Данила, обернувшись к брату и бросив на него недовольный взгляд.
— Знаю, — кивнул Вадим и улыбнулся брату. — Но я всё равно хочу тебе помочь. Ты пока себя плохо чувствуешь, и я не хочу, чтобы ты ещё больше напрягался. Так что лучше расслабься, Даня, и не спорь со мной. Я всё равно от тебя не отстану, пока не помогу тебе.
Данила нахмурил брови и снова посмотрел на брата с недовольством, но прогонять Вадима не стал. Мало того, что у парня сейчас не было настроения и сил пререкаться, так ещё у него особо не было сил самостоятельно спускаться по лестнице и проезжать ещё пару километров до машины. А так брат его мог довезти и ему не придётся особо напрягаться. Прогонять брата и запрещать Вадиму помогать ему было глупо. Поэтому Данила просто сделал недовольное лицо, молча отвернулся от брата, убрал руки от колёс и позволил Вадиму повезти его вперёд. Родители проводили их взглядом и улыбнулись, радуясь тому, что Вадим подсуетился и помог брату, и в особенности радуясь тому, что Данила не оттолкнул брата. Родители были уверены, что это хороший знак.
Когда братья спустились с лестницы и поехали вперёд по направлению к машине, отец и мама быстро спустились по лестнице и поспешили догнать сыновей. К машине они подошли все вместе. Вадим отошёл от коляски брата только тогда, когда они были возле машины. Первым делом родители и Вадим усадили в машину Данилу и только потом сами сели в машину. Вадим уселся на заднее сиденье, но рядом с Данилой села мама, чтобы Данила не раздражался близким присутствием брата. Дмитрий Валерьевич сел рядом с водителем. До самого дома они ехали в полной тишине. Только отец немного переговаривался с водителем. Вадим и мама за всю дорогу не сказали ни слова. Данила сидел, уставившись в окно. Он смотрел на всех людей, мимо которых они пролетали. Смотрел на дома, здания, другие машины и прочее. Он даже не верил, что когда-нибудь ещё всё это увидит. Ведь он, правда, хотел умереть! Но ему не дали…
До дома они добрались достаточно быстро, на радость всех членов семьи, кроме Данилы, которому было абсолютно всё равно идти домой или нет и тем более, когда идти домой. Даниле было вполне и в машине нормально. Но машину, конечно же, Данила покинул, когда они подъехали к дому. Он пересел в инвалидное кресло и поехал к подъезду. Вадим сразу бросился на помощь к брату, не желая, чтобы Данил напрягался и утомлялся подъёмами по лестницам. В этот раз Данила сам нуждался в помощи брата, и он это осознавал, поэтому даже не пытался спорить и пререкаться. Данила понимал, что сам сейчас точно не сможет проехать шесть этажей на коляске. Он не сможет это сделать чисто физически, потому что слабость до сих пор не прошла и парень чувствовал себя просто ужасно. В помощи он сейчас нуждался как никогда раньше.
Вадим достаточно легко поднял Данилу на нужный этаж. Дмитрию Валерьевичу лишь пару раз пришлось помочь сыну и, то он это сделал только потому, что волновался, как бы коляска Данилы не перевернулась вместе с ним. Но Вадим справился и вот они наконец-то вернулись в квартиру. Данила начал не торопясь снимать с себя куртку. Как только парень снял куртку и хотел уже повесить её на крючок, к нему подскочил Вадим, который всё это время внимательно следил за ним.
— Я помогу, — с этими словами молодой человек выхватил у брата его куртку, случайно дотронувшись до руки Данилы.
— Ты что меня плохо слышал, когда я тебе сказал не трогать меня? — скривился Данила. — Ладно, ты ещё помог мне подняться по лестнице и доехать до машины, но трогать меня не смей! Ужас. Теперь ещё и руки придётся отмывать от него, — проворчал Данила и, кинув косой взгляд на Вадима, поехал вглубь квартиры.
Вадим тяжело вздохнул, сразу внезапно погрустнев, и проводил брата взглядом. Он так старался помочь во всём брату, чтобы тому стало немного легче, и уже даже думал, что брат не так плохо к нему относится. У молодого человека даже промелькали мысли, что Данила немного успокоился и смягчился по отношению к нему, а в итоге он ошибся, и Данила также плохо к нему относился и продолжал ненавидеть его. Естественно это расстраивало парня, который уже начал надеяться на то, что эта ситуация помирит их. Этого не произошло, и у Вадима начали опускаться руки. Он не мог никак помочь брату, и был бесполезен.
— Не расстраивайся, Вадик! — подала голос мама, увидев расстроенное лицо сына. — Понимаю это сложно терпеть и тебе больно, но ты всё равно ему нужен. Ты ему сейчас очень нужен! Не отворачивайся от него, когда он в таком состоянии. Не обижайся на него! Ему просто тяжело. Но без тебя ему будет ещё тяжелее! Будь рядом с ним и не оставляй его! Только так ты сейчас можешь ему помочь.
— Да я и не собирался оставлять его, — покачал головой Вадим и повесил куртку брата на крючок, а следом повесил и свою куртку. — Как я могу оставить его в таком состоянии? Я ни за что не оставлю его!
— Вот и правильно! — улыбнулась мама и прошла в квартиру, продолжая говорить: — Я думаю, надо бы немного поесть. Конечно, уже скоро надо будет готовиться ко сну, а перед сном есть вредно, но и голодными ложиться не дело.
— Я с радостью что-нибудь съем, — признался Дмитрий Валерьевич и пошёл следом за женой.
Вадим быстро снял обувь и направился следом за родителями.
— Даня, — взгляд мамы остановился на Даниле, который выехал из ванной комнаты, — ты будешь кушать?
— Нет. Я не голоден! — решительно оборвал Данила и проехал в комнату.
— Ну, ладно, — вздохнула мама, но сына уговаривать не стала. — Тогда пойдёмте втроём есть. Вадик, ты же будешь есть?
— Я что-то тоже не хочу кушать, — покачал головой Вадим, поняв, что у него пропал аппетит. Оказавшись вновь дома, молодой человеку сразу вспомнил ту картину, которую застал, вернувшись домой. И теперь парень понимал, что ему просто кусок в горло не влезет. Его брат пытался покончить с собой, а сейчас непонятно из-за чего страдает. Вадим не мог спокойно есть, когда знает, что брату плохо. Вадим хотел быть рядом с Данилой. Он не мог спокойно ужинать и делать вид, что всё хорошо, потому что ничего не было хорошо.
— Ладно, — не стала спорить Диана Сергеевна, с удивлением посмотрев на сына, потому
