В одной большой группе младших лейтенантов, прибывших из Борисоглебского училища в 55-й истребительный авиаполк, были летчики Павел Гичевский, Андрей Дроздов, Виталий Дмитриев, Григорий Демичев, Степан Комлев, Николай Котельников, Георгий Кондратюк, Иван Макаров, Алексей Овсянкин, Николай Столяров, Алексей Сдобников, Иван Ханин, Матвей Хмельницкий, Николай Яковлев. Среди них был и автор этих строк.
Наша группа борисоглебчан к исходу дня целой ватагой ввалилась в штаб полка, и старший группы Георгий Кондратюк доложил начальнику штаба майору Матвееву о прибытии в распоряжение командира 55-го ИАП для прохождения дальнейшей службы.
Майор Матвеев принял нас с большой радостью и проявил настоящую отцовскую заботу. Поздоровавшись, расспросил, кто мы и откуда прибыли, о наших летных навыках, принял документы и распорядился разместить нас в летном общежитии. На следующий день мы были распределены по эскадрильям. Здесь мы встретились с неразлучными друзьями по ворошиловградскому военному училищу Валентином Фигичевым, Леонидом Дьяченко и Петром Довбней, стали прибывать летчики из других полков и военных училищ: Гавриил Рябов, Константин Миронов, Якуб Меметов, Александр Суров, Борис Комаров, Григорий Речкалов, Александр Покрышкин, Николай Лукашевич, Константин Ивачев, Павел Крюков. С каждым днем семья летчиков пополнялась.
Рассказ об этом периоде был бы далеко не полным, если бы ничего не было сказано об инженерно-авиационной службе, о ее тружениках, которые прибывали во вновь формируемую часть параллельно с другим личным составом, включаясь в работу по подготовке материальной части к учебно-боевым и тренировочным полетам.
Инженерно-авиационную службу в эскадрильях возглавили: воентехники 1 ранга Глеб Копылов, Николай Коновалов, Демьян Кот и воентехник 2 ранга Кузьма Запорожец.
Из материальной части в начальный период полк располагал вполне достаточным количеством самолетов И-15бис, в меньшем количестве имелись истребители И-16 и учебно-тренировочные самолеты УТИ-4.
К началу 1940 года формирование полка было в основном завершено, и зимой начались учебно-тренировочные полеты. Погода для таких целей была далеко не самой благоприятной, метеорологическая обстановка часто и быстро менялась. При ясном и чистом небе вдруг надвигалась облачность, начинались снегопад и метель, видимость резко падала. Молодой летный состав, не имея навыков полетов по приборам в сложных метеоусловиях, попадал в необычную и тяжелую обстановку, что приводило порой к летным происшествиям.
В один из мартовских дней сорокового года в полку проводились учебные полеты на самолетах И-15бис по отработке техники пилотирования в зоне. В воздух поднялось несколько самолетов. Внезапно начала портиться погода, пошел обильный снегопад, горизонтальная видимость упала до нуля. Были приняты срочные меры к посадке самолетов: выложены соответствующие посадочные знаки, в воздух взвивались цветные ракеты. К сожалению, радиосвязи как таковой на самолетах-истребителях в то время не было — радиоаппаратура не устанавливалась вовсе или была слишком низкого качества.
Благодаря принятым мерам в этих сложных метеоусловиях удалось посадить на аэродром почти все самолеты. Однако летчик младший лейтенант Григорий Демичев остался в воздухе, не успел вовремя возвратиться из зоны, не справился с пилотированием в этих условиях и потерпел катастрофу. Это было первое и единственное летное происшествие в полку, которое произошло в столь неблагоприятных погодных условиях.
Не только сложные метеоусловия, но и низкая температура воздуха усложняла подготовку материальной части к полетам. В начале января сорокового года столбик термометра опустился к отметке 30 градусов ниже нуля, а для наших широт это уже была проблема. Технический состав проявлял необычную смекалку и находчивость, чтобы завести мотор, натянуть лыжные амортизаторы, сдвинуть с места примерзшие лыжи. Снег скрипел под ногами, лицо мгновенно покрывалось инеем, голыми руками невозможно было дотрагиваться до металлических частей самолета и инструмента.
Тем временем самолеты были подготовлены к полету и уходили на старт. Начались полеты, а мороз трещал, летчикам в унтах и меховых комбинезонах было слишком неудобно размещаться в маленькой кабине самолета. Одним за другим поднимались в воздух летчики на УТИ-4 с инструктором, в роли которого в передней кабине находился грозный проверяющий — сам командир полка майор Иванов. После того как он давал разрешение, летчик садился на одноместный истребитель И-16 и совершал самостоятельные тренировочные полеты.
