рекрутов.
— И пёсика.
Глава 2 Герои и Злодеи
— Я-я-я с-сказал вам всё, что знаю! — взмолился наемник.
— Ну, спасибо. А теперь прими смерть с достоинством, — Ильма осмотрелась по сторонам и заметила на земле короткий лук схваченного.
Когда она отпустила его и потянулась к луку, тот, резво вырвавшись из хватки довакина, поспешил дать деру. Дункан хотел было пуститься за ним, но его остановила Ильма. Мужик со стрелой на спине кубарем покатился по полу около наружных дверей.
«Хм, а давненько не стреляла из лука», — прислушиваясь к ощущениям, размышляла довакин после стрельбы.
Оценить по достоинству местный лук, ей не дали. Спереди на дворе показалась вооруженная группа. Все они прикрывали лица тряпками и старались красться во тьме, но на профессиональный взгляд слышащей, их услышал бы даже глухой. Заметив Дункана и Ильму, они перестали прятаться. Уверенно обнажив свои клинки, все, как один, рванули к ним на встречу. В бою страж умело орудовал обоими клинками. Ильма наглядно оценила мастерство стража. Молниеносные удары стража, без лишних движений, справлялись с противниками. Бросив в сторону жалкий лук, Довакин решила не отставать от него, подняв с одного трупа его кинжал. У неё тоже было, что продемонстрировать. Держась рядом с серым стражем, они в довольно короткое время успели хорошо сработаться.
Позднее во дворе, рядом с тренировочным плацом городской стражи, они столкнулись с большим отрядом. Остатки гарнизона стражников добивали крупные силы солдат Хоу. Два десятка солдат целенаправленно вырезали каждого воина Хайевера — без намека на выкуп или плен. Среди наемников Хоу виднелись бойцы всевозможных мастей: от всякого сброда с ножами и топорами, вплоть до тяжеловооруженных рыцарей. Последние, похоже, выступали в качестве сержантов, отдававшие приказы остальным. Здоровяк в цельнометаллических латах завидно орудовал двуручным молотом будто пушинкой. После казни, отряд здоровяка заметил серых стражей и рыцарь приказал своим окружить их и устранить без особого шума. Открытое место служило идеальным местом боя вражеским стрелкам. Укрывшись недалеко за тяжелой пехотой, они заняли отличную позицию для обстрела.
Дункан среагировал моментально, едва стрелы настигли их место. Развернувшись, страж спрятался за углом кузни стражников. Он посмотрел по сторонами и не обнаружил рядом Ильму. Она стояла на том же открытом месте, усыпанный стрелами, и явно не собиралась прятаться. Во тьме со свистом пролетели очередные стрелы, но, похоже, это ни в коим образом смущало женщину. Тогда же Дункан смог воочию увидеть на что была способна гостья из другого мира помимо искусства владения кинжалом. Увиденное не оставило его равнодушным.
«Что она делает?», — оставалось лишь гадать командору.
Сама же довакин металась в нерешительности: применять крики с массовой областью поражения или же нет. Под удар могли попасть и мирные жители. А они возможно сейчас прятались в своих домах. Перевернув лезвие кинжала внутренней стороной, она сконцентрировала свой голос и тихо произнесла:
— Тид Кло Уль!
Время вокруг неё постепенно замедлялось. Редкие черные хлопья пепла, стремительно летевшие по воздуху, замедлились, и теперь плавно плыли, вскоре и вовсе остановились. А клубы дыма, словно замерзшая вата, застыли над пылающим замком.
«Не держите на меня зла, не я пришла к вам с мечом», — обратилась она к себе мысленно.
Ильма набрала полной грудью воздух, и в стремительном рывке ворвалась в толпу вооруженных солдат перед ней. Отточенные за бесчисленные битвы аккуратные удары кинжалом лишали жизни каждого встречного. Открытые места брони в один миг украшались тоненьким алым разрезом. Со стороны каждое её движение оставляло за собой размытую черную вуаль. Следя за ней, Дункан не переставал удивляться. Однако ему не дали полностью насладиться зрелищем. Неожиданный противник почти зацепил его ударом с темного переулка позади него. Топор разрезал воздух и столкнулся с каменной стеной над головой стража. Отразив другой выпад противника своим мечом, Дункан откинул его от себя ударом с ноги. Неудавшийся нападавший рухнул на землю, запутавшись об обломки, и был в тот же миг добит точным ударом кинжала в сердце.
Крик замедления времени угас быстрее, чем бретонка привыкла в Тамриеле. Она уже в пещере заметила, как её силы ослабли. Всё же ей хватило около минуты, чтобы перебить всех солдат на плацу. Последний рыцарь с выпученными глазами, кряхтя невразумительные звуки, пытался закрыть кровавый фонтан из шеи. Вскоре время для Ильмы окончательно вернулось в привычное русло.
Поднявшись с обмякшего тела, Дункан поспешил на помощь к Ильме. Прислонившись к стене, он осторожно высунулся проверить обстановку на плацу. Его темные глаза расширились в изумлении и в некотором испуге. Он же видел, как только что перед ними стояла целая толпа врагов и по щелчку пальцем все они лежали мертвые. И только она стояла посреди трупов. В ночи гостья из другого мира выглядела ещё более зловеще и пугающе. Дункан медленно подошел к Ильме, не отрывая взгляда от мертвых солдат, замечая, насколько мало крови было на их телах.
— Думаю, нам лучше разделиться. Я поищу Тейрна, он оставался с Хоу, а вы его семью. Их резиденция в той стороне, — указал в левую сторону от себя Дункан.
— Хорошо, — хриплым голосом ответила бретонка.
«Хм… Для следующего применения крика в этом мире уходит куда больше времени», — прислушиваясь к ощущениям в горле, пришла к такому выводу довакин.
Страж-командор, озираясь за каждым углом, вскоре исчез из её поля зрения.
«И мне пора…»
Потухшие огни от ночных костров и факелов позволяли Ильме двигаться быстро, без риска быть обнаруженной. Плащ теней срабатывал как надо при вхождении в область тени.
Солдаты Хоу, почувствовав свою силу и безнаказанность, позволяли себе издеваться над придворными и слугами. Вначале они стремились хоть как-то действовать скрытно, но видимо не удержались. На взгляд довакина эти солдаты с особой жестокостью измывались над побежденными стражниками семьи Кусланд. Личная гвардия Кусланд с гордостью носила синие ленточки как знак особого доверия. Однако, этой ночью синие ленточки стали мишенью для солдат Хоу, как красная тряпка для быка.
Лысый верзила с обожженным лицом отсек правую руку одному бедняге и радостно хохотал. Вопль боли гвардейца раздался по всему замку. Потеряв к нему интерес, лысый принялся за остальных, пока тот корчился от боли на земле. Товарищи лысого крепко держали побитых, но вполне ещё живых гвардейцев Хайевера. Для лысого одного страдания явно показалось малым. Протерев кровь с лезвия своей секиры, он вновь занес его над рукой другого паренька. Тут совсем не вовремя из покоев семьи Тейрна выбежала служанка эльфийка. Молоденькая и худенькая девчушка в порванной одежде поскользнулась на кровавой луже
