в Алабаме преподавали пивоварение. Что ты изучал?
- Химическая инженерия.
- Вау. Ты инженер?
- Нет. Я пивовар с определенными навыками инженерии. Большая разница.
- Как можно поступить в университет на подобный факультет и в конечном счете варить пиво?
- Будучи на втором курсе я купил домашнюю установку по производству пива. Провел некоторые исследования. Экспериментировал. И понял, что чертовски хорош в этом. Мы с лучшим другом потратили несколько лет, совершенствуя рецепты. Приближался выпускной, и мы уже знали, что хотим создать пивоваренный завод. Нашли инвестора, и так далее.
- И все сработало.
Не каждый способен следовать своим мечтам. Многие бросают на пол пути.
- Мы счастливчики.
- И довольно таки талантливые.
- Талант часть всего этого.
- Так, твоя сестра вышла замуж за твоего лучшего друга?
Я считаю Тэпа одним из моих лучших друзей, но не думаю, что Аделин имела в виду его.
- Нет. Лоури вышла замуж за мужчину, который профинансировал наш проект. А теперь они вместе открывают свою компанию.
- О, окей.
Мне хочется побольше узнать о дочери священника.
- Почему ты осела в Бирмингеме?
- Когда я была в средней школе, папа был пастором в церкви. Все мои друзья жили здесь, поэтому, когда он сменил церковь, я осталась здесь. Жила у подруги с ее родителями, пока не окончила школу. Поехала в Алабаму. Получила степень бакалавра в сфере ресторанного и гостиничного бизнеса. И вот я здесь.
- И теперь ты довольно таки успешный организатор. Впечатляет для такой молодой девушки.
- Сколько мне по-твоему?
- Ну по виду…
- Будь осторожнее в том, что говоришь Оливер.
- Может быть двадцать два. Но что-то мне подсказывает, что ближе к тридцати.
- Хороший ответ. Мне двадцать семь.
- Очевидно, свое агентство ты создала не вчера. Как тебе удалось стать владельцем компании в таком возрасте?
- Так же, как и тебе. Инвестор.
Мне всегда интересно узнать историю успеха другого владельца своего бизнеса.
- Как ты убедила своего инвестора вложиться в себя?
- Он был моим боссом.
Очень похоже на нашу ситуацию.
- Должно быть он видел в тебе целеустремленность и верил в тебя?
- Нет. Он верил в то, что может трахать меня. И владеть мной. И бить меня, когда я отказывалась быть его игрушкой.
Чтоб меня…
Я не знаю, что сказать.
Она делает паузу, прежде чем продолжить.
- Я тебя ошарашила.
- Да.
- Он стал моим инвестором, и это дало ему власть, ведь он был моим единственным источником финансирования. Он держал меня поблизости. Под ногтем. Находясь рядом со мной, он просто терял контроль.
- Зачем ты терпела это?
У нее есть семья, они бы помогли ей.
- Не всегда так было. В начале все было хорошо. Я была счастлива.
Разве насилие не всегда так начинается? В начале всегда хорошо? Иногда людей не засасывает. Им хочется бежать, как из ада, потому что они интуитивно понимают, что может произойти.
- Окончив колледж, я хотела покорить мир. Мартин был старше меня. Успешный. Пользующийся уважением. Красивый. И мой работодатель. Он водил меня в рестораны, ухаживал. Был джентльменом. Не настаивал на сексе. Просто невероятное чувство, когда тобой интересуется зрелый, светский человек.
Он запудрил ей мозги, и она не поняла, какой он есть на самом деле.
Ох, типичная ситуация.
- Все началось с секса. Мне было двадцать два. Я никогда не испытывала ничего подобного. Это был не просто секс, и мне это чертовски нравилось. И он это понимал.
Я не хочу слушать, как она сходила с ума по этому сукиному сыну, который издевался над ней. Это неправильно.
- У нас начался роман. Я использую это слово, потому что на тот момент он еще не развелся со своей чертовой женой. Но я узнала об этом намного позже.
Подонок.
Эта история становится все хуже.
- Он финансировал запуск моего агентства. Это было моей мечтой, поэтому я пошла на это. Но бизнес требовал времени и больших усилий. Мартина раздражало, что его игрушка не может проводить с ним много времени. Вот тогда начались оскорбления. И это только все накаляло. Прошел год физических и моральных издевательств. Я терпела это. А потом я сделала то, что делают все женщины, когда понимают, что все, хватит. Я его бросила.
Наконец-то. Что-то хорошее. Жаль, что ей понадобился год, чтобы образумиться.
- Я рад.
- Но Мартин сделал то, что делают все одержимые, оскорбленные мужчины. Он пришел за мной. А так как он трус, он пришел в офис, когда я была совсем одна.
Ублюдок.
- Хватило одного взгляда на него. Мне все стало понятно. И мне стало страшно.
Монстр.
- Но произошло кое-что, чего Мартин не ожидал, - Аделин поднимает указательный палец. - Первое. Накануне мне установили камеры видеонаблюдения, и он не знал, что она записывает все, что он делает со мной. - Она поднимает средний палец, образуя букву V. - И второе, я выжила.
Мои руки сжимаются. А зубы скрипят. Я весь напрягаюсь.
- Пожалуйста, скажи, что этот ублюдок в тюрьме, и никогда не увидит белого света.
Она вздыхает, и щекой прижимается к плечу.
- История принимает неожиданный поворот. И ты можешь быть обо мне не очень хорошего мнения.
Не понимаю, что это значит.
- Я не выдвинула обвинений против Мартина.
Блядь.
Это сошло ему с рук. Еще одна жертва без голоса. Еще один обидчик остался безнаказанным.
Вообще-то я не удивлен.
- Женщины часто так делают.
Ее глаза сужаются.
- Это не так.
- Просто у вас такой склад ума.
- Ты не прав. Я была его жертвой на протяжении всего года. Но я не хотела становиться жертвой правосудия. Я понимала, что должна отнести видео в полицию, и, вероятно, ему бы выдвинули обвинение в покушении на убийство. Будучи настолько богатым, он бы нанял хорошего адвоката, который снял бы его с крючка. Все. В лучшем случае, его бы осудили. На сколько? Давай будем
