— Подожди, не отключайся, — прошу сестру и открываю мессенджер. Листаю нашу короткую переписку, и палец застывает над экраном телефона, когда в одном из сообщений я нахожу фотографию из концерт-холла в центре города. Моя сестра и девушка с ярко-рыжими волосами.
Ира. Без сомнений. Только не такая бледная и уставшая, а ещё намного худее. Острые скулы, длинные локоны, макияж, счастливый блеск в глазах и широкая улыбка.
«А Ирка хорошенькая. Вы отлично будете смотреться», — написала мне тогда сестра.
«Ага», — ответил я, и на этом все.
— Я думал, это одна из твоих подруг, которых ты мне постоянно сватаешь, — с раздражением произношу я, окончательно осознавая, что девушка вторглась не только в мою частную собственность, но и в жизнь.
— В смысле? Так ты не шутишь, что ли? — уже серьезным голосом спрашивает сестра.
— А похоже, что я шучу?
— Но… ты… так а ребёнок что, не твой? — в ее тоне слышно разочарование. Нашла за что переживать. — А почему у неё самой не спросишь? Пусть объяснится. Блин, Макс, Ирка же такая прикольная, я радовалась, что ты наконец-то нашёл себе хорошую девушку и решил завести семью.
— Не начинай, Лена, ты ведь знаешь, что в ближайшие лет десять я точно не собираюсь жениться. Лучше скажи, как теперь узнать, откуда она взялась? Она что-то рассказывала о себе?
— Да нет. Думаю, в сложившейся ситуации лучше всего поговорить с ней.
— Я бы с удовольствием, Лена, но Ира в реанимации, — выдыхаю я, и на сердце как-то тяжело становится. Всё-таки жаль девушку, несмотря на все. И ребёнка тоже жаль, если она не выживет. Сиротой ведь останется.
Я медлю, прежде чем нажать на звонок. Пялюсь на коричневую дверь и очень надеюсь, что хотя бы здесь сумею найти часть правды. Хоть какую-то зацепку.
Вика безумно понравилась мне с первого взгляда. Такая маленькая, хрупкая, но всегда с грустью во взгляде.
Была.
Потому что сейчас от неё прямо-таки исходит счастье, которое я пока что не могу разделить с ней.
— Ох, Максим, привет! Рада тебя видеть. Когда ты вернулся?
Я зависаю на ней. В глазах — огоньки, белые локоны рассыпаны по плечам, широкая улыбка и безупречная фигура. Кажется, со времени нашей последней встречи она похорошела ещё больше.
— Вчера. Вечером, — с заминкой отвечаю я хрипло и благодарю густую щетину за то, что полностью скрывает мои щеки. Бьюсь об заклад, я успел покраснеть под ее взглядом, словно какая-то девчонка.
— Зайдешь? — предлагает она.
— Нет, я на минуту. — Где-то в квартире слышен низкий мужской голос, я понимаю, что Игорь — ее муж — дома, а встречаться с ним нет никакого желания. — Слушай, я по поводу Иры, — мнусь, не зная, как спросить ее о том, откуда у меня в доме взялась беременная девушка. Ситуация абсолютно неоднозначная, а обвинять Вику в том, что она впустила ко мне аферистку, вот так, с ходу, не хочется.
— Ох, она у тебя такая чудесная! Я очень рада за вас, — с искренней улыбкой произносит она, а у меня скулы сводит и глаз дёргается от этих слов.
— Да, насчет этого, она… в общем, это не моя девушка, и я очень надеялся, что ты мне объяснишь, как она здесь оказалась.
— Что? — Глаза Вики расширяются от удивления, а потом она делает то же самое, что и моя сестра. Громко смеется.
— Глупая шутка. Как, кстати, Ира? Она вчера жаловалась, что у нее спину весь день тянуло.
— Никак, — говорю жестко, но в подробности вдаваться не хочу, так как понимаю, что девушки успели сдружиться и состояние Иры может огорчить Вику. — Я сейчас серьезно, в моей квартире полгода прожила непонятная девушка, как так получилось? Она сказала, что ты дала ей ключи, это правда?
— Да. — Улыбка вмиг слетает с ее лица, глаза растерянно бегают по сторонам. — Но погоди, ты ведь сам попросил меня дать ключи твоей девушке, помнишь?
