молчании.
Так же, как в горном лесу стоит возле пихты в час затишья ветвистый дуб, но вдруг подымается буря и начинают шуметь вершины обоих деревьев, так стояли Ясон с Медеей молча, но вдруг заговорили.
— Отчего ты боишься меня, прекрасная девушка? — спросил Ясон. — Я явился сюда просить тебя о
