Читаем без скачивания Узник Марса (сборник) - Гамильтон Эдмонд Мур

— Если мы могли бы остановиться и высадиться здесь, кто знает, какие чудеса Марса открылись бы науке! — пробормотал задумчиво Уайтли.

Марлин задумчиво кивнул.

— Нептун — наша цель, и мы не можем высадиться на Марс теперь. Но если мы добьемся успеха в нашей великой миссии, если Земля будет спасена от гибели, которую обитатели Нептуна готовят Солнечной системе, мы непременно полетим на Марс и на все остальные планеты.

— А между тем мы значительно отклонились от курса. Не пора ли использовать луч и откорректировать траекторию? — спросил я.

Даже сейчас, когда мы сосредоточили все свое внимание на Красной планете, я не терял из виду показания гравитометра. Показания прибора свидетельствовали, что притяжение Марса довольно сильно искривило нашу траекторию, и пора было врубать двигатель, чтобы не сойти с курса на Нептун. Хотя отклонение было не велико, нам следовало избегать даже такой неточности. И не только ради экономии энергии, но прежде всего, чтобы ненароком не влететь в луч нептуниан, которым они раскручивали Солнце. Этот луч, невидимый для нас, в сторону которого мы сейчас отклонились, был для нас абсолютно смертелен. Попав в него, наш космолет был бы отброшен с титанической силой прямо в горнило Солнца!

Так что теперь, когда наш корабль начал отклоняться в сторону Марса, все дальше и дальше от рассчитанной траектории к Нептуну, я начал быстро манипулировать направлением несущего луча, а затем быстро включил еще один луч, активировав дюзы левого борта. Бледный луч вырвался наружу и потянулся к Марсу, постепенно становясь невидимым. Мы почувствовали, как мягкая лапа ускорения наваливается на нас и космолет вернулся на прежний курс. Мы вновь нацелились на Нептун, и как только Марлин сказал, что траектория соответствует расчетной, зеленая точка враждебной планеты вновь засияла прямо по курсу. Я отключил маневровый луч, который больше не требовался для противодействия гравитации Марса, и мы сосредоточили наше внимание на панораме, раскинувшейся перед нами. Далекий Нептун все еще был лишь зеленоватой точкой, а на фоне немигающих созвездий красовались во славе своей Юпитер и Сатурн. Сатурн ослепительно блистал слева. Его таинственное кольцо уже стало видимым для наших глаз. Но пока в небесах царил Юпитер, его могучая сфера, с причудливыми поясами облаков, отчетливо видимыми невооруженным глазом, и хороводом лун.

Он не лежал у нас прямо по курсу, оставаясь в стороне, и не он занимал нас более всего, когда Марс и его орбита остались позади.

— Астероиды! Мы почти в их главном поясе. Скоро будем среди них! — воскликнул я.

— Они — одна из величайших опасностей на нашем пути. Будь наготове, Хант! Наша гибель — конец Земли! — воскликнул Марлин.

Мне не нужно было его предостережение, мои руки и так застыли на рычажках пульта, а глаза напряженно созерцали тьму по курсу. Я знал, что мы вошли в один из самых опасных районов Солнечной системы — Большой Пояс астероидов, лежащий между орбитами Марса и Юпитера. Тысячи астероидов, начиная с огромной и шарообразной Цереры в 480 миль в диаметре, вплоть до мельчайших астероидов только в несколько миль в поперечнике, кружились вокруг Солнца между четырьмя внутренними и четырьмя внешними планетами; их орбиты представляли собой лабиринт переплетающихся кругов и эллипсов. Большая часть этих малых планет была каменюками, которые были опасны тем, что мы не могли обнаружить и отследить их заранее. Мы могли обнаружить опасную глыбу буквально за мгновение до столкновения. И в это мгновение мы должны были среагировать, отклонив опасный камень или увернувшись от опасной скалы. При этом гравитационные поля астероидов искажали наш курс, и это тоже надо было учитывать.