— Когда это я такое просил? — удивленно хмыкаю я.
— Ну, где-то через месяц после твоего ухода в рейс.
Я хмурюсь. Пытаюсь понять, о чем она говорит. Достаю телефон, ищу переписку с Викой. Вновь хмурюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я просил тебя открыть Наташе дверь, она забыла у меня что-то из своего барахла.
— Я… прости… Ты уверен? Просто… просто она была под дверью и имя твое назвала, как раз через день после твоего сообщения.
— И тебя не смутило, что она въехала ко мне, хотя должна была просто забежать на несколько минут? И что зовут ее не Наташа?
— Прости, Максим. Боже, это… Я просто сразу же удалила твое сообщение, ты ведь знаешь, как Игорь относится к нашему общению, поэтому не запомнила ее имя. Ты сказал: девушка приедет, вот я и дала ей ключи. Ты ведь не серьезно сейчас, правда?
Вместо ответа я просто приближаю к ее лицу телефон, чтобы она лично могла убедиться в правдивости моих слов.
— Ох. — Вика прикрывает ладошкой губы и испуганно смотрит на меня. — Но как же так? Ира так много рассказывала о тебе, мне даже в голову не пришло, что она может лгать. Да и с виду она очень порядочная девушка. Держит цветочный магазинчик в торговом центре, занимается благотворительностью, мы даже вместе на СПА-процедуры ходили и шопинг. Кроватку для вашего… ее ребёнка выбирали. Зачем ей вот так вот проникать к тебе в квартиру и всем врать о ваших отношениях?
Хороший вопрос.
Я потираю ладонью щетину, а потом вкратце рассказываю ей о том, что успел узнать. И теперь нас уже трое — вот таких вот обескураженных и сбитых с толку людей.
— Она и с сестрой моей успела познакомиться. И с другом, судя по всему.
— Сашей? — Я киваю в ответ. — Он помогал собирать детскую мебель и забрал твои книги. Сказал, что ни за что в мире не поверит, что ты разрешил их выбросить. Обещал припрятать их до твоего приезда.
Я одновременно и рад, и зол, что и мой друг каким-то образом оказался впутан в эту ситуацию. Если бы не он, какой-то бездомный мог всю зиму разжигать костёр моими коллекционными томиками.
— А Саня как здесь оказался?
Вика пожимает плечами. А потом почему-то понижает голос до шёпота и посматривает в сторону двери, ведущей в мою квартиру:
— Может, у Иры спросим? Я всё-таки не верю, что она аферистка. У нее полгода было, чтобы вынести все из твоей квартиры, а вместо этого она обустроила там детскую. Как-то не вяжется, правда?
— Молчи о детской, — закатываю глаза, обреченно вздыхая. Ещё и этот ужас исправлять.
После моих слов на лице Вики растягивается улыбка, я не могу удержаться и тоже смеюсь в ответ.
— Скорее всего, ее парень, после того как узнал о беременности, решил просто исчезнуть. Назвал наугад адрес, и вот так совпало, что у нас одинаковые имена. Хотя это похоже на абсурд, — вздыхаю я. — А возможно, этот кто-то на самом деле знаком со мной… В общем, я не знаю, что думать, Вика, а объяснить толком никто ничего не может.
— А Ира?
— Уверена, что произошло недоразумение и квартирой ошибся я. А ещё она вчера родила, — выдаю на одном дыхании.
— Ох, это же чуде…
Вика натыкается на мой осуждающий взгляд и замолкает, пряча свою радость за легкой улыбкой.
— Надо бы ее навестить. Если ты прав и отец ребёнка ее бросил, то у неё никого нет. Господи, это так ужасно. Даже не представляю, как она переживает это.
— Да, навестим, только позже. Там какие-то сложные роды были, и к ней сейчас никого не пускают, — почти не вру я, а потом прощаюсь, с дрожью во всем теле вспоминая сегодняшнюю ночь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я прощаюсь с Викой, пообещав, что обязательно сообщу, когда можно будет навестить Иру, и наконец-то захожу в свою квартиру. Меня хватает лишь на то, чтобы снять обувь. Сразу же заваливаюсь на кровать и отключаюсь, перед этим подметив, что моя постель пахнет иначе. Не так, как раньше. Словно кто-то вылил на простыни флакон цветочных духов.
