вытянулись в струнку, отдали воинское приветствие и сразу же нас пропустили. Понятное дело, что такую честь оказывали не мне. Я по-новому посмотрел на моего провожатого. В голове возникла очередная идея. Основное направление арканума — скрытность. Я могу изменять прозвище, уровень и даже внешность (надо будет потренироваться). В принципе, если устранить ненадолго этого парня и забрать его документы, то смогу выдать себя за него. Повадок военного ни у него, ни у меня нет, так что обман должен пройти. Открыл блокнот и, чтобы в будущем не вылетело из головы, занёс туда эту мысль. Заодно развернул карту и принялся оставлять различные метки.
Вертолёт приземлился в паре сотнях метрах.
— А вот и ещё одна часть будущей элиты прилетела, — с явным недовольством проговорил Альтаир.
— Какой элиты? — спросил я, впервые сплетя осмысленную фразу. — Почему будущей?
— Ну вот, заговорил, — обрадовался парень. — А это те, кто ещё не входил в данж. Представь, ты бы выбирал характеристики со всей имеющейся у тебя сейчас информацией. Хотя они у тебя и так нормальные, но всё-таки больше универсальные. Да и нет никакой заточки под систему. Можно же было взять инвентарь или увеличить количество ячеек быстрого доступа. В будущем это будет полезней, чем твоя целостность. И эти гаврики, — он махнул рукой в сторону вертолета, — как раз и выберут самое лучшее. Станут элитой. Накачают их опытом по самые помидоры, они войдут в данж и сразу же усилятся настолько, что и ты на их фоне будешь казаться серым и невзрачным. И как тебе эта идея?
— Нормальная, — не смог не согласиться я.
— А это я придумал. Тебя не удивило, что я — весь такой из себя красивый, — парень прогладил рукой волосы, — с генералами знакомство имею?
— Нет, — соврал я. Мне ведь сразу же показался странным этот момент.
— Ну и ладно. Один из этих офицеров — сосед мой. Я ему много чего сказал, когда началась заваруха с этой системой. Он передал информация дальше, меня вызвали на ковер, всё уточнили и прикормили. Ну и безопасность семье обеспечили. Ты не смотри, что я плохо о них отзываюсь. Сам-то постараюсь сделать так, чтобы все максимально сильными были. Чем мы сильнее, тем лучше безопасность, — парень обвел рукой лагерь. — Нам ведь и дальше надо как-то выживать. Сам-то я всякую хрень выбрал. Из полезного догадался взять только повышенный опыт. А так у меня стандарт: сила, выносливость, регенерация, системное восприятие и гриндер. Зато последняя характеристика из всех известных, пока что стоит на самом верху иерархии. Лучше ничего не нашли.
Альтаир продолжал трещать без умолку. Казалось, что ему и собеседник не нужен, лишь бы были чужие уши. Часто попадались вполне здравые мысли, так что я внимательно слушал. Идеальный тандем получается.
— А если бы ты знал всё: и какие характеристики выбрать, и какую школу, и как распределять знаки силы, — то Ппедставляешь, какое бы могущество получил? Помнишь, когда закончились первые сутки, нам пришло уведомление, что мы будем участвовать на Арене? — спросил парень, в очередной раз взлохмачивая свои волосы.
— Да.
— И что это за Арена? Есть какие-нибудь мысли? — он внимательно посмотрел на меня, но я только пожал плечами. — Некоторые воспользовались вопросом и спросили про неё. Тот же Столыпин это сделал. Но он молчит и ничего не говорит. Знаю, что система налагает запрет на распространение такой информации, но, когда поднимаю эту тему, он становится мрачнее тучи. Ты его рожу видел? А теперь представь, как он ещё больше мрачнеет. Не самое веселое зрелище.
— Угу.
— Я так думаю, что там будут участвовать лучшие представители человечества. Как раз те, кто поднимет самый высокий уровень. Но против кого мы будем сражаться? Друг против друга? Тогда ещё куда ни шло. А если против тех, кто придумал эту систему? Тогда у нас нет шансов. И кто станет лучшим? Это ведь могут быть какие-то торгаши. Ты знал, что больше всего опыта нам приносит не уничтожение мобов, а аукцион? Но это секрет, — он приставил палец к носу. — Или лучшими могут стать главы корпораций или президенты, которые сохранили власть и к которым стекается весь опыт. Но такие люди ведь не смогут полноценно сражаться. Они целыми днями заняты административной работой. Выведи такого человека против трех исчадий бездны и всё, смерть.
Я продолжал молчать, хотя меня заинтересовал этот синеволосый парень. Наши мысли полностью сходились. Я тоже не понимал этого момента.
— А ты знал, что есть характеристики со странными названиями? Вот ты бы додумался взять параметр, например, мангилордин?
— Что это? — спросил я, вспоминая свой арканум.
— Это? Это то, что стоит почти на самом верху. Есть у нас такой уникум. Он тоже из гражданских. Знаешь, что он умеет?
— Нет.
— Он видит и слышит всё вокруг в сферическом радиусе. Вообще всё. То есть ему не мешает ни метровые стены, ни земля, ни металл. Считай, что идеальный сенсор. Только действует в радиусе десяти метров. Он будто одновременно находится во всех местах. Правда он всего до единицы этот навык развил. И у него проблемы с психикой начались, но психологи работают с ним. Он уже почти в норме. Боится только ещё раз поднимать эту характеристику. Говорит, что в момент повышения в его мозгах будто кто-то копошился. Зато при осмотре машин он просто незаменим. Ты проверял весь транспорт в самом начале. Он — в середине. Или, например, системариум. Хрень же какая-то, согласись? Зато насколько полезная!
— Что даёт? — спросил я. Понимаю, что уже поздно и свой выбор я сделал, но всё равно интересно. А парень-то молодец. Умеет разговорить. Всё-таки явно засланный казачок. Надо быть с ним осторожней.
— Увеличивает слоты под оружие и броню. То есть ты можешь носить два комплекта. Один сломается, экипируешь другой. Еще и ячейки быстрого доступа увеличивает. И инвентарь расширяет. И дополнительный функционал на аукционе и почте появляется. Да там много всего. Я это всё к тому говорю, что если бы я знал то, что знаю сейчас, то у меня уже и генерал бы по струнке ходил.
— Маловероятно, — я хмыкнул, так как у самого было две характеристики высшей иерархии. В дополнении к этому ещё и скрытый класс, которого, видимо, нет ни у кого не то, что на Земле, но и в других мирах. Вот только какой толк от этого, если меня всё равно прижали?
— Почему?
— У него много людей. Что бы ты сделал вот против него? — я указал на одну из вышек, на которой засел снайпер.
