Залезаю на кровать, обхватив колени руками и положив на них подбородок, как бы защищаясь от монстров. Но это не спасает… Я чувствую, как Страх и Неуверенность ведут спор между собой, кто первый меня атакует. Посеет во мне зернышко тревоги, которое с каждым днем будет прорастать все больше и больше, пока не поглотит меня полностью. Оставив лишь никому не нужную оболочку. На глаза наворачиваются слёзы, стоит моргнуть, и они польются рекой.
— Месяц назад я проходил собеседование в «Арабских авиалиниях». Ты знаешь, я давно туда хотел. Ты даже английский тогда начала учить усиленно… Когда-то мы строили планы жить там вместе, — он замолкает на несколько секунд и, грустно усмехнувшись, продолжает: — Пару дней назад мне позвонили и пригласили на работу.
— Когда улетаешь?
Губы немеют и голос дрожит, когда я заставляю себя задать интересующий меня вопрос.
Горькие слезы, полные разбитых надежд, текут по раскрасневшемуся лицу ручьем.
Марк встаёт и направляется к моему письменному столу, открывает верхний ящик и достает салфетки. Он все помнит. Медленно подходит ко мне и, не прикасаясь, просто кладет их рядом.
— В конце следующего месяца.
После того как Марк уезжает, оставшееся до ночи время я посвящаю себе. Лежа на кровати, скрутившись комочком, оплакиваю разбитую любовь к лучшему мужчине на свете. Вот и все, он сдался.
Но сдалась ли я? Готова ли я отпустить его в другую страну?
Похоронить наши планы на будущие, выкинуть свадебное платье, которое до сих пор висит в шкафу, напоминая о лучшем дне в моей жизни?
Подорвавшись среди ночи, я звоню девочкам и рассказываю все. Абсолютно ВСЕ!
У меня есть ровно двадцать четыре дня, чтобы хоть что-то изменить в наших и так шатких отношениях.
Я смогу. Я справлюсь.
Слишком сильно его люблю, что отпустить в чужую страну одного.
Глава 5
Лиза
«Привет, мой дорогой дневник. Теперь мы с тобой будем встречаться намного чаще, чем хотелось бы. Ты прости, что так искренне это пишу, но по-другому просто никак.
На твоих страничках я буду оставлять свои мысли, чувства и желания.
Мысли о непреодолимых страхах, переживаниях и любви к единственному мужчине в моей жизни.
Самой большой и настоящей любви. Той, о которой слагают легенды… Той, о которой мечтают девочки еще со школы и взрослые женщины с опытом за плечами… Той, которая заставляет страдать и безжалостно вырывать сердце, оставляя кровоточащие раны. Они со временем заживают, но превращаются в уродливые рубцы. Уродуя наши души.
Я буду делиться планами на будущее. Счастливое будущее, в котором не будет ужасающих ситуаций и запаха смерти.
Будущее, в котором мы снова будем просыпаться по утрам от солнечных зайчиков на наших лицах. В котором будем строить планы на жизнь и путешествия. Мы ведь так хотели поехать в тур по Европе в арендованном доме на колесах.
Но это всё будет потом. А сейчас…
Дорогой дневник, сегодня четвёртый день, как мы с тобой друзья.
Сегодня четвертый день, как я не виделась и не разговаривала с Марком.
Я, конечно, могу ему написать, спросить, как дела, и так далее. А он, несомненно, ответит. Он всегда отвечает, когда есть возможность. Исключения — небо.
Но нам нужно время. Хотя нет, вру… Это время нужно мне, чтобы собрать себя по кусочкам до конца. Склеить ту самую Лизу, которая пищала от счастья, увидев его имя на экране телефона.
Итак, план действий на завтра:
Встретиться с Марком.
Позволить ему до меня дотронуться.
Мне чертовски нужна уверенность в том, что я сильная, и все мои старания не напрасны. Я справлюсь, как бы тяжело ни пришлось.
На сегодня все.
Пожелай мне удачи, мой дорогой дневник».