Командир полка решил сам проверить всех молодых летчиков, летающих на «ишачках», определить их летную подготовку, кто на что способен. Для этого у него были все данные: он был превосходным летчиком, совмещая должность комполка с должностью заместителя командира по летной подготовке.
Виктор Петрович родился в 1912 году в Волгоградской области. В 1928 году, будучи учащимся средней школы, добровольно поступил в Вольскую объединенную военную школу на летное отделение. Окончив эту школу в 1929 году, был направлен в Борисоглебскую военную школу летчиков, которую закончил в 1933 году, продолжив службу в легкобомбардировочной эскадрилье Ленинградского военного округа в качестве младшего, затем старшего летчика и командира звена. С 1933 года Виктор Петрович служил в Отдельной Краснознаменной дальневосточной армии в должности командира корабля дальней разведки и командира звена истребительной эскадрильи. После окончания Одесских курсов высшего пилотажа в 1936 году Иванов служил инспектором по технике пилотирования истребительной авиабригады, а затем командиром эскадрильи в Киевском особом военном округе. В 1939 году назначается заместителем и почти сразу же вступает в командование 55-м истребительным авиаполком.
Безусловно, нам, молодым пилотам, было трудно состязаться с командиром, имеющим такой послужной список и опыт летной работы, и даже представить, что мы можем подражать ему в технике пилотирования. К тому же следует сказать, что после окончания военных училищ в строевых частях нас не баловали систематическими полетами и тренировками, прошло немало времени с того момента, как мы в последний раз держались за ручку управления самолетом.
Теперь командиром полка проверялась техника пилотирования молодого летного состава, решалась их судьба — остаться ли им здесь или попасть в немилость и быть отправленными в запасный учебно-тренировочный полк. Конечно, в пятиминутном полете по кругу трудно быть до конца объективным и определить летные качества того или иного пилота, каким бы ни был психологом проверяющий и как бы хорошо он ни обладал летными навыками, поэтому некоторым счастье не улыбнулось…
Мой контрольный полет, как мне показалось, был выполнен не совсем безукоризненно, чувствовалось, что проверяющий остался не совсем доволен. Трудно объяснить, что на это повлияло, то ли новая обстановка и сам «грозный» проверяющий, при котором я проявил неуверенность, то ли полет был проведен не по его. сугубо индивидуальной схеме, с которой я не был знаком. Факт остается фактом — чтобы не попасть в «невезучие», пришлось срочно исправлять свои недочеты.
В повторный полет иду с комэском, старшим лейтенантом Ильинским Владимиром Ивановичем. Этот опытнейший летчик-штурман и методист был близок по духу и характеру к младшим коллегам: прост и уважителен в обращении, хорошо понимал психологию молодых пилотов, за короткое время приобрел заслуженный авторитет и стал любимцем летчиков, оставаясь в то же время требовательным и грамотным командиром.
И вот я с Владимиром Ильинским в полете, который совершается по немудреной схеме — взлет, набор заданной высоты, построение «коробочки», расчет на посадку, посадка. Все прошло нормально, не было получено никаких замечаний, и как следствие — разрешение на полеты на боевом истребителе И-16. И здесь все прошло благополучно, без изъянов, даже я сам остался доволен полетом. Так закончилось мое знакомство с командиром полка майором Виктором Ивановым.
В первых числах апреля сорокового года полк перебазировался на лагерный аэродром. Это был один из интереснейших и увлекательных периодов летной подготовки. Каждый день был насыщен до предела, летчики приступили к освоению воздушных стрельб. На земле, на тренажной аппаратуре, отрабатывали основные элементы стрельбы по воздушной цели — определение расстояния до цели и ракурса, выполнение маневра, прицеливание и открытие огня. Для этого устанавливались воздушная мишень-конус и обычный самолетный прицел. Этот простой тренажер позволял летчикам после наземной тренировки выполнять летное задание на воздушную стрельбу эффективно и качественно.
Первый свой полет на воздушную стрельбу я выполнял в паре с Валентином Фигичевым. Мы поднялись в воздух, пришли в зону воздушных стрельб, разыскали цель, вышли на огневой рубеж. Вначале Валентин подошел к конусу, отстрелялся и отворотом ушел. Теперь моя очередь. Определяю дистанцию и ракурс, ловлю цель в прицел, нажимаю гашетку — огонь! Таких заходов разрешалось сделать до трех. В первом — пристрелка, второй и третий — с ведением огня.
