чем понятно. Ведь у него тоже уже была та самая настоящая любовь с мамой. Жаль только что их счастье длилось слишком мало.
А новые поиски второй половинки это всегда словно игра в русскую рулетку. Я это сам прочувствовал ещё в прошлой жизни. Причём это игра именно в извращённый вариант русской рулетки, когда у тебя не один заряженный патрон, а лишь одно пустое место в барабане, и ствол направлен не в голову, а в ногу. В результате, если повезёт, то раздастся лишь щелчок, и в качестве награды ты сможешь обрести шанс на счастье, но в большинстве случаев это будет выстрел, приводящий к крайне болезненным ранам. Кстати, в азартных играх мне всегда не везло, и я задолбался стрелять себе в ногу. Именно поэтому понимал и принимал выбор отца.
Возвращаясь к тому, с чего начинал. Почему с Ником и его сестрой всё иначе? Они действительно слишком слабые, чтобы можно было не волноваться, особенно живя в Империуме. И настолько ли близки наши отношения, чтобы я начинал так сильно о них беспокоиться? Почему я так живо воспринимаю всё то, что с ними происходит? Почему так сблизился с этими двумя? Чёрт. Не знаю. Кажется, пока что, придётся просто принять этот странный факт…
Глава 5
Следующие несколько дней прошли без всякого рода конфликтов, к счастью. Хотя, я в какой-то степени принял тот факт, что Ник с Сандрой мне не безразличны. В результате, сформировал новый режим дня. Теперь, вернувшись с уроков, тратил на тренировку только час-полтора и после, в обязательном порядке, шёл на прогулку до нашего склада. Без какой-то конкретной цели, просто чтобы поздороваться и убедиться, что всё в порядке. Уж не знаю насколько часто там бывал отец, я то в отличии от предка не мог постоянно следить за другим человеком находясь за несколько километров, но хотелось верить, что и он тоже держит ситуацию под контролем. Сложно сказать насколько долго всё могло продолжаться в таком темпе, но ситуация изменилась буквально через неделю.
Точнее, когда я в очередной раз шёл к Нику, то обратил внимание на небольшую толпу, собравшуюся на одной из соседних улиц. Не то чтобы это было совсем редкое явление. В Империуме люди довольно спокойно относились к тому, чтобы решить свои конфликты небольшим мордобоем, и это часто привлекало случайных зрителей. Вот только в этот раз гудение толпы было не одобрительно-подбадривающим, а скорее осуждающе-недовольным. Так что решил всё же проверить в чём дело. Страшно даже подумать, что могло бы случиться, пройди я мимо.
Хоть у меня на одежде и был явно виден герб благородного рода, люди всё ещё не научились смотреть затылками. Поэтому толпа совершенно не хотела пафосно передо мной расступаться, образуя живой коридор, и прошлось поработать локтями, чтобы пробраться к центру событий. В первый момент, когда я увидел тут Зига, уже хотел развернуться и уйти. Ещё не хватало в очередной раз наблюдать за его новой «триумфальной» победой. Но стоило только мне понять, кого он схватил за руку, как моё равнодушно презрительное состояние мгновенно улетучилось. Я сразу рванул вперёд, уже не стесняясь тыкать окружающим в лицо своим благородством, чтобы поскорее добраться до цели.
Ведь этот хомячий выкормыш, который, по какому-то тупому недоразуменью, оказался «главным героем», держал Сандру, и, судя по всему, пытался её куда-то увести. Вот только девушка явно этого не хотела. Хоть она и не пыталась отбиваться, но выглядела настолько испуганной, что не сложно было догадаться о её нежелании, куда-то идти с этим парнем. Зиг же в это время пытался убедить и Сандру, и собравшуюся толпу, что всё в порядке, и он просто хочет с ней поговорить в приватной обстановке. Вот только простые имперцы, при всей своей жесткости, очень бережно относились к детям, даже если те были не их собственные, а других граждан. Именно поэтому данная ситуация привлекла внимание стольких прохожих. Ворвавшись, наконец, в круг, образованный людьми, я сразу высказался:
— Кончай этот балаган и отпусти ребёнка. Ты что, не видишь, как она напугана?
— А ты здесь что забыл? Тебя это не касается, — тут же огрызнулся «главный герой», как только встретился со мной взглядом.
