Затем Вадик везет меня домой и, поцеловав в висок, обещает приехать на днях.
— А стоит ли? Не хочу к тебе привыкать, — честно говорю я.
— А даже если и привыкнешь, никуда тебя не отпущу.
— Зачем ты мне врал? С самого начала… Зачем, а?
— Понимаешь, Анечка, правда — это холодные и неуютные факты, которые трудно принять. Ложь куда более приятна. Для меня намного интереснее и выгоднее быть романтиком, чем говорить правду.
Глава 5
В то утро я сказала Вадиму, что между нами ничего не может быть, а следующим вечером, когда готовила себе нехитрый ужин — жареную курицу и картошку, услышала настойчивый звонок в дверь. Поборовшись с желанием тотчас кинуться к двери, выжидаю время и обдумываю стратегию своего поведения. Помариновав гостя некоторое время на лестничной площадке, все же открываю.
На пороге стоит Вадим с огромной корзиной алых роз и виновато улыбается:
— Звоню, звоню, а ты не открываешь!
— Это ты? — зачем-то спрашиваю, будто не признала своего большого плюшевого мишку.
— Анечка, я развелся с женой. Я к тебе пришел. Впустишь?
Не веря своим ушам, невольно делаю шаг назад, и Вадик принимает это как руководство к действию: вламывается в квартиру, всучив мне в руки громадную безвкусно оформленную корзину. По-хозяйски разулся и в белых носках прошествовал в комнату. Мне ничего не оставалось делать, как последовать за ним.
— Что случилось? — спрашиваю.
— Мы поссорились с супругой, и я сказал, что люблю другую, то есть тебя. Ирина забрала ребенка и уехала к своей матери. Поверь, мне нелегко было принять такое решение, все-таки восемь лет вместе прожили. Ведь у нас ребенок общий — Светочка. Она-то ни в чем не виновата.
— Вадик… все будет хорошо. Ты действительно сделал это из-за меня?
Подошла к нему поближе, обняла и погладила его по щеке. Он стал покрывать поцелуями мое лицо и шею.
— Ради тебя. Анечка, как же я скучал по тебе, милая моя. А чем это у тебя так вкусно пахнет из кухни? — почуяв запах жареной курицы, спросил Вадим.
— Иди руки мой, кормить тебя буду, — улыбаюсь, не веря в свою удачу.
Смотрю на портрет незнакомки и спрашиваю мысленно: «Твоя работа?»
После ужина лежим, обнявшись. Не думала, что мой старенький диван выдержит такое. Мы занимались отчаянным, безумным сексом, как будто не было его у нас, по меньшей мере, год. Вадим был предельно нежен со мной и постоянно интересовался, нравится ли мне то, что он делает. А делал он поистине фантастические вещи, которые заставляли меня комкать простынь и извиваться на диване змейкой.
Какой же он все-таки милый. Неужели, вот оно — мое личное счастье?!
А утром провожала его в офис, стоя на пороге в кокетливом домашнем халатике и поправляя безукоризненно завязанный галстук. Как преданная собачка заглядываю в его глаза и спрашиваю:
— Вадим, скажи честно, ты опять пропадешь, да? А я снова буду мучиться и страдать…
— Маленькая моя, о чем ты? Я пропаду, но только до вечера. Верь мне! И чтобы ты окончательно мне поверила и простила, приглашаю тебя сегодня ко мне домой.
— Правда?! — обрадовалась я и кинулась к нему на шею с поцелуями.
Вадим свое слово сдержал, и ровно в восемь вечера заехал за мной, шикарно одетый и благоухающий парфюмом, в руках он держал какой-то красивый фирменный пакет.
— Это тебе! — протягивает подарок.
— Что это?
— Посмотри и примерь, хочу видеть тебя сегодня в этом наряде.
В пакете лежит красное облегающее платье, черные чулки в мелкую сетку и кружевные трусики — все с лейблом фирменного магазина. Примерила на себя эти вещички — сидели, как влитые. Супер! В таком виде и вышла к своему ненаглядному. Он с восторгом бросился ко мне с поцелуями:
— Как же ты красива, девочка!
По пути заезжаем в супермаркет и набираем тележку всяких вкусностей: персики в шоколаде, шампанское «Мартини», нарезки элитной колбасы и сыра. Вечер обещает быть приятным. И чертовски вкусным.
