– поднять мощность двигателя до 105-107 л.с;
– усилить подвеску танка;
– довести боекомплект танка до 204 снарядов и 58 пулеметных дисков;
– улучшить броневую защиту корпуса и башни установкой цементованных броневых листов толщиной 20-22 мм, преимущественно под наклоном;
– улучшить возможности эвакуации из танка под обстрелом.
Мы уже касались неприятностей с форсированием двигателя Т-26. К сказанному можно добавить только то, что указанный кризис был преодолен фактически только в 1938 г., для чего танк получил не только форсированный двигатель. С целью усиления подвески в нем были применены более толстые листы рессор. Пошли резиновые бандажи из неопрена – отечественного синтетического каучука, начато изготовление траков из стали Гартфильда горячей штамповкой, введены закаленные ТВЧ пальцы. Но все эти изменения в танк были введены не одномоментно.
Корпус танка с наклонными бронелистами изготовить в срок не удалось. Однако коническая башня улучшенной защиты была подана вовремя, и танк с прежним корпусом, усиленной подвеской (за счет установки более толстых листов рессор), форсированным двигателем и новой башней поступил на испытания на НИБТполигон.
Танк Т-26, с улучшенной башней и усиленной подвеской, на испытаниях. Весна, 1938 г.
Тот же танк, что и на предыдущем фото, преодолевает препятствие.
В ходе испытаний, проведенных весной 1938 г., отмечалось, что танк уже является перегруженным и потому его проходимость недостаточна. И в заключение испытатели изложили свое мнение: "Все недостатки Т-26 в том, что его модернизация проводилась исключительно по пути наименьшего сопротивления – увеличения брони, мощности мотора и вооружения. Необходимо же кардинально переработать подвеску, которая теперь значительно перегружена и не обеспечивает гарантированного пробега, даваемого заводом-изготовителем. Кроме того, недостатками Т-26 следует считать – угловатость форм и отсутствие обтекаемости, малая удельная мощность и технические скорости. Большое удельное давление ввиду узких гусениц. Ненадежная конструкция длинного карданного вала. Вооружение для данного типа танка пока в общем соответствует своему назначению и несколько превосходит таковое у лучших зарубежных образцов… Конструкция траков гусениц не дает гарантии их выскакивания из опорных катков. Пальцы гусениц разрушаются от больших нагрузок при движении танка по пересеченной местности.
Т-26 является танком устарелой конструкции. Необходимо срочно разработать достойную замену этой машине".
Однако должны были еще состояться бои у оз. Хасан и на р. Халхин-Гол, чтобы танк сопровождения претерпел очередные изменения. Только к середине 1939 г. танк обрел тот самый внешний вид, который ему помешали получить события 1937-1938 гг. В документах Наркомата АБТУ и военной приемки новая машина была названа Т-26-1, но в отечественной и зарубежной литературе она более известна как "Т-26 образца 1939года".
Общий вид танка Т-26-1 выпуска 1939 г.
Устройство танка Т-26-1 (выпуска 1939 г.)
По своему устройству и основным характеристикам танк Т-26-1 был в основном подобен своему предшественнику выпуска 1935-1937 гг. и внешне отличался от него установкой конической башни, подбашенной коробкой с наклонными броневыми листами, а также усиленными рессорами с пятью коренными листами (вместо трех), наличием аварийного люка в днище корпуса и разборной конструкцией опорных катков, собираемых на болтах.
Компоновка башни танка Т-26-1 выпуска 1939-1940 гг.
С 1939 г. на части танков начали устанавливать бакелитовые топливные баки, которые меньше страдали от пробития пулей. По опыту войны в Испании с 1 февраля 1939 г. были введены надмоторные жалюзи с решетками типа "елочка", которые "предохранялирадиатор от прострела пулей и прокола штыком". Параллельно с этим шли работы по испытанию жалюзи, "предохраняющих от заливания горючей жидкостью сверху". Данная конструкция, представлявшая собой специальную двугорбую крышку (некоторые ветераны-танкисты называли ее "задница"), стала устанавливаться на Т-26 с лета 1939 г.
Также на некоторых танках Т-26 были установлены компасы слепого вождения, которые вскоре были сняты из-за несовершенства конструкции. Весной-летом 1939 г. решением по АБТУ была упразднена установка фар боевого света, а поручневая антенна по опыту боев у оз. Хасан была заменена на штыревую.
