– Ты… ты в порядке?
Услышав этот хрипловатый голос, я опустил глаза и увидел, как заметно побледневшая Алиса стискивает свободной рукой золотую цепь и смотрит на меня. Ее выражение лица было неожиданно детским, и мне жутко захотелось сделать вид, что я падаю; однако я задавил в себе эту мысль – сейчас явно было не самое подходящее время.
– В порядке… кажется.
Небрежно вытянув перед собой правую руку, я снова применил те же Священные искусства и создал новый костыль. С силой вогнал его в следующую щель, которую заметил над головой, потом взобрался на него тем же способом, что и раньше. Наслаждаясь скромным чувством удовлетворения от того, что начал наконец подниматься, пусть пока и всего на два метра, я позвал Алису:
– Отлично, похоже, работает! Теперь ты сделай то же самое, влезь на первый косты-… в смысле на стержень.
Однако Рыцарь Единства оставалась неподвижной и лишь молча смотрела на меня. Наконец ее губы шевельнулись, и моих ушей достиг еле слышный голос.
– …гу.
– А? Что ты сказала?
– …Не могу, вот что я сказала!
– Не… не, ты можешь. С твоей-то силой – подтянуть себя вверх, это просто –
– Я не в этом смысле!
Алиса замотала головой, словно отгоняя от себя мое неуклюжее подбадривание.
– …Я впервые в жизни оказалась в таком положении… ст-тыдно признавать, но сейчас меня хватает лишь на то, чтобы не упасть. Совершить такой немыслимый поступок, влезть на эту тоненькую палочку – это просто…
При звуках этого страдающего, вот-вот готового оборваться голоса Алисы у меня отнялся язык.
Как правило, жители Подмирья неважно реагируют на ситуации, выходящие за рамки их здравого смысла. Их способность приспосабливаться к «невозможным обстоятельствам» особенно слаба; предельный случай – элитный ученик Райос, Пульсвет которого развалился после того, как мой меч отсек ему руки… по крайней мере я считал, что причина именно в этом.
Видимо, даже Рыцарь Единства не способен справиться с такой ситуацией – когда его вышвыривают в чистое небо через здоровенную дырку, пробитую в якобы непробиваемой стене, а потом ему приходится висеть на колоссальной высоте, куда даже драконы не залетают и где не на что ногу поставить. А может – Алиса Синтезис Сёти, хвастающаяся своим немыслимым умением обращаться с мечом, в душе по-прежнему оставалась обычной девушкой.
Так или иначе, чтобы эта гордая дева-рыцарь взмолилась о помощи – кроме как в ситуациях вроде нынешней, такого черта с два дождешься. Рассудив так, я крикнул:
– Ясно! Тогда я подниму тебя на цепи!
Алиса закусила губу; видно было, что в ней борются гордость и страх. Но в итоге, похоже, она решила не менять приоритеты – и, вцепившись в золотую цепь, чуть кивнула.
– …Полагаюсь на тебя.
Сражаясь с диким желанием поддразнить Алису, разгоревшимся во мне при почти неслышных звуках ее голоса, я тоже крепко взялся за цепь.
– Ладно, начинаю медленно поднимать. Поехали.
Произнеся эту фразу, я осторожно потянул цепь вверх. Костыль, на котором я стоял, тихо заскрипел, но, похоже, какое-то короткое время вес двоих он выдержит. Стараясь тянуть ровно, без рывков, я поднял великую золотую деву-рыцаря на метр, после чего остановился.
– …Отлично, теперь можешь вытащить меч.
Алиса кивнула и осторожно извлекла «Меч душистой оливы» из щели в стене, куда он был вонзен. Цепь тотчас натянулась сильнее, но я кое-как удержал ее под контролем.
Удостоверившись, что Алиса убрала меч в ножны, я продолжил тянуть. Когда ее ноги встали на первый костыль, я снова обратился к ней:
– Держись за стену обеими руками… ага, вот так, я ослабляю цепь.
Выражения лица Алисы я сейчас не видел, но девушка, пытаясь вжаться в стену, отчаянно замотала головой. Воображая, какое у нее сейчас лицо под золотыми волосами, треплемыми ветром, я медленно опустил правую руку. Дева-рыцарь закачалась, пытаясь устоять на тонком костыле, но быстро вернула себе равновесие.
– Ффуф…
Я перевел дух.
Одному богу известно, сколько метров было до этого «Наблюдательного поста утренней звезды» на 95 этаже, но, так или иначе, мы дотуда доберемся, если я буду продолжать в том же духе. Проблема в том, что, прежде чем мы преодолеем весь путь, солнце успеет сесть – до сих пор мы всего на один блок поднялись. Так что нам надо быть морально готовыми провести ночь, болтаясь на стене.
– Ладно, я пошел дальше, – объявил я. Алиса с очень напряженным видом посмотрела снизу вверх и ответила еле слышно (ее голос почти полностью потонул в свисте ветра):
– …Будь осторожнее.
– Непременно.
Я показал правой рукой поднятый вверх большой палец – правда, этот жест в Подмирье не применяли – и произнес команду на создание третьего костыля.
Несмотря на то, что в Центории сейчас было начало лета, солнце, начав садиться, безжалостно опускалось все быстрее и быстрее.
Белая стена в свете закатного солнца была сперва оранжевой, потом стала огненно-киноварной, затем сиреневой и остановилась наконец на индиговом цвете. Кинув взгляд на запад, я увидел вдали одинокую горизонталь Граничного хребта.
Над головой уже начала мерцать целая россыпь звезд, и продвижение наше резко затормозилось. С час назад над нами начало издеваться системное ограничение, которого мы не предусмотрели.
В принципе, восхождение было простым. Создать костыль с помощью Священных искусств, вбить его в щель между мраморными блоками, взобраться на него. Потом подтянуть Алису на цепи и поставить ее на костыль, с которого я только что убрался. Вот и все. После десятка повторов этого цикла он стал занимать у нас минуты три.
Проблема, однако, возникла с созданием столь необходимых костылей.
В здешнем мире нет параметра, аналогичного «мане» в ALO. Любая магия, называемая здесь «Священными искусствами», может применяться многократно, лишь бы «уровень доступа к системе» позволял.
Однако это вовсе не значит, что магию можно применять бесконечное число раз, где угодно и когда угодно. Закон этого мира, согласно которому абсолютно любой акт творения требует затраты ресурсов, работает и в отношении Священных искусств. Применение магии расходует драгоценные катализаторы, Жизнь живых существ, в том числе людей, либо «ресурсы пространства», разлитые вокруг.
Эти вот ресурсы пространства не имеют какой-либо численной характеристики, и разбираться с ними трудно. В общем и целом – они восполняются через солнечный свет и почву. В тех местах, где почва плодородна, а солнечного света много, ресурсы тоже оказываются в изобилии, поэтому даже сложные Священные искусства можно применять многократно. С другой стороны – в комнате внутри каменного дома, куда не добирается солнечный свет, ресурсы пространства быстро истощаются, и их восстановление требует немалого времени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