Вадим располагал шикарной четырехкомнатной квартирой в центре города. В начале вечера меня не покидало стыдливое чувство того, что сейчас выйдет на «сцену» его разъяренная супруга со сковородкой или скалкой в руке и начнет драться. Но ничего подобного не происходило.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы расположись в уютной гостиной, выполненной в светлых тонах, на кожаном белом диване. Часть комнаты занимал камин с медвежьей шкурой на полу. Неплохой вкус у хозяев квартиры — надо признать. Не хотелось бы думать сейчас о том, что дизайном занималась его жена.
— Жаль, что лето на дворе, а то растопили бы камин. Люблю сидеть в кресле прохладной осенью или зимой, пить глинтвейн и смотреть на огонь, — поймав мой взгляд, обращенный на камин, сказал Вадим.
— А ты романтическая натура! — слегка потрепав его по уху, заметила я.
Я уже окончательно оттаяла и не держала больше зла на Вадима. Он сполна доказал, что любит меня, раз уж привез в свое гнездышко, в котором и в помине нет его лохматой жены.
— А почему твоя бывшая жена такая неухоженная? — сделав специально акцент на слово бывшая, спросила я.
— Да, Ирина немного запустила себя. Она говорит, что работа мамой отнимает у нее всю энергию, и у нее просто не остается времени, чтобы заняться собой.
— По-моему, это просто отговорка, и ей наплевать на свою внешность. Что мешает Ирине посетить специалистов: косметолога и парикмахера, в которых нуждается любая женщина ее возраста? Ты ведь наверняка выделяешь ей достаточно денег на любые прихоти!
— Все деньги, которые ей даю, она тратит на цветы. Есть у нее такое милое хобби — разводить цветочки. Ты еще не успела посмотреть эту комнату, она напоминает ботанический сад! Каких там только растений нет, начиная от огромных кактусов и заканчивая экзотическими таиландскими цветами.
— Что-то у меня нет особого желания любоваться ее кактусами, — ответила я, представив, как эта мымра Ирочка заботливо отрывает колючки несчастным растениям.
— Ладно, не будем трепать имя моей бывшей благоверной, — с этими словами он налил мне полный бокал шампанского. — У нас есть отличный повод для празднования — мой развод. Скоро буду свободен, как пташка.
— Меньше всего ты похож на пташку, — рассмеялась я. — Скорее на маленького бегемотика.
— Ах, ты негодница! — шутливо вскричал Вадик. — Сейчас я тебе всыплю!
С этими словами он навалился на меня и, сняв кожаный ремень с брюк, несильно отшлепал по попе. Подол моего платья задрался, обнажив бедро с кружевной резинкой чулков. Вадим залюбовался этим сексуальным зрелищем, и наша дурашливость моментально исчезла.
Он аккуратно снял с меня роскошное платье, и я осталась в одних чулках и тонких ажурных трусиках. Мы легли на медвежью шкуру, лежащую у камина и, обнявшись, провели там часть жаркой ночи.
— Вадим? А можешь еще, ну… ремнем меня? Мне понравилось, — страшно стесняясь, попросила я.
Вадим поднял голову, улыбнулся краешком губ и велел, чтобы я встала в коленно-локтевую позу. Я подчинилась, сгорая от стыда. Ой, что сейчас будет! Зачем только напросилась на эту экзекуцию?! Вадим свернул ремень пополам и шлепнул меня по ягодице. Я промолчала. И тогда он ударил сильнее, вынудив меня застонать и зажмуриться.
— Открой глаза и смотри на меня, — властно велит он.
Что я наделала!
Еще несколько ударов, от которых не могу сдержать крик, и он отбрасывает ремень в сторону. Вижу его возбуждение, ведь он обнажен. Садится на диван, широко расставляет ноги и манит к себе пальцем:
— А теперь ползи сюда.
И я, сгорая от унижения и возбуждения, приближаюсь к нему на коленях и смотрю в его глаза, в которых плещется бешеный огонь. Он тоже заведен ни на шутку нашими играми. Его мощное орудие оказывается в непосредственной близости от меня, томно смотрю на него и облизываюсь.
— Хочу попробовать его на вкус, — заявляю.
Легкий стон срывается с губ моего мужчины. Вбираю его глубоко в себя и одновременно смотрю Вадику в глаза.
— Дрянная девчонка, — говорит он. В его глазах читается обожание, и я готова отдать полмира за то, чтобы так было всегда.
