дворе, наводненным вооруженными людьми. У майора чуть сердце не остановилось, когда он разобрался из-за чего был весь сыр-бор и увидел бледную как смерть Каролину, к голове которой приставил револьвер гребаный Райт. Руки преступника оставались закованы в кандалы, ведь предполагалось, что снимать их придется только с трупа. Тяжелая цепь дополнительно удерживала пленницу, вынуждая ее терпеть близость стоящего позади нее бандита. Немедля ни секунды, Коутс решительно направился к низкорослому лысоватому коменданту, которого хорошо знал. Утерев со лба испарину, комендант охотно передал командование майору, позволяя ему разобраться с проблемой по имени Райт.
Коутс вышел вперед и громко велел всем опустить оружие. Солдаты беспрекословно выполнили приказ командира, в то время как тюремная охрана, недоуменно переглядываясь, с большой неохотой исполнили требуемое, да и то только после того, как комендант визгливо повторил слова майора.
- Дэвид… - с облегчением выдохнула Каролина, когда от толпы отделилась знакомая фигура в военном мундире, и он звучным голосом отдал команду. Ей сразу стало гораздо спокойнее от взгляда синих глаз, которые сейчас напоминали грозовое небо со сверкавшими в нем молниями.
Райт уловил еле слышное обращение по имени девушки к майору, которое сообщило ему об очень близком знакомстве молодых людей. Это заставило его обратить еще более пристальное внимание на кажущегося хладнокровным Коутса.
- Какая встреча, майор Коутс! – поприветствовал его Райт с ухмылкой на губах. – Извините, что снова не смогу пожать вам руку, они обе заняты.
- Хватит паясничать, Райт, - майор заставлял себя внешне оставаться невозмутимым, хотя внутри все клокотало от гнева и страха за Каролину. – Будь мужчиной и отпусти девушку, она ведь ни при чем.
- Ничего не могу с собой поделать, мне приятно общество мисс Клейтон, думаю, в этом вы меня хорошо понимаете, майор, - многозначительно произнес Райт, и удовлетворенно усмехнулся, когда Коутс неосознанно стиснул кулаки. – Мы еще не успели с ней обсудить здоровье генерала Клейтона, возвращение которого с таким нетерпением ждем.
В этих нескольких словах Райт показал свою осведомленность относительно родственной связи Каролины с генералом Клейтоном и привязанности к ней Коутса.
- Чего ты хочешь? – мрачно спросил Дэвид, смиряясь со своим поражением. Удивительно, как еще полчаса назад он был преисполнен воодушевления от своей победы над этим бандитом, а теперь чувствовал себя полностью разбитым. Он так гордился тем, что сумел установить сообщников банды Райта, припер к стенке одного из них и устроил засаду в салуне. Несколько дней он со своими людьми просидел в тесной комнатенке над баром, в который они по очереди спускались, изображая из себя посетителей. Правда, бармен чуть все не испортил, решив зачем-то стрелять в Райта, но в итоге преступника удалось взять живым. Именно Коутс должен был быть тем человеком, который отправит Райта на виселицу. Это громкое дело могло помочь майору продвинуться по службе, ведь он знал о намерении генерала уйти в отставку. И вот теперь мало того, что Райт мог снова сбежать, так еще и жизнь Каролины оказалась в опасности.
- Сущую малость, - тем временем любезно ответил ему преступник, - как можно быстрее убраться из этого гостеприимного местечка, не схлопотав ваших пуль.
- За воротами стоит моя лошадь, отпусти мисс Клейтон и можешь катиться на все четыре стороны, - предложил Коутс.
- Предлагаете поменять даму на лошадь? – С деланным изумлением воскликнул Райт. - Очень любезно с вашей стороны, майор, но есть небольшая загвоздка: для этого мне нужно как-то оказаться за воротами. Надеюсь, вы не будете возражать, если дорогая мисс Клейтон проводит меня прямо до них? И мне бы очень хотелось, чтобы это произошло в абсолютной тишине, боюсь, в камере я настолько отвык от шума, что при любом резком звуке, могу нечаянно нажать на курок.
Замаскированная под вежливость неприкрытая угроза повисла в воздухе, и Коутс заскрежетал зубами.
- Не стрелять, - скомандовал он солдатам и махнул рукой, давая им знак расчистить проход для Райта. – Иди, но помни, если с головы мисс Клейтон хоть волосок упадет, ты будешь умолять меня о виселице, - со всей серьезностью пообещал ему напоследок взбешенный Коутс.
- Леди вперед, - слегка подтолкнул Каролину Райт и прошептал над ее ухом, - теперь все зависит от вас и выдержки вашего кавалера.
Как неживая Каролина переставляла ноги, двигаясь к железным воротам тюрьмы. Сейчас она напоминала собой легкое суденышко захваченное пиратом, который в шторм уходил от преследователей, готовый потопить захваченную посудину вместе с собой, если придется. Если она поддастся панике, или у кого-то из присутствующих сдадут нервы, Райт не раздумывая выстрелит в нее, а потом и в любого, кто встанет у него на пути. Мысленно воззвав к Всевышнему, Каролина молила придать ей сил, чтобы справиться с выпавшем на ее долю испытанием.
Солдаты не сводили глаз с медленно движущейся через их ряды пары. Мужчины чертыхались и бормотали угрозы в адрес Райта, но тот неуклонно шел вперед, каждую секунду ожидая, что ему в затылок выпустят пулю. Сверху солнце палило и слепило глаза, снизу от нагретой брусчатки, вымощенной камнем, поднимался жар, добавляя Сан-Квентину сходство с преисподней. У решетчатых ворот вышла заминка с препирающимися стражниками, не желавшими так просто выпускать преступника за пределы тюрьмы. Но Коутс приказал им открыть ворота и отойти, пригрозив, что в противном случае те займут место Райта в камере.
Через ворота Райт проходил с осторожностью, внимательно оглядываясь по сторонам. Снаружи было пусто, потому что вся охрана сбежалась во внутренний двор. Справа от ворот под большим навесом находилось с десяток лошадей, причем одна из них, оседланная, стояла почти у самого входа, брошенная в спешке и даже не привязанная. Вероятно, именно этот конь бурой масти с черной гривой принадлежал майору, решил про себя Райт. Еще его внимание привлекла бочка, в которой что-то неторопливо прогорало, выделяя темный вонючий дым. Райт умел принимать быстрые решения, которые спонтанно рождались у него в голове.
Схватив поводья, он одним сильным ударом ноги опрокинул бочку в сторону навеса. Затем вскинул ничего не понимающую Каролину на лошадь и тут же запрыгнул в седло позади нее. Снова заключив девушку в кольцо своих скованных рук, он тут же пришпорил коня и отправил его вскачь. От столь резких движений его рана открылась, и он почувствовал, как через повязку засочилась кровь. Чертыхнувшись себе под нос, Райт лишь сильнее пригнулся, пришпоривая коня, тем самым вынуждая Каролину практически вжаться в лошадиную шею.
Он уже не