Новый виток
В марте 1938 г. при обсуждении новой системы танкового вооружения РККА на имя председателя СНК СССР В. Молотова от наркома обороны К. Ворошилова поступила докладная записка с предложением о пересмотре постановления НКО № 94 "О типах танков…". В докладной записке, в частности, говорилось: "… танк, предназначенный для действий совместно с пехотой (конницей) и в составе самостоятельных танковых соединений, должен быть один. Для этой цели необходимо разработать два типа танков: один чисто гусеничный и другой – колесно-гусеничный. Всесторонне испытать их в течение 1939 г. и после этого принять на вооружение взамен БТ и Т-26 тот, который будет отвечать всем требованиям". Но никакого решения по данному вопросу принято не было, и в отношении танков сопровождения пехоты продолжалась работы по совершенствованию Т-26, который по соотношению цена/качество вполне удовлетворял АБТУ.
Ахиллесовой пятой Т-26 в это время являлась его ходовая часть, главным образом подвеска, слабость которой не позволяла установить на танк новый, более мощный, двигатель, усилить броню, вооружение, поднять запас топлива. Поэтому главной задачей на 1938-1939 гг. по Т-26 была разработка усиленной подвески.
В конце 1938 г. в КБ завода № 185 под руководством вернувшегося С. Гинзбурга была начата разработка проекта танка Т-26М с усиленной подвеской по типу чехословацкого танка "Шкода" (Skoda II а), который в 1938 г. проходил испытания в СССР, и советское правительство рассматривало вопрос о его покупке с документацией. Однако высокие договаривающиеся стороны никак не могли прийти к соглашению, так как одни желали купить "на грош пятаков", а другие – побольше выручить с продажи своего подопечного. Переговоры зашли в тупик. Требовалось срочно изыскать нестандартное решение.
И вот однажды с санкции наркома обороны СССР в течение одной ночи часовой был "снят", а запертый в ангаре танк был нелегально обмерен целой делегацией конструкторов КБ заводов № 185 и № 37, после чего было принято решение о нецелесообразности заимствования всего танка в целом, но лишь отдельных его удачных узлов – КПП и механизмов поворотов, приборов наблюдения и прицелов, переговорного устройства, подвески…
В конструкции новой подвески, разработанной "по типу Шкода-2" под руководством С. Гинзбурга, использовались опорные катки танка Т-28 и уширенная до 350 мм гусеница с увеличенной высотой гребней траков (назывались в переписке "перо трака"). За время испытаний танк прошел 655 км со средней скоростью 26,74 км/ч. Выводы комиссии, проводившей испытания, были следующими:
"Ходовая часть Т-26М прочна, надежна и дает значительно лучшую плавность хода, что позволяет применить на танке также более мощный двигатель. Гусеницы обеспечены от спадения, в том числе и при поворотах с креном до 40 градусов, что невозможно на других типах танков…
Сцепные качества гусеницы Т-26М выше, чем гусеницы серийного танка. Уширенные гусеницы, хоть и требуют затраты несколько больших усилий на поворотах, но улучшают проходимость на слабых грунтах и сцепление траков при преодолении препятствий".
Танк Т-26М на испытаниях, 1939 г.
Тележка танка Т-26М, 1939 г.
Еще в ходе работ над Т-26М по заказу АБТУ КБ завода № 174 им. К. Ворошилова приступило к разработке нового танка капитальной модернизации Т-26-1, в котором планировалось соединить подвеску "Шкоды", более мощный двигатель (либо 6-цилиндровый мотор воздушного охлаждения № 745 мощностью 130-150 л.с, либо 4-цилиндровый дизель-мотор № 744 мощностью 180-200 л.с.), большую толщину брони (20-25 мм) и гусеничные цепи шириной 350 мм с повышенным пером. Танк скрывался под заводским индексом "126", тогда как имел войсковой индекс Т-26-5. Но его расцвет и закат произошли несколько позднее…
Т-25 – последний из могикан
Лавры танкостроителей, что пожинали перед войной ленинградцы и харьковчане, не давали покоя конструкторам Сталинградского тракторного завода, которые вместо того, чтобы способствовать освоению производства танков Т-26 и Т-46, постоянно с 1937 г. рождали "революционные" проекты различных образцов бронетанковой техники, каждый из которых был, что называется, "с претензией". Здесь были линейные танки, артиллерийские тягачи, самоходно-артиллерийские установки, ремонтные машины и т.д. Заводской индекс "СТЗ" все чаще появлялся на документах, описывающих эти проекты, которые ложились на стол техотдела АБТУ. Большая часть этих проектов так и не была реализована. Причин тому много, но в документах, оставшихся после обсуждения этих "проектов века", как правило, фигурируют нетехнологичность конструкции, большая цена и даже "невозможность постройки". Тем не менее, некоторые все-таки были реализованы "в металле". Проект, о котором идет речь, явился попыткой его создателей "радикально улучшить характеристики танка сопровождения", каковым в то время был Т-26. При этом, подчиняясь недавней моде, новый танк должен был стать колесно-гусеничным, вобрав в себя все достоинства двойного движителя.