Мы постоянно дежурили у приборов час за часом, пока наш космолет на скорости два миллиона миль в час преодолевал это минное поле. Пульсация генераторов была ровной и устойчивой, перегрузка вдавливала нас в кресла, но она была не велика, и мы к ней уже привыкли. Так что, пока я с Марлином наблюдал за тем, что происходит впереди, Рэндалл дежурил у иллюминатора справа, а Уайтли нес аналогичную вахту слева. Несколько часов спустя Рэндалл увидел первый из астероидов. Он издал короткое восклицание, указывая вправо и вперед, и когда мы посмотрели туда, то увидели небольшую яркую точку в черноте пространства, точку, с в быстротой молнии превратившуюся в несущуюся нам навстречу тусклую сферу! Бесплодная, лишенная атмосферы и воды, каменная масса стремительно приближалась, грозя нам гибелью! В тот момент моя рука рванула один из шести рычагов, и могучий силовой луч ударил в сторону астероида. В следующий миг громада астероида, казалось, отскочила от нас и стремительно унеслась вдаль! Но, на самом деле, это мы успели «отскочить» с ее пути. Я тут же занялся коррекцией курса, компенсируя отклонение и вновь нацеливая корабль на ту точку, где он должен был встретиться с Нептуном. А пока я занимался этим, Марлин изучал при помощи своих приборов астероид, столкновения с которым мы только что едва избежали. Астероид был крупный — миль сто в диаметре.

— Это Веста, один из крупнейших астероидов. Других крупных астероидов вблизи нашей траектории быть не должно, — задумчиво промолвил Марлин.

— Большие или малые, я не хочу видеть их больше! — воскликнул я. — Особенно когда…

— Хант!.. Мать твою!.. Слева!

Уайтли был тем, кто своим криком вернул меня к действительности, и, взглянув в иллюминатор, я с ужасом обнаружил летящую нам навстречу угловатую массу камня, еще одну блуждающую в глубинах беспредельности смертоносную скалу! Не столь большая в размере, как первый астероид, эта глыба приближалась к нам с потрясающей скоростью, и даже когда я рванул один из рычагов, направив импульс силового луча на астероид, казалось, что тот рушится на нас. Его чудовищная скалистая поверхность полностью закрыла обзор — сокрушительная твердыня на нашем пути! Мой луч в самый последний момент отбросил нас от гибельной громады, мы проскочили мимо астероида, и тот, кувыркаясь, растаял в бездне. Но почти одновременно с ним мимо нашего космолета промчалось еще два мелких астероида, так что расслабиться было невозможно.

Мы мчались вперед сквозь пояс астероидов, пронизанный смертоносными потоками камня и железа, уворачиваясь от смертоносных глыб и обломков, иногда находясь на волосок от гибели. Час за часом неся бессменную вахту у иллюминаторов и приборов, мы шли на самом большом ускорении, какое только способны были выдержать. Земля за кормой превратилась в белую звезду, яркую, но одну из многих, и даже Солнце уже уменьшилось примерно на треть. Но не то, что осталось позади, занимало наше внимание и мысли — мы неотрывно смотрели вперед. Все наши силы уходили на то, чтобы уклониться от встречных астероидов, вовремя обнаружив их. Мы видели один или два раза рои или группы таких астероидов, движущихся вместе, иногда десятки штук разом, и стремились уклониться от них. Огибая эти смертоносные рифы космоса, мы приближались к краю астероидного пояса и к Юпитеру, неуклонно растущему, постепенно превращающемуся в гигантский диск справа перед нами. И как раз у самого края астероидного пояса нас поджидала самая большая опасность! Ибо, когда я рванул наш космолет в сторону, чтобы избежать стремительного небольшого астероида, и с облегчением увидел, как он, кувыркаясь, канул в бездну, именно в этот момент я влетел в самый центр роя скалистых малых планет!

Мы мчались в центр этого дьявольского роя, и казалось, ничто не сможет нас спасти! Я слышал хриплые крики Марлина и Рэндалла рядом со мной, рев Уайтли, и я понимал, что только чудо может позволить нам проскочить. Две глыбы неслись на нас справа, а слева приближались еще две, кувыркаясь и сталкиваясь между собой. Не было времени ни для размышлений, ни для молитв. Я принял молниеносное решение рефлекторно, бросив корабль прямо в центр. Мы проскочили между космическими Сциллой и Харибдой, одновременно включив на максимум отталкивающие лучи!

Было мгновение, когда космолет, казалось, будет либо смят в лепешку, либо развалится. Корпус корабля сдавило, когда врубились лучи одновременно с правого и левого борта, расталкивая астероиды, каркас космолета затрещал. Мы невольно сжались, ощущая тень крыла смерти. Но через миг мы выскочили из смертоносного роя! Мы вырвались! Мы проскочили! Мы выжили! Госпожа удача улыбнулась нам и лично мне, как пилоту.