Ставлю точку и убираю обычную зеленую тетрадку в клетку в шкаф письменного стола, под свои рисунки. Я знаю, что в мою комнату никто не зайдёт без стука, но мне так спокойней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Не хочу, чтобы самые близкие люди залезали в мою душу и потрошили ее. А это случится, когда, прочитав все, они устроят мне допрос с пристрастием.
Встаю, подхожу к белому шкафу, чтобы взять нежно-синее полотенце и сменное бельё, после направляюсь в душ. Под струями горячей воды меня накрывает странная паника. Она душит, сковывая горло медными тисками. Заставляет биться в конвульсиях и громко рыдать. Несмотря на горячую воду, мне холодно и чертовски больно. Хочется свернуться комочком в доме на Овражной улице. Хочется почувствовать тепло любимых рук.
Трясущимися руками выдавливаю гель для душа, мой любимый, привезенный Марком с Бали, на мочалку. На протяжении нескольких минут пытаюсь хоть как-то помыться. Жестко тру нежную кожу до покраснения, но истерика, вызванная паническим страхом, не проходит.
Меня трясёт от осознания близости встречи с Марком.
Выхожу из душа на ватных ногах, вытираюсь полотенцем и надеваю свою любимую пижаму с зайчатами на груди.
Находясь в комнате, беру телефон, подаренный Марком, и включаю наш с ним плей-лист. Любимые песни, одна за одной, звучат из динамика телефона, унося меня в прошлое.
Мы часто слушали музыку, сидя на полу у панорамного окна с видом на аэропорт. Наливали по бокалу белого вина и любовались огнями ночной Москвы и взлетно-посадочной полосы. Любили разговаривать о наших интересах и успехах, строить планы на жизнь.
У Марка в гостиной на всю стену висит карта мира, сделанная из деревянного полотна. Только представьте, какая красота. Темно-синего цвета стена, а на ней миниатюрные континенты, страны и города-миллионники. Он отмечает страны и города, где успел побывать. Мне безумно понравилась эта идея, и я, словно обезумевшая, не удержалась и начала искать такую же. Маленькую копию. По обоюдному согласию мы решили найти ей место в нашей комнате и отмечали там города и страны, где были вместе. Только Я и ОН. У нас даже был планер путешественника в темно-бордовой обложке. Мы вместе выбирали страну и город, который хотели посетить. Вместе составляли подробный маршрут с гостиницами и транспортом, а также не забывали про цены. Наши путешествия всегда были наполнены эмоциями и яркими воспоминаниями. Пусть это было несколько дней или недель. Но они только наши.
Сейчас, лежа на кровати под теплым одеялом, я слушаю этот плей-лист в одиночестве.
Мне не хватает его нежных объятий и ласковых слов…
Закутавшись потеплее в одеяло, я пытаюсь расслабиться и хоть немного успокоиться. Последнее время медитация — единственная вещь, с которой я смогла подружиться. Поэтому, перевернувшись на спину, закрываю глаза и пытаюсь ни о чем не думать. Музыка звучит тихо, голос французской певицы постепенно расслабляет.
Мне потребовалось больше получаса, чтобы взять в руки телефон. Пальцы снова начали трястись. Эмоции на пределе. Я боюсь, что услышу не его голос…
Знаю, глупо бояться подобного. С учетом того, что мы так давно в разлуке.
Закрываю глаза и нажимаю кнопку «Вызов», отрезая пути назад. За то время, что я слушаю гудки, мне кажется, проходит целая вечность. Я слежу за секундной стрелкой на настенных часах и слушаю монотонные гудки. Проходит почти минута, целая минута, а гудки всё идут и идут, стрелка всё тикает и тикает.
Снова закрываю глаза и чувствую, как катятся по щекам соленые и горькие слёзы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да. — Резко открываю глаза и не верю, что слышу родной и до боли любимый голос. — Лисёнок, ты меня слышишь? Что-то случилось? — в его голосе звучит тревога.
Он до сих пора переживает за меня.
— Д… да, случилось, — произношу сиплым голосом.
Мне страшно, что я испугаюсь и завтра просто не выйду из дома. Но я должна ради нас перешагнуть через свои страхи.