Хотя какой он сейчас к чёрту «герой». Я ещё не понял, что именно тут происходит, но уверен, что ничего геройского и рядом с этой ситуацией не валялось.
— Мне просто надо с ней поговорить, и всё, — продолжал Зиг тем временем.
— Так какого чёрта ты тащишь её непонятно куда? Уже разучился разговаривать на улице? — в этот момент меня поразила очень неприятная догадка. — Или это не тебе нужно с ней «поговорить» и ты хочешь увести девочку к своим новым хозяевам?
При словах о «хозяевах» у парня аж глаза от злости загорелись, но ответил он всё ещё достаточно спокойно.
— Тебя это всё равно не касается. Ни что я делаю, ни почему. С ней просто пообщаются и на этом всё закончится. В отличие от тебя у некоторых всё же есть понятия о чести.
— Чего⁈ Ты сам-то в эту чушь веришь? Какие нормальные люди просят похитить ребёнка посреди улицы?
— Ну, уж не те, что сначала всеми силами бегают от честной дуэли, а потом устраивают демонстративные подставы на всю школу, заранее сделав тайные съёмки.
Очень захотелось дать ему в глаз. Дебил доморощенный, который даже очевидных вещей не хочет замечать. Он, похоже, вообще не понимает, что у его действий есть последствия. Что в прошлом году, когда Анну чуть насильно не сосватали (и это я совсем не про маленькую договорённость с нашей семьёй), что сейчас, когда Зиг творит откровенную дичь, но даже не задумывается об этом. Каждый раз убеждаюсь, что он какой-то… тупой!
— Знаешь, я не собираюсь заниматься тут препирательствами, — решил я всё это прекратить, — Брат этой девушки работает на нашу семью, так что всё происходящее очень даже моё дело. И она с тобой никуда не пойдёт.
Я подошёл и, буквально, вырвал руку Сандры у Зига, а затем задвинул её себе за спину. Сама девушка всё это время так и простояла, беспомощно переводя взгляд с меня на этого засранца и обратно. А сам парень успокаиваться не собирался.
— Что, думаешь тебе всё можно? Или ждёшь, что отец снова придёт на помощь?
— На этом всё закончено. Мы уходим, и можешь передать Дирку, Луизе, или кто там тебя послал, что не справился.
— Передать, что это всё что ты можешь? Убегать?
Ох, да сколько можно. Я столько держался. Да и отец всегда говорил, что за языком надо следить, но как же надоело.
— Передай, что они все могут дружно пойти в задницу!
Мда, получилось совсем не так круто, как я рассчитывал, но спишем это на долгое отсутствие опыта, вот фантазия и заржавела.
— Как всегда. Если рядом нет папочки, в лицо ты это никому сказать не можешь, — никак не успокаивался Зиг.
— О, правда? А знаешь что, ты тоже иди в жопу, следом за ними. Можешь даже идти впереди и указывать путь.
— И это вся твоя смелость? Оскорблять простолюдина, зная что…
— Мы уходим! — прервал я его на середине фразы.
Это балобольство можно было продолжать вечно. Ну, или Зиг собирался делать подобное, пока я не сорвусь и не нападу первым. Вот только меня больше беспокоило состояние Сандры, а не его нападки на мою мужественность.
Развернувшись, я приобнял девушку за плечи и повёл через толпу, которая в этот раз всё же устроила живой коридор, пафосно расступаясь. Зиг, вместе со своими претензиями остался сзади. Спасибо, что хоть следом не двинулся.
Только когда мы прошли несколько домов и свернули на другую улицу, по сути, оставшись одни, я остановился и, развернув Сандру к себе, спросил:
— Ты как, в порядке?
Её глаза уже были влажными, а губы подрагивали.
— Я… я боялась. Что будет как тогда… Что меня опять уведут и…
Затем она просто уткнулась мне в грудь и разревелась, а я стоял с разведёнными руками, не особо понимая что надо делать в таких ситуациях. Просто начал аккуратно гладить её по голове. Никогда особо не умел успокаивать детей, да и научиться было негде. Своих-то у меня в прошлой жизни не было, а на чужих такому опыту набираться странно. И ведь Сандра, несмотря на свои почти тринадцать лет, выглядела явно моложе, именно как ребёнок. Наверное, поэтому она в прошлом году привлекла Калача с его бандой.